Спасти злодея в царстве бессмертных - Ева Смаил

— Я не собираюсь ничем делиться. Этот ребенок нужен мне целым и невредимым.

— Зачем он тебе?

— Я, Мастер первой из семи великих сект заявляю, что хочу сделать этого ребенка своим прямым учеником.

В зале раздался галдеж. Ну конечно. Я же уже почти тысячу лет не брала себе никого в ученики. Естественно, что все будут удивлены.

Да я сама удивлена… Но только так могу всецело заявить на него свои права и полностью защитить от любых поползновений в его сторону.

— … Что за извращенный вкус?

Мое лицо стало полностью черным*.

Я перестала испепелять взглядом лобби старого хрыча и посмотрела вниз… где в мою сторону очень пристальным взглядом смотрел человек-панацея. Хоть он и не мог меня видеть, создавалось ощущение, будто мальчик смотрел мне прямо в глаза.

Подросток больше не плакал… а лишь наблюдал за мной с наклоненной набок головой, словно о чем-то глубоко задумался.

— Это у тебя извращенный вкус! У всей твоей семьи извращенный вкус! Ты только посмотри на него! Будущий ученик моей семьи* такой милый!

Стоило мне только назвать его милым, как он улыбнулся и мило спрятал свою улыбку за рукавом своего ханьфу. Кажется, мальчик был смущен.

Мое сердце заныло еще сильнее.

— Милый⁈ Теперь я понял, почему ты уже целую вечность не можешь себе найти мужчину, нечестивая яо. Все из-за твоих тяжелых вкусов! Тебе известно, кто его отец? Это мертвый лидер демонического Павильона Семи Грехов. У отца-героя сын будет добрым молодцом*! Знаешь скольких слуг, которым было приказано о нем заботиться, он покалечил, а скольких жестоко убил? Да этот мальчик настоящий яо! Еще не поздно одуматься и отдать мне его руку!

Кажется я знаю, какую же пакость прислать ему следующей. Называется «губозакатывательная машинка».

Мальчик внизу прикусил губу и опустил голову, нервно сжимая руками ханьфу… Моя ж ты бедная булочка с корицей.

— А сам бы ты разве не сопротивлялся, если бы тебя пытались превратить в человека-панацею? Ты бы вот так просто смерился с судьбой, с тем, что тебя разберут на части, а потом у того что осталось каждый день будут сцеживать кровь? Я горжусь им за то, что пытался спастись до последнего. Он маленький, но стойкий войн. Да и разве ты сам меня не называешь нечестивой яо? Каков учитель, такой и ученик. Так что это естественно, что у нечестивой яо будет в учениках маленький яо.

Человек-панацея поднял на меня свои два больших и горящих глаза, в которых можно было разглядеть сильную надежду и… восхищение?

— Старшие должны помогать младшим. Тебе нужна серьезная духовная помощь. Я договорюсь о твоем приеме с одним выдающимся монахом… Уходим! Нам больше нечего здесь делать.

— Можешь тоже ждать от меня подарка в ближайшее время, старый хрыч.

После того как он ушел, другие культиваторы тоже начали расходиться. Никто больше не решался делать ставки, чтобы не напороться на мой гнев и наказание.

Так что я успешно купила человека-панацею по частям, и теперь у меня будет один целый ученик.

* * *

(Киноварь — красная краска. Считается, что обладает мистическими свойствами)

(Шаг в Тысячу Ли — за один шаг преодолевает расстояние в тысячу ли. Где-то 500 км. Техника очень затратная, поэтому Ли Фэньцзинь предпочла лететь на своем духовном оружии)

(Чаншэнь означает постоянное благо)

(Бубай означает непобедимый)

(Бедная булочка с корицей — так говорят про неспособного за себя постоять человека. Как беззащитная булочка с корицей которую собака легко украдет)

(Есть дынные семечки — есть попкорн. Слушать сплетни)

(Лицо стало черным — означает, что из-за негативных эмоций лицо фигурально потемнело. Наш вариант — над головой сгустилась черная туча)

(У всей твоей семьи — грозное китайское ругательство)

(Кто-то моей семьи — так говорят о человеке с которым близки или чувствуете близость. Так можно сказать о члене семьи, друге, да даже о знаменитости или книжном персонаже которого любите)

(У отца-героя сын будет добрым молодцом — пословица. Наш аналог «яблочко от яблони недалеко падает»)

Глава 7

Ли Фэньцзинь

Просторное лобби аукциона ощущалось особенно тесным. Я нервно ходила туда-сюда по комнате, то и дело вытаскивая зеркало из пространственного кольца, чтобы удостовериться, что ни один волосок не выбился из прически.

Раз меня уже все равно раскрыли, то решила перестать скрывать свою личность. Я сменила простое белое одеяние на алое ханьфу мастера секты и вернула своим волосам их привычный цвет.

Целую тысячу лет у меня не было ученика. Да еще и живого. О Небеса, в нашей секте наконец-то появится второй живой человек!

Мой прошлый ученик… Лучше не думать об этом. Не все же такие как тот гаденыш.

Я просто обязана произвести на свою булочку с корицей хорошее впечатление. Он должен сам меня выбрать и признать как своего учителя, иначе от этих отношений не будет никакого толка.

Поэтому, нужно распушить пошире перья и показать себя во всей красе.

В двери постучались. Я сначала встала по струнке, а затем молниеносно села за столик и приняла величественно-непринужденную позу с чашкой чая.

— Войдите. — В комнату вошли слуга и мальчик.

После оплаты я попросила деактивировать клеймо подчинения и снять печать с культивации. Так что его привели ко мне привели как свободного человека. Нормально, без ошейника.

Человек-панацея смотрел в пол, а его тощие руки нервно сжимали черное ханьфу.

— Благодарю. А теперь можете идти. — Степенно отпила зеленый чай… Рука слегка дрогнула… Кажется, в чашке ничего не было.

Никто же не заметил, верно?

— Если вам что-нибудь будет нужно, мы всегда рады вам помочь. — И с этими словами слуга скрылся за дверью, оставляя нас наедине.

— Посмотри на меня. — Произнесла подобающим великому мастеру секты голосом… будто и не я недавно как последняя базарная бабка ругалась со старым хрычом.

Мальчик прикусил губу… Но все же не решился ослушаться и поднял на меня взгляд. Так и замер.

Я постаралась улыбнуться как можно более естественно.

Его глаза в форме цветущего персика и так были большими, а теперь стали просто огромными. Он смотрел на меня с таким детским, непосредственным удивлением, что даже мне хотелось смеяться. Но я стоически сдерживала хохот, поддерживая на лице дружелюбную улыбку.

Очевидно, что ребенок впервые встретил в своей короткой жизни альбиноса.

— Так вы правда яо? — Выпалил от шока и сразу же прикрыл маленькими ладошками