Связанные ненавистью - Кора Рейли

– У твоей жены восхитительный вкус. Интересно, она везде такая вкусная? – ухмыльнулся Виталий, притягивая к себе Арию, как будто собираясь поцеловать. Я почувствовал, что Лука в секунде от атаки.

Русский амбал, стоявший позади Джианны, пнул ее ботинком по попе и ухмыльнулся. Что же, следом за рукой я отрежу ему и ногу. Я буду делать это, пока он еще жив.

Виталий провел языком по подбородку Арии. Она выглядела так, словно ее вот-вот вырвет. А затем она дотянулась до заднего кармана своих джинсов и вытащила финку. Где, черт возьми, она ее нашла? В ту же секунду, как она всадила нож Виталию в бедро, я упал на колени, схватив левой рукой пистолет, а правой – один из своих ножей. Я выстрелил четыре раза подряд. Две пули попали по ногам амбала, который пинал Джианну, третья размозжила кости его правой руки, четвертая пробила череп ещё одному уроду. Одновременно с этим я метнул нож, попав в глаз третьему русскому.

Я рванул к Джианне и оттащил ее в сторону, под защиту массивного деревянного буфета. Встав перед ней на колени, я выстрелил в одного за другим двух русских. Лицо Джианны было прижато к моему колену. Я положил свою ладонь на ее макушку и погладил распущенные рыжие волосы.

Послышался женский крик. Оглядевшись вокруг, я посмотрел на Луку, который держал в своих объятьях неподвижное тело Арии. Я замер, мое сердце бешено билось в груди.

– Нет! – захрипела Джианна. Она пыталась сесть, но руки ее не держали, и она вновь рухнула на меня. – Ария!

Я обнял ее, и она испуганно посмотрела на меня.

– Помоги Арии! Помоги ей! – зашептала она.

Джианна вновь попыталась встать. Я помог ей, одной рукой придержав за талию, но не позволяя подойти к сестре. Лука выглядел так, словно готов был убить любого, кто осмелится приблизиться. А еще у него было в лице что-то такое, чего я раньше никогда не видел. С нашим жестоким образом жизни мы с Лукой могли сорваться в любой момент. Но до сих пор я не думал, что на этой планете существует что-то, что могло бы снести Луке крышу.

Джианна расплакалась. Я коснулся ее щеки.

– Тс-с. С Арией все будет хорошо. Лука не даст ей умереть.

Ради всего святого, я надеялся, что прав. Джианна прильнула ко мне, смяв ладонями мою рубашку. Я посмотрел на нее сверху вниз.

Когда Ария наконец открыла глаза, Джианна всхлипнула и спрятала лицо у меня на груди. Обхватив ладонями лицо Джианны, я поцеловал ее. Она никак не отреагировала. Вероятно, из-за того, что была в шоке.

– Что с Джианной, Лили и Фаби? – едва слышно спросила Ария.

– В порядке. – Джианна подняла голову, но не отпустила меня.

Лука поднял Арию на руки и после недолгих споров отнес наверх в одну из спален. Док был уже в пути.

Джианна пыталась стоять самостоятельно, но покачнулась и сжала мою руку. Её взгляд на мгновение расфокусировался, прежде чем снова сосредоточился на мне. Она молча уставилась на меня снизу вверх. Я осторожно провел кончиками пальцев над кровоподтёком у нее на лбу.

– Это единственное место, где тебе больно?

Она пожала плечами и поморщилась.

– У меня болит бок и ребра.

– Эй, Маттео, что делать с этим уебком? – спросил Ромеро, подтолкнув русского амбала, который пнул Джианну.

– Он один выжил?

– Есть ещё один, как минимум, – ответил Ромеро.

– Хорошо. Но этот мой. Допрашивать его буду я.

– Это тот парень, который ударил меня по голове, – тихо прошептала Джианна.

– Я знаю.

Она внимательно посмотрела на меня. Не знаю точно, что она там хотела увидеть. На мгновение Джианна прикрыла глаза, но тут же снова открыла их.

– Тебе необходимо прилечь, – сказал я.

Она даже не пыталась протестовать – плохой признак. Крепче прижав ее к себе, я повел Джианну по лестнице.

– Маттео? – позвал Ромеро.

– Я вернусь через минуту. Избавьтесь от трупов и уведите двух оставшихся в живых русских в подвал.

– Хорошо, – кивнул Ромеро. Его взгляд скользнул к телу Чезаре, распростершемуся на полу. Мы уже ничем не могли ему помочь. Я давно его знал. Он всегда был хорошим, верным солдатом. Придет время скорбеть о нем, но не сейчас.

Я помог Джианне подняться по лестнице и практически пронес её по коридору в одну из гостевых спален. На самом деле, мне очень хотелось отнести ее в свою комнату, но я не хотел ничего начинать до тех пор, пока Джианна не поправится. Она легла на кровать, со стоном закрыв глаза.

Я наклонился над ней.

– Я хочу взглянуть на твои ребра. Не бей меня.

Она широко открыла глаза, и у нее на губах заиграла слабая улыбка. Может, у нее сотрясение мозга, или она наконец-то примирилась с предстоящим браком?

Я медленно стал приподнимать ее рубашку, сантиметр за сантиметром обнажая кожу, и увидел первые синяки. Один большой на талии и два поменьше на ребрах. Я осторожно прощупал кровоподтек на талии, но она дернулась от моего прикосновения, зашипев:

– Черт возьми! Это больно.

Я стиснул зубы. Мне очень хотелось поскорее спуститься в подвал и побеседовать с избившим ее ублюдком. Я скользнул ладонями выше, осторожно прикоснувшись к ее ребрам.

Она задрожала.

– Что ты делаешь?

– Я хочу посмотреть, не сломаны ли у тебя ребра, – ответил я Джианне.

– Так и скажи, что хочешь воспользоваться подвернувшейся возможностью полапать меня. – Эта попытка пошутить не удалась. Её голос дрожал, но я решил немного подыграть. Ей не обязательно было знать, что все мои мысли заняты лишь тем, как продлить мучения нападавших.

Я усмехнулся.

– До нашей свадьбы осталось меньше года. Тогда я смогу лапать тебя, когда и где захочу.

Ее улыбка погасла, и Джианна отвернулась, закрыв глаза. Может, она все же не смирилась с нашим браком…

Я выпрямился.

– Мне нужно вернуться вниз. Я пошлю к тебе дока, как только он закончит с твоей сестрой. Тебе необходимо отдохнуть. Не ходи по дому.

Она не открывала глаз, вообще никак не давала понять, что услышала меня.

Я вышел и закрыл за собой дверь. Док шел мне навстречу с одной из своих ассистенток – молодой женщиной, чье имя я постоянно забывал. Она следовала позади него в нескольких шагах.

– Где Ария? – спросил он резким, прокуренным голосом.

Я указал на главную спальню.

– Когда закончишь с Арией, осмотри Джианну. Не думаю, что она серьезно пострадала, но хочу быть уверен.

Он отрывисто кивнул