Следуй по пути из лепестков персика 2 - Ольга Сергеевна Ануфриева

Генерал Гу рассказал о причине, создавшей несчастный случай. В бессилии перед этой девушкой, наследный принц закатил глаза и потёр лоб, а Бэй Ху легонько рассмеялся.

* * *

После того, как выяснилось, что иглы не отравлены, Гу Мин Мэй наложили лекарство и забинтовали рану.

— Дитя, расскажи подробно, как это произошло? — попросила вдовствующая императрица.

— Ваше величество, вы всё сами видели, ничего нового, я боюсь, не могу добавить, — вежливо улыбнулась Наташа-Мэй.

— Мэй-эр, как ты себя теперь чувствуешь? — снова задала вопрос царственная особа.

— Всё хорошо, это не стоит вашего беспокойства, ваше высочество, — снова улыбнулась Гу Мэй.

Пожилая императрица покосилась на девушку:

— Цзы Лун просто… сначала не понял, что происходит. Он бы тоже мог тебя спасти. Сейчас наследный принц занимается расследованием этого случая.

Наталья в облике Мин Мэй сжала губы. Было сразу понятно, на что намекает эта старушка, а также, что вдовствующей императрице не нравится общение Гу Мэй со вторым её внуком Бэй Ху:

«Но почему?… Из-за семьи Гу?…»

— Мэй-эр, не будь со мной столь вежлива, — ласково улыбнулась вдовствующая императрица. — Ты можешь мне доверять также, как и своей семье. Говори всё, как есть, — царственная старушка легонько похлопала девушку по руке, — И прислушивайся к моим словам, я плохого не посоветую…

Генерал Гу и госпожа Гу многозначительно переглянулись.

Наташа натужно растянула губы в вежливой улыбке:

— Их высочества прекрасны, умны и мужественны, но поверьте, я не имею на них никаких притязаний и планов. После совершеннолетия собираюсь покинуть столицу, чтобы посмотреть мир. Я даже не хочу задумываться об этом вопросе… Вы знаете, моё здоровье, тело и разум слишком слабые… Мне бы переехать в провинцию, чтобы хоть как-то поддерживать в себе жизнь.

— Мэй-эр, глупое дитя, не преувеличивай, — по-доброму рассмеялась вдовствующая императрица. — Где же ещё найти хороших лекарей, как не в столице?

«Похоже, эта милая старушка серьёзно нацелилась на меня и из своих крепко сжатых кулачков выпускать не собирается», — нервно подумала Наташа.

— Ваше величество, А-Мэй ещё слишком молода и нездорова, чтобы задумываться о таком, — поддержал князь Гу.

— У неё ещё вся жизнь впереди, — добавила мать Мин Мэй.

— Поговорим об этом в другой раз, — досадливо улыбнулась царственная старушка. — Мэй-эр, ты приготовишь мне что-нибудь новое и вкусное, а ещё тот приятный освежающий напиток? — сразу она перевела тему, чтобы пока не давить.

* * *

В цзицзюй не играли, но и с поля никому не разрешали уехать. Старший принц Ли Лун со своими людьми и второй принц Бэй Ху вели расследование произошедшего. Цзы Лун поставил вопрос так, что это могло быть покушением на жизнь и здоровье наследного принца, и теперь это дело принимало уже совершенно другие обороты.

Наконец, они оба вернулись и Ли Цзы Лун сообщил, что его личный страж и правда нашёл швейную иглу. После, он попросил пригласить для допроса барышню Вэй Жань.

Эта хрупкая и бледная девушка подошла в сопровождении пожилой женщины и молодой девушки, которые старательно делали вид, что ведут свою барышню под руки, пальцами она сжимала тот же самый шёлковый платочек, которым вытирала недавно наигранную слезу. Казалось, что дуновение ветерка и Цинь Жань свалится замертво. Она медленно и весьма грациозно сложила руки и поклонилась, согнув колени:

— Приветствую её величество, вдовствующую императрицу, — её голос лился, как спокойная река, и источал благопристойность и добродетель в самой высшей своей мере, — Желаю процветания, крепкого здоровья, благополучия, долгих лет и всех мирных благ, — девушка снова согнула колени, — Приветствую его высочество, наследного принца, желаю…

— Достаточно, — грубо прервал её Ли Цзы Лун, презрительно посмотрев на барышню.

Наташа-Мэй тихонько фыркнула: «Я, конечно, тоже не в восторге от её лицемерия, но мог бы и повежливее, всё-таки это девушка».

— Барышня Вэй, скажите, это ваше? — задал вопрос Ли Лун, а его стражник подошёл к девушке и показал ей в своих ладонях обрывки мешочка-саше, что она собиралась подарить второму принцу. Наталья заметила некий испуг, промелькнувший в глазах Цинь Жань:

— Ваше высочество, нет, я не могу знать, что это.

— Тогда почему мне сказали, что этот мешочек похож на тот, что вы держали в руках? Вышивка на нём тоже соответствует вашему стилю, — усмехнулся Цзы Лун, словно хищник начавший загонять свою жертву.

— Позвольте, я посмотрю ещё раз? — Цинь Жань взяла несколько кусочков в руки. — Да, похоже на мою вышивку, но я ношу с собой много таких — очень люблю шить и вышивать, когда мне нечего делать. Рукоделие мне очень нравится.

«Божечки, и крестиком, и ноликом вышиваю, и шью, и вяжу… «подумаешь, я ещё и вышивать могу, и на машинке тоже»», — мысленно усмехнулась Наташа, вспомнив под конец слова известного кота. Ната никогда не любила, когда девушки себя расхваливают, будто продают, как в магазине товар.

— Покажите мне все мешочки, которые вы носите с собой, — опять язвительно ухмыльнулся наследный принц.

На мертвенно-белых до этого момента щеках Вэй Жань вдруг появился небольшой румянец, а в глазах проявился более явный испуг:

— Ваше величество, ваше высочество… других мешочков… нет, — слова явно тяжело ей давались.

— Вы же знаете, что за наказание следует за обман членов императорской семьи? — довольно улыбнулся Ли Цзы Лун.

Вэй Цинь Жань сразу опустилась на колени и слуги вместе с ней:

— Ваше высочество, простите меня за то, что я позволила вам неправильно меня понять! Я говорила, что у меня с собой всегда много мешочков, но не говорила, что я взяла их в этот раз. Вы можете послать людей в мой дом и проверить это.

— То есть, вы взяли с собой только одно саше и не помните ни цвет, ни вышивку на нём? — продолжал давить наследный принц, ловко расставляя сети. На всём протяжении допроса он так улыбался, словно допрашивать подозреваемых его любимое дело.

— Ваше высочество, я очень хрупкая болезненная девушка, могу и не запомнить эту информацию, поскольку их много. Ваше величество, — обратилась она уже ко вдовствующей императрице, — Все знают, для чего девушки дарят саше… Мне бы хотелось избежать ложных и неприятных слухов, — Цинь Жань покосилась на принца Ли Ху.

— Вставай, барышня Вэй, — произнесла царственная женщина.

— Хорошо, опустим этот вопрос. Скажите мне теперь, пожалуйста, что вы, и обе ваших служанки делали в конюшнях, если ваша семья не играет сегодня в цзицзюй… и коней ваших там нет? Вас, барышня, и ваших служанок многие видели там, —