Дьявол на кушетке - Майя Марук

а в прямом смысле особенные, со своими уникальными прибабахами. Адам Барнау был одним из таких клиентов. Он родился в очень богатой семье. Правда, настоящие фамилии и имена родителей молодой человек скрывал. А я и не интересовалась, чтобы не нарушать конфиденциальность. Сам молодой человек ничем не занимался. Жил за счет родителей, которые закрывали все его потребности, от жилья и транспорта, до развлечений. У меня создавалось стойкое впечатление, что такое положение вещей устраивает и самого Адама, и его семью. По крайней мере, за три месяца терапии клиент ни разу не обмолвился о конфликтах на почве финансов и не рассказывал о том, чтобы его попросили наконец-то слезть с родительской шеи и самостоятельно зарабатывать себе на жизнь. Даже, наоборот, многие дорогостоящие увлечения сына семья поощряла: спортивные машины, эксклюзивная ювелирка, коллекционирование старинных книг. Это лишь часть того, что я знала об увлечениях Адама Барнау.

Но было в этой благополучной картине большое «НО»: борьба за внимание родителей. Борьба Адама шла с родным братом. Несмотря на зрелый возраст, мой клиент был уверен, что родители его недооценивают и всегда принимают сторону брата. Самое интересное в этой истории было то, что и брат Адама, который тоже был моим клиентом, также считал, что Адама любят больше, чем его. Вот такой вот семейный конфуз.

- Расскажете подробнее о встречи вашей мамы и Гло?

- Да особо нечего рассказывать. Я привел Гло на ужин. Обычный такой семейный ужин. Пара близких друзей с семьями. Дядя Бельф с женой. Мамулечка их долго уговаривала прийти. Знаете, они такие… заносчивые что ли.

Красивое лицо Адами скривилось, он почесал подбородок, лег на кушетку, сложил руки на животе и продолжил.

- Вообще, мамуля не любит дядю Бельфа. – На слове «мамуля» Адам всегда делал ударение и произносил его нарочито длинно. – Наверно папулечке что-то было нужно, поэтому она согласилась их терпеть.

- Этот ужин был важен для ваших родителей?

- Не знаю. Я никогда не интересовался их делами. Мамулик просто попросила меня явиться на ужин ни одному.

- И вы выбрали Гло?

- Она подходила по всем параметрам. Хорошее лицо, умеет поддержать беседу, а бедра! Док, - мужчина резко повернулся на бок и посмотрел мне прямо в глаза, - если бы видели эти бедра! Она даже не суккуба! Это что-то демоническое!!! Вы себе не представляете этот масштаб!

Масштаб демонических бедер он показал руками. Для большей убедительности растопырил пальцы. Вообще Адам любил применять в речи религиозные и псевдорелигиозные метафоры. И, признаюсь, меня от этого в самую малость коробило.

- И как на вашу спутницу отреагировала ваша мама?

- Сначала хорошо. Мамулечка была довольна. Пока не выяснилось, что из-за меня Гло отказалась сопровождать дядю Висти, и тот выставил ее агенту претензию.

- Дядя Висти, это брат….

- Троюродный брат моего папулечки. Очень своеобразный тип, я вам скажу. Папулечке стоило бы держаться от него подальше.

- Вы опасаетесь, что дядя может навредить вашей семье?

- Он псих. Повернут на ангелах и всей этой небесной хрени.

- Надо же.

Теперь становилось яснее, откуда у Адама этот интерес к религиозной тематике.

- С психами всегда нужно быть осторожным. А дядя Висти… Он слишком... Слишком доверчив. Даже Гас со мной согласен. А вы знаете, какие у нас натянутые отношения с братом.

Я кивнула, сделала пометку в блокноте и порадовалась, что хоть какие-то точки соприкосновения у братьев были. Адам, тем временем, продолжал говорить.

- Мы на этом треклятом ужине говорили о Казнях Египетских. Вы, док, знаете эту историю про евреев и Египет?

Я не была подкована в религиозной теме. И, признаюсь, все эти истории про ангелов, демонов, безусловную любовь и вечные муки в аду меня пугали. Все эти темы я с самого детства старалась избегать. Возможно, это было одной из тех основополагающих причин, из-за которых я решила пойти в психологию.

- Вы про десять Казней Египетских?

- Именно про них. Что вы думаете об этой истории?

- Что это ужасно, когда за неверное решение одного, платят все.

- Цель оправдывает средства в данном случае. Но я не про это хотел рассказать. Представляете, дядя Висти до сих пор верит, что весь этот шухер в древнем Египте навели ангелы.

Я внутренне собралась. Голова пыталась быстро придумать, как побыстрее завершить эту тему и вернуться к семейным проблемам клиента. Но вместо этого выдала полнейшую глупость:

- А разве, Египетские Казни совершали не… Совершал не Бог?

- Док, ну конечно нет! – Адам озорно хлопнул в ладоши и сел на кушетке. – Вы же взрослая и умная женщина! Сами подумайте, разве может Бог одновременно следить за всеми? Поверьте, у него наверняка есть дела поважнее людей. Для Земли он держит целый штат крылатых бездельников?

- Бог поручил уничтожить египтян ангелам?

В моей голове этот вопрос звучал примерно так, как будто я работала не психологом, а психиатром. И не в уютном кабинете в центре столицы, а в специализированной клинике за городом.

- Конечно! Только у этих, с куриными крыльями, на такой проект как Египет, фантазии не хватит.

- Тогда кто?

- Демоны конечно! Это же очевидно! Сами посудите, так изящно! Десять катастроф. И одна плавно перетекает в другую! Конечно, там жрецы уже на третьей поняли, что сделали что-то не так и были готовы все исправить. Но, увы и ах! Цепную реакцию не остановить.

- Кровавые реки вы находите изящным решением?

- Там не было крови. – Махнул рукой Адам, а потом снова лег и продолжил. – Кровь это неудобно и грубо. Вот ангелам такое вполне могло прийти в голову. Но не демонам.

- Тогда что?

- Цветение водорослей!

Адам снова хлопнул в ладоши, глаза его засверкали пугающим азартом, а мне стало совсем не по себе.

- Водоросли?

- Да! Это же Нил! Стоило заставить зацвести ряску в нужном объеме, как от нее начала дохнуть рыба. И люди. Трупный яд еще никого здоровее не сделал. Вы когда нибудь думали о том, сколько проблем могут принести обычные водоросли?

Адам мечтательно улыбнулся. Если бы не опыт работы с интересными клиентами, то, скорее всего, я бы уже думала о том, к какому психиатру бежать на консультацию.

- А жабы откуда взялись?

Не знаю, зачем я задала мужчине этот вопрос. И вообще я не поняла, как от разговора о его семье, мы перешли к библейским трагедиям. Адаму