Приручить донжуана. Кристина - Софи Пилар

избегала окрашивания. Глаза ее, зеленые, как и у Стаса, были красивой, миндалевидной формы, полные губы будто очерчены контурным карандашом. Как и у сестры у Алены была идеальная кожа, и они обе при желании могли обойтись без макияжа. Но в первую очередь бесконечных кавалеров привлекала в Алене ее мягкая, будто кошачья манера держаться и откровенно сексуальный тембр голоса, который обволакивал собеседника. При звуке переливов ее смеха любой мужчина тут же превращался в истукана и не мог связать более и двух слов, безвольно уставившись на девушку. Алене, при всей ее внешней мягкости, были свойственны расчетливость и целеустремленность в действиях, она всегда знала, чего хочет, и выбирала из крутящихся вокруг ухажеров выигрышную партию. Руслан, безусловно, подходил на эту роль. Симпатичный парень из богатой семьи с гарантированным будущим в банкирском деле, хорошим доходом и перспективами, он смотрел на сводную сестру Кристины с обожанием, и, если принято считать, что в паре всегда кто-то любит, а кто-то позволяет себя любить, с этой парой было все ясно с первого взгляда.

Пришел последний ожидаемый гость — лучшая подруга мамы, Светлана, и все стали усаживаться за стол. Когда наступила очередь Кристины сказать тост для мамы, она смутилась и поднялась со своего места с бокалом шампанского в руке.

— Мама, — начала она, чувствуя, как к глазам сразу подступили слезы. — Так случилось, что я не рядом, и не разделяю с тобой каждый день. Но в моем сердце ты каждый день со мной. Твои любовь и забота греют меня даже там, в другом городе. И когда я сегодня вернулась сюда, я снова почувствовала себя дома. Потому что в этом доме есть ты. Спасибо тебе за то, какая я, какой ты воспитала меня и Алену. Спасибо за то, что ты делаешь для всей семьи, как сохраняешь и бережешь наш мир. Главное, будь, пожалуйста, всегда здорова и полна жизненной энергии, как сейчас, в свои «опять восемнадцать», — подмигнула она. — За тебя, мама.

Зазвенели бокалы, мама смахнула слезинку и благодарно и тепло посмотрела на дочь.

— Спасибо, солнышко мое, — отозвалась она звенящим голосом.

Угощения все поступали на стол, тосты и поздравления шли по кругу. Алена от обоих дочерей вручила маме сертификат в элитный СПА-клуб с бассейном, а Стас подарил очередное великолепное ожерелье. Мама сияла от счастья. После нескольких часов за столом все заметно объелись и перебрались на диван, куда было подано кофе и вкуснейшие пирожные, заказанные специально по случаю.

Торжество подходило к концу, и Алена подустала. Они с мужем начали собираться домой, и все засуетились, провожая и собирая их. Мама отложила в коробочку несколько пирожных и трюфелей, и вручила Алене.

Через некоторое время Светлана и Софья тоже удалились домой, еще раз обняв и поздравив именинницу. Стас, не желая мешать общению мамы с дочкой, которые видятся всего несколько раз в год, обнял и поцеловал в щеку супругу и удалился в кабинет к своему родному монитору.

Мама взяла из буфета бутылку вина и пару бокалов, и присела рядом с Кристиной на диван.

— Ну, Крис, может, расскажешь, что с тобой? — спросила мама, протягивая ей бокал с вином.

— Что со мной, мам? Все в порядке. С чего ты взяла? — напряженно отозвалась Крис, отпивая вино.

— Кристина, ну зачем ты так? Я тебя чувствую гораздо больше, чем ты думаешь. Что происходит? — Крис молчала.

— Дело, похоже, в мужчине? — не отступала Наталья.

— Мам… — пыталась уйти от разговора Крис.

— Дело ведь в Марке? — проницательно спросила мама, заглядывая дочери в глаза.

— Как ты? Как ты поняла? — опешила Кристина.

— Сложно быть у такого огня и не обжечься. Только ты могла рассчитывать на дружбу с таким мужчиной. Он обидел тебя? — спросила мама мягко.

Кристина не могла произнести ни слова. Она поставила бокал обратно на столик. К горлу подступил ком, и из глаз полились слезы. Она пыталась сдержать рыданья, и беспомощно смотрела на маму затравленным взглядом.

— Мам!!! — выла она, — Мама…. Что мне делать?.. Как же мне теперь? — говорила она бессвязно, с трудом выговаривая слова. — Я просто не могу больше!!!! — Кристина обхватила себя руками. Плотину, которую она выстраивала целый месяц, прорвало, и боль неразделенной любви устремилась наружу.

Мама в ужасе смотрела на дочь, она в первый раз видела ее в таком отчаянии.

— Кристина… Что произошло? Ты что, любишь его? — она отставила бокал на стол и села рядом с ней, отрывая ее руки от лица. — Солнышко, успокойся, ради Бога. Ты должна поговорить об этом. Да, ты сильная, все держишь в себе, но это тебе не по зубам. Крис?

Крис подняла на нее заплаканные глаза. Во взгляде мамы было столько любви, заботы и страха за нее. Крис, всхлипывая, начала говорить.

— Мам, но мы же дружили столько лет! Я думала… Я даже не думала о другом. Эти его подружки, каждую неделю новая. Я никогда не хотела на место одной из них. Для меня это выглядело как опасный аттракцион, американские горки, на которые я смотрела со стороны, но я никогда не села бы на них сама! Но он так легко сломал это, он просто взял меня за руку, и все, и я… Выходит, мы были друзьями, только пока он хотел этого. Стоило ему захотеть меня, он в две секунды распоряжался мной, как ему вздумается. Я ведь сильная, мам. Я гордая. Я разумная. Как я оказалась в этой ловушке? И что мне делать теперь?? — в отчаянии почти кричала Кристина, заламывая руки.

— Крис, а что сейчас? После того, как вы… как вы были близки? — спросила мама.

— Все будто как прежде. Он оставил мне записку, бросил меня на утро. Написал, что хочет остаться друзьями. Как это вообще возможно?? Просто нелепо! И мы же работаем вместе, каждый день, бок о бок! Это невыносимо, но я как-то справляюсь. Я как неживая, мам. Я не могу быть живой, потому что если начну чувствовать, то просто не выдержу всего этого. Видимо, это защитная реакция. И конечно, я вся в работе. Благо ее столько, что в другой ситуации, я уже очутилась бы в психушке, — горько усмехнулась Кристина, уже успокаиваясь.

— Что тут скажешь, Крис, — грустно