Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета - Евгения Владимировна Потапова

В дом кто-то вошел. Хозяйка встрепенулась и пошла встречать гостей. Оказалось, что приехали Сидорчуки. В руках у мужчины была трехлитровая бутыль с чем-то мутным, а у женщины трехлитровая банка с помидорами и огурцами, почему-то рассол там тоже был какой-то непрозрачный. Надя поморщилась, но дары приняла и отнесла в кухню.

Гостья подсела за стол, а мужчина ушел помогать мужикам жарить шашлыки и топить печку в бане. Даму звали Ольгой. Она стала активно всех звать за стол выпить с ней. Чем-то неприятным от нее веяло, что-то отталкивало. Она озиралась в разные стороны, ища того, кто с ней выпьет, всем подливала. Однако сама практически не пила, но всех подзуживала, дескать, не уважаете, не хотите, чтобы ваши дети здоровы были, и все в том же духе.

Я вышла из-за стола и уселась рядом со Светой, у которой на ноге болтался неизвестный мне зверек. Девушка посмотрела на меня и снова улыбнулась.

- Не люблю такие мероприятия, — тихо сказала она, — Муж считает, что это укрепляет коллектив. Вы тоже не пьете?

— Нет, что-то мне не хочется, да и голова начала болеть, — ответила я, потерев виски.

— Ой, хотите, я вам полечу голову, я умею руками лечить, — улыбнулась девушка.

Она протянула ко мне руки, то же самое сделал зверек на ее ноге. Он отпустил ее ногу и протянул лапки вперед, закрыв глаза. Света чуть коснулась моей головы, и тянущая боль в висках стала отступать. От зверушки шли золотисто-голубые всполохи. Потом отпустил лапки, схватил ее за ногу и уснул. Вот, оказывается, что это за чудо было, оно лечит.

— Ух ты, — потрогала себя за голову и удивилась, боль бесследно исчезла. — Сейчас я вам денежку дам.

— Что вы, не надо, — я же просто так это делаю.

— Нет-нет, нужно дать монетку, чтобы дар дальше работал, — ответила я и пошла в комнату, где лежали все вещи.

Вернулась через пару минут со сторублевой бумажкой и обалдела от происходящего, часть женщин были жутко пьяны, кто-то ругался между собой, кто-то уже лежал на полу и спал. Ольга Сидорчук отплясывала на журнальном столике, высоко задирая ноги и что-то непристойное напевая. Света сидела напротив и с ужасом за всем наблюдала. Меня не было всего пару минут, как за это время все изменилось.

Подошла к Светлане и протянула денежку, она их не взяла, а только ткнула пальцем в танцующую Ольгу.

— Что у нее с ногами? — тихо спросила девушка.

— Копыта, — ответила я. — А еще хвост торчит из-под юбки.

Она вдруг обернулась на нас и заблеяла. В дом влетел Саша и застыл, увидев «прелестную» картину.

— Там мужики дерутся, — выдохнул он.

— Шикарно, а у нас все бабы резко перепились, и вот это на столе танцует, — сказала я, ткнув пальцем в «Ольгу Сидорчук».

Она наклонила голову и кинулась в нашу сторону, выставив появившиеся на голове рога. Рогатую гражданку перехватил Шелби.

— Мужчина, вы кто? — спросил удивленно Саша.

— Я хозяйкин брат, — ответил Томас, аккуратно выкручивая рожки с башки рогатого создания. — Ты ее мужа нейтрализуй, и всё встанет на свои места.

— Ага, — кивнул ошарашенный Саша и ушел на улицу.

Света кинулась за ним, выручать своего мужа.

— Ты чего тут, тварь козлиная, забыла? — спросил Томас, выдрав оба рога с головы черта.

— Не твое собачье дело, — ответил ему черт в юбке. — Это моя кормушка, найди себе свое, там и кормись.

— Вот сейчас я тобой и покормлюсь, — рыкнул Шелби.

Томас выволок черта на улицу. Я вышла следом. Около бани мужики били друг другу морды, кричала Света, их пытался разнять Саша. Козлом прыгал рядом Сидорчук, пытаясь столкнуть людей.

— Вот козлина, — тихо сказала я и зарядила ему промеж рогов кулаком прямо по темечку.

Черт обернулся ко мне и удивленно посмотрел.

— Чего зенки вылупил? — спросила я. — Первый раз, что ли, такую красоту видишь? А ну сгинь, нечистая сила, чтобы духу твоего здесь не было, чтоб у тебя всю жизнь отрыжка тухлым луком была и понос не проходящий, такой жуткий, чтобы ты кашлянуть боялся.

— Ну нельзя же так, — возмутился он. — Мы же просто покуражиться зашли, а ты проклятьями сыплешь.

— Ша, козявка, копыта в руки и чеши отсюдова, пока мой бес твою подругу доедает. А то останутся от тебя рожки да ножки, — и со всего размаха залепила ему кулаком в пятак.

Сидорчук увидал приближающегося Шелби, икнул тухлым луком и рванул, как спартанец на длинные дистанции, через забор. Однако исчезнувший черт положительного результата не дал, мужики как дрались, так и продолжили дубасить друг друга. Томас расправил плечи, размял руки, повертел головой в разные стороны и стал огромным краснорожим созданием.

— Бумс, — сказал он, хлопнув в ладоши.

Дерущиеся разлетелись в разные стороны и остались сидеть в сугробах, удивленно хлопая глазами и потирая ушибленные места. Шелби исчез. Неведомая зверушка у Светы на ноге завернулась в свой хвост и тихо там скулила.

— Мужики, а мы чего не поделили? — спросил хозяин дома, прикладывая снег к фингалу под глазом.

— Да это всё Сидорчук, скотина, опять всем про каждого гадости наговорил, — ответил один из мужчин, поднимаясь из сугроба.

— А где теперь эта сволочь? — поинтересовался другой товарищ.

— Как обычно, свалил куда-то.

— В таком виде в дом нельзя возвращаться, — сказал Копылов, — бабы нас сожрут, натираем морды снегом, глядишь, и синяки не проявятся. Потом в баню. После скажем, что полы там скользкие были, упали.

— Все вместе? — кто-то засмеялся.

— Так мы же команда.

Мы вернулись в дом. Женщины постепенно стали приходить в себя. Света поставила чайник на кухне и заварила чай. Решили, что пока не стоит больше злоупотреблять алкоголем.

Через полчаса что-то бабахнуло на кухне. Все кинулись туда, оказалось, что взорвались бутылка и банка, которые притащили с собой черти. Всю кухню непонятно чем улили, вонь стояла непередаваемая. Все тетки резко от запаха протрезвели, пришлось в срочном порядке всем переодеваться и убирать этот «ароматный» кошмар.

Вот так и погуляли на корпоративе. Кстати, после всех инцидентов мы потом неплохо посидели, с чаем