Шантаж - Вика Жукова

— Твоя мама отблагодарила уже, весьма щедро. Ну, поправляйся, — как-то устало пожелала девушка, и я предложил их подвести.

— А знаешь, я соглашусь, — вопреки моим мыслям выдала та, и всучив мне баул, направилась к машине.

— Здравствуйте, — поздоровалась она с Толиком, а тот расплылся в щедрой улыбке.

— Добрый день. Вас тоже выписали? — он пожал руку мальцу, и тот сразу перестал стесняться.

— Дэн сказал, вы можете нас подкинуть, — быстро протараторила Алиса, чтобы я не успел передумать. Толик кинул взгляд на меня. Естественно, без моего слова он и руки не подаст.

Я кивнул.

* * *

Пока ехали, краем уха услышал разговор навязавшихся пассажиров.

— Я не хочу домой. Я боюсь, — шептал малой.

— Папы нет. Не бойся. Мы только ночку переночуем, а на выходных переедем, хорошо? — трепетным ласковым голосом успокаивала брата сестра.

Меня смутили два момента. Почему мелкий боится ехать домой.

И то, каким голосом может разговаривать Воробьёва. Не плеваться, огрызаясь, шипеть, тявкать как обиженный мопс. А приятно лить мед на уши. И я даже поставил под сомнения свои выводы о ее личной жизни. Может эти голоском она и смогла склеить себе жениха, но вредный характер взял свое.

Мы подъехали к их муравейнику.

— Я помогу отнести сумку, — предупредил Толик, но я его остановил.

— Я сам.

— Мы сами дойдем. Спасибо, что подвезли, — девчонка торопилась от меня избавиться.

Но я решил сделать по своему, и взяв их барахло, пошел следом за недовольной хозяйкой.

Мда, аппартаменты подстать.

Вопреки просьбе Алиски, дотащил баул до квартиры.

— Спасибо, — сухо поблагодарила она, вставив ключ в скважину.

— Это, Воробьёва. Вдруг что-то понадобится, запиши мой номер.

— Не думаю.

— Не выделывайся. Ситуации разные бывают.

— Жаров, езжай домой. Тебе постельный режим положен.

— Ладно, я запишу сам, — достав из кармана ключ от своей квартиры, принялся чиркать прямо на победеной части стены.

— Это уже вандализм! — пристыдила Алиса, дернув меня за руку.

— Бывай, Воробьёва, — махнув ей, пошел вниз.

Добравшись до дома, улегся спать. Меня морило. Проспал до вечера. Потом позвонили парни, хотели заехать, поздравить с выпиской.

Гости прибыли через двадцать минут, привезя хороший вискарь и веселых девочек.

— Ну и что ты теперь будет с зачетом делать? — спросил Макс.

— Почку продаст и сдаст, — пошутил Алан.

— Слушай, а ты не помнишь, кто нам билеты в прошлый раз подогнал? — переспросил я Макса, который после второй сессии перевелся в другой вуз.

— Неа, не помню.

— Так эта, девчонка. Еще с Натахой дружила. Мы тогда с Наташкой отдыхать поехали, а она подружке своей этой про болезнь пела. И та ботаника все билеты за нее подготовила. Натаха потом нам передала.

— А, это с которой она из жалости дружила?

— Ну да. Птицина какая-то.

— Да не. Синичкина, — поправил Макс друга.

— Может, Воробьева? — я не мог припомнить ни Натаху, ни других девушек с птичьей фамилией на курсе. А тот случай действительно спас меня от позорного отчисления. Потом у нас был препод на замене. А в этом году снова Семёныч.

— Ты у Ванька спроси.

Все снова сходится на Алисе. Странно.

В пятницу пришлось тащиться в универ, в надежде поговорить с Воробьёвой. Однако, однокурсницы не было.

— Ты кого-то ищешь? — поинтересовался Смирнов, заметив, что я оглядываясь по сторонам.

— Алиска сегодня не приходила?

— Воробьёва? А зачем ты спрашиваешь? Я же предупреждал тебя, не лезть к ней, — парень перешел на повышенные.

— Тебе какая разница? Или думаешь она будет сидеть тебя ждать, и за твое долгожданное внимание тебе курсовую напишет?

— Что ты сказал, гад? — мы накинулись друг на друга. Это урод попал в подреберье, и я начал задыхаться. Он испугался и потащил меня в медпункт. Меня освободили от занятий на сегодняшний день.

Посреди ночи раздался звонок с неизвестного номера. Я скинул несколько раз. Пришло СМС.

«Можешь приехать? Пожалуйста. Алиса».

Я не раздумывая подскочил и вызвал такси.

Глава 11

Алиса

— Да, мне идеально подходит, — я от радости забыла как дышать, восторженно осматривая квартиру, которую собралась снимать. Красивый вид из окна, свежий ремонт, чистота, недалеко от кафе, а главное от Егоркиного садика.

Сначала мне пришлось отказаться от этого варианта, потому что заплатить нужно было за полгода вперёд, а у меня не было таких денег. К тому же нам нужно было на что-то жить.

А тут деньги сами пришли мне в руки. Хотя прыгая за Жаровым в воду, я ни на что не рассчитывала. Просто шла мимо с работы, уставшая, услышала резкий визг тормозов и шум. На мосту произошла авария.

Я даже могла пройти мимо, потому что встречаться лишний раз с Сём Сёмычем не хотела. Но я узнала номера.

— Дэн? — подбежала проверить, могу ли чем-то помочь.

Но автомобиль качнулся и рухнул вниз. Испуганно озираясь по сторонам, попросила вызвать скорую, а сама подошла к краю.

— Куда ты, Воробьева, — профессор схватил меня за руку.

— Там Дэн, он может захлебнуться, — крикнула я, и высвободившись из его рук, прыгнула вниз, так, чтобы не удариться об машину. Благо высота была не большая, а течение в принципе не слишком быстрое.

Но вода была ледяная.

Открыв дверь, потащила парня на себя. Он был не пристегнут, это и спасло его, иначе у меня бы не хватило сил и дыхания возиться с ремнем.

Возле берега меня уже ждали и помогли затащить парня на берег.

— Жаров, не спать, — легонько пошлепала дуралея по щекам. Тот прокашлялся, и расплывшись в улыбке, пробормотал.

— Воробьёва, опять ты.

Надо же, я его спасла, а он еще и не доволен.

Мне пришлось поехать в больницу. Я подвернула ногу, и ужасно замерзла.

Мать Жарова встретила меня в коридоре, когда я уже собралась уходить.

Глаза такие же, как у него, только без животрепещущего огонька. Холодные, проникающие в твою душу и знающие всю подноготную.

Без лишней эмоциональности она поблагодарила за сына, а потом всунула мне конверт.

Я, смутившись, буркнула «спасибо».

— Надо было побольше просить, — Яна скептично отреагировала на поступок матери Дэна. — У них денег куры не клюют. Ты думает она с государственной зп такую тачку купила, или сыну помогает. Хотя нет, было бы разумно сказать, что она его содержит. Взрослый лоб, а сам ни черта делать не умеет, не приспособленный.

Я не стала припоминать о случае с шантажом.

Когда мать Жарова стояла рядом, меня изнутри колотило, от стыда. Было ощущение, что она знает обо всем, поэтому так высокомерно