Мажор для профессора - Ната Радуга

Зашёл в душевую и встал под горячими струями воды, после того как убедился, что все члены команды в порядке и уехали. Загорский только остался, но с ним точно всё в норме, и он, как я видел, не торопился.

Неожиданно почувствовав чьё-то присутствие рядом, обернулся.

— Какого хрена?! — ору я на Загорского, что стоит, блять, голый в моей душевой кабинке.

Но он смотрит на меня и не издаёт ни звука, потом делает шаг, и я инстинктивно подаюсь назад, пока не оказываюсь у кафельной стены.

— Ты что творишь, Загорский? Вышел отсюда, быстро! — поднимаю руки, чтобы оттолкнуть его, но он тут же их ловит, опускает вниз и держит. — Тебе это кажется смешно? — продолжаю я, уверенный, что это очередная его идиотская шутка.

Не сомневаюсь, что мои вещи загадочным образом исчезли, или где-то стоит камера и записывает, как голый Загорский стоит со мной под душем, а завтра это видео будет гулять по всему интернету.

— Я повторять… — договорить не успеваю, этот сукин сын прилип к моему рту.

Засовывает язык по самые гланды и с напором целует меня. Меня!

По телу проходит дрожь, как от удара током. Сердце начинает биться в бешеном ритме. В висках молотком долбит. Мои руки давно освободили, но я не отталкиваю его, а стою и позволяю себя целовать. Загорский наглым образом прилипает к моему телу вплотную, припечатав меня к стене. Чувствую исходящий от него жар и самого в пекло бросает.

Он вдруг резко отскакивает от меня и, тяжело дыша, смотрит мне в глаза, потом опускает взгляд вниз к моему члену. Я делаю тоже самое.

Твою мать! Стоит. Чёртов член стоит колом, блять!

Загорский ухмыляется, разворачивается и уходит, а я остался в оцепенение, не в силах двигаться и здраво мыслить.

Какого чёрта сейчас произошло? И какого хрена у меня встал?

Чёртов ублюдок! Ненавижу!

В спешке заканчиваю водные процедуры, переодеваюсь и, убедившись, что никого нет, а конкретно одного мажора, уезжаю.

Еду в клуб, мне надо выпить, забыть всю эту чертовщину. И так Загорский мне спать нормально не даёт, а теперь так вообще из головы хрен выгонишь.

— Добрый вечер, Сергей Андреевич, — здоровается со мной бармен Женя.

— Добрый, — киваю я. — Виски, двойной, — говорю и сажусь на барный стул.

Выпиваю залпом и протягиваю стакан, чтобы парень повторил. В клубе тихо играет музыка, работники шуршат по залу, скоро начнут люди приходить.

— Серёженька, — слышу голос Алины, и её рука ложится на моё плечо. — Ты не предупредил, что заедешь, — говорит она и садится рядом.

— Это мой клуб, с чего я должен предупредить о своём приходе? — грубо обращаюсь я к ней.

— У тебя всё в порядке? — щурит она глаза.

— Всё отлично, — поднимаю стакан и осушаю его одним глотком.

— Сколько он уже выпил? — спрашивает она Женю.

— Достаточно, — отвечает тот тихо, но я всё прекрасно слышу.

— Серёженька, давай поднимемся в кабинет, — берёт она меня за локоть и пытается поднять.

— Алина, иди займись своими делами, — с нажимом в голосе говорю я.

— Ну, Серёж…

— Я сказал, иди! — повышаю тон, и она тут же убирает руку.

С гордо поднятой головой она уходит, а я толкаю стакан к бармену, он смотрит на меня, намекая, что уже хватит.

— Уволю, — мотаю головой я, и парень наполняет круглую ёмкость спиртным.

Наполненный людьми зал я уже видел, как через туман. И когда меня взяли за локоть и куда-то потащили, я с лёгкостью подался. По хрен кто и куда меня ведёт, главное, чтобы это был не Загорский. Не нравится мне всё это, не нравится.

Почему, мать вашу, у меня член встал? И какого хрена он вообще ко мне полез? Урод!

Ну нет, Серёжа, он то точно не урод. Его можно в мужском журнале на обложку или на рекламу трусов, или куда-нибудь ещё. Глаза тёмно-зелёного цвета, волевой подбородок, ямочка посередине…

И когда я это всё успел запомнить? А губы, такие мягкие, полные, вкусные…

Ёб твою мать! Хватит о нём думать!

— Вот сюда, — как через толстый слой ваты слышу знакомый голос. — Спасибо, можете идти.

— Где мой стакан?

— Серёж, хватит тебе. — Алина гладит меня по голове. — У тебя что-то случилось? Ты ведь не пьёшь…

— Отсоси, — перебиваю я её.

— Что? — спрашивает она удивлённо.

— Член мой пососи, — повторяю и расставляю ноги пошире.

Мне надо убедиться, что днём стояк был из-за воздержания, а не из-за Загорского.

— Серёжа…

— Алина, делай хоть раз без нытья, что говорят.

Она тяжело вздыхает, но я уже чувствую тонкие пальцы на своём паху. Слышу звук открывающей ширинке, и как тёплая ладони охватывает вялый член. Как горячий язык скользит по головке, пухлые губы касаются мягкой коже, и девушка начинает активно работать головой. Но её манипуляций меня не трогают, ничего не чувствую. Нет того бешеного сердечного стука, в висках не пульсирует, и член так и висит в полусонным состояние.

— Такси мне вызови, — отталкиваю её и застёгиваю брюки.

— Серёж, что случилось? — наседает она.

— Алина, — выдыхаю. — Между нами всё кончено, — встаю с дивана и иду к двери.

— Ты что такое говоришь? — Девушка идёт за мной. — Как это кончено? Ты не можешь вот так взять и бросить меня, после всего, что…

— Я всё сказал, — бросаю я и на ватных ногах спускаюсь вниз.

Чёртов мажор, убить его на хрен и дело с концом! Чтобы не маячил перед глазами, и чтобы голос его больше не слышать. На кой чёрт я поплёлся именно в этот университет?! В городе их полно, мог бы найти и менее престижный.

- Такси мне вызови и кофе покрепче сделай, - присел я на стул возле барной стойки.

Пока такси приехало, успел прийти в себя немного и до дома почти протрезвел.

Только переступил порог квартиры, как зазвонил