Целители не лечат - Мия Ловиз

Подруги, заметив, на кого я уставилась, дружно прикусили языки. Даже они почувствовали, как в воздухе сгущается напряжение, будто между нами натянулась невидимая струна. Но он больше не пытался заговорить — лишь смотрел, изучая, как это делает хищник, подмечая каждое движение добычи, чтобы потом нанести удар.

Я прекрасно знала этот приём — сама им пользовалась, когда выслеживала свою «жертву». Только теперь кое-кто решил поменять роли.

«Ну удачи, блондинчик. Даже не представляешь, как ошибся с выбором», — хмыкнула я мысленно и пошла к выходу.

Мы вышли из библиотеки, и я уже собиралась свернуть к лестнице, как внезапно замерла, будто наткнулась на невидимую стену.

На подоконнике, в мягком дневном свете, сидел парень. Красивая, подтянутая фигура, под форменной рубашкой угадывались рельефные мышцы. Рукава закатаны до локтей, и проступали тонкие вены — без вычурности, просто как у человека, привыкшего к нагрузке.

Длинные пальцы легко перелистывали страницы книги. Одна нога была закинута на подоконник, а спиной он опирался о косяк окна, будто это его личное место силы.

Всё вокруг словно замедлилось и растворилось — остались только я и он. Парень свободной рукой убрал взъерошенную челку с глаз. Идеальные черты лица заставили на миг забыть, как дышать.

Он точно в моём вкусе на все сто… Нет, на все тысячу.

Подруги, заметив мою реакцию, тут же проследили взгляд. А когда поняли, на кого именно я смотрю, синхронно обменялись выразительными взглядами.

— Лекси, даже не думай, — первой подала голос Брина, понижая тон. — Он… как Илар, только полная противоположность.

— Поговаривают, что он проклят, — добавила Лори, нахмурившись. — И вообще… держится особняком.

Я лишь усмехнулась. Захотелось подойти ближе.

— Тем более надо проверить, — отрезала я, включая «режим соблазнительницы».

Прижав стопку книг к груди, как титановую плиту, я подошла вплотную. Он не пошевелился, словно меня не существовало. Ну и прекрасно — можно рассмотреть поближе.

Лицо… безупречное. Каждая черта — от прямого носа до чёткой линии губ — будто вырезана скульптором. А эти скулы, челюсть и подбородок… Ммм… Но главное — глаза. Синие с примесью зелёного, глубокие и невероятно красивые, как морская волна в солнечный день.

Эти глаза поднялись на меня медленно, лениво, с холодной отстранённостью, в которой не было ни капли интереса. Удар по самолюбию был почти физическим.

Но я не из тех, кто сдаётся.

— Не хочешь помочь девушке донести книги до комнаты? — самым невинным тоном предложила я. — По пути можно будет познакомиться… и узнать, в какую дверь тебе стоит заглянуть в следующий раз.

В ответ — тишина. Он просто сидел, будто я была пустым местом, не позволив даже узнать, каким голосом обладает. Лишь через пару секунд медленно поднялся, и я мысленно возликовала — сработало!

Но радость тут же сдулась: он просто прошёл мимо, не удостоив даже взглядом, и исчез за поворотом.

— Ему тоже не интересно, — раздался рядом насмешливый голос блондина. — Но предложение заманчивое. Я, кстати, могу помочь донести твою ношу.

Как же раздражает этот дракон! Прямо по живому мозолю.

— Не стоит, — злобно бросила я, перехватив книги удобнее, и направилась к ступенькам.

— Если что, я живу в пятьсот второй, — донеслось мне вслед.

8 глава. Пособие по охоте на сердце дракона

Сжала зубы так, что аж скулы свело. Ну конечно! Сначала блондинистый дракон, теперь этот… молчаливый ледяной монумент с глазами цвета океана после шторма. И оба — с одинаковым посылом: «неинтересно». Кто-то мне, а кому-то я.

Просто потрясающе.

Шагала как злющий каменный голем, не удостоив Илара взглядом. На его насмешливое «если что, я живу в пятьсот второй» ответила только глухим стуком каблуков по ступенькам. Внутри всё кипело, но я держала лицо — Александра Снежина, не бегает за мальчиками. Это они должны бегать за мной.

— Ну и денёк, — догнала меня Брина, явно развлекаясь.

— Ты прям магнит для самых… своеобразных, — добавила Лорелей, пряча смешок.

— Я просто на своём уровне, — отрезала я, не давая им повода раскручивать тему.

Но внутри зудело. Чёрт с ним, с Иларом, но этот молчаливый брюнет… Я поймала себя на том, что уже представляю, как эти ледяные глаза будут смотреть на меня иначе. Тёплее. Живее.

И, будь я проклята, я этого добьюсь.

Мы дошли до общежития довольно быстро, хотя внутри я всё ещё мысленно перематывала ту сцену у подоконника, кадр за кадром.

Девочки оставили учебники у себя и пошли ко мне. В комнате я аккуратно сложила книги на стол, а потом, будто между делом, облокотилась на спинку стула и смерила подруг внимательным взглядом.

— Девочки… — протянула я лениво, — а что вы вообще знаете про этого красавчика на подоконнике?

Брина с Лорелей переглянулись так, будто я только что спросила, где хранится королевская казна.

— Лекси, — первой заговорила Брина, — он… не из тех, к кому стоит подходить.

— Почему? — прищурилась я, хотя в глубине души ответ знала. Чем опаснее, тем интереснее.

— Его зовут Кейл Арнтор, — вмешалась Лорелей. — Говорят, он проклят. Никого к себе не подпускает, держится отстранённо.

Я ухмыльнулась. Это я уже слышала.

— Проклят? Звучит как реклама.

Подруги закатили глаза, но я видела — они поняли, что меня уже не остановить. Так отказать, как сделал он… для меня слова «нет» не существует. Это вызов. И теперь он официально цель номер один.

— И судя по тому, что вы сказали, то и девушки у него нет.

— Лекси… — начала Брина, но я перебила:

— Нет-нет, не надо отговаривать. Я знаю, что делаю.

В голове уже выстраивался план. Сначала — пара случайных встреч. Потом — зацепка, чтобы заговорить. А там… лёд тает быстрее, чем кажется, особенно в правильных руках. Но нужно больше информации о нём.

— Мы же не так просто тебя отговариваем, — заговорила Лори, когда я выдернула очередной листок из тетрадки, только уже для другого списка. — Ты пойми, любой рядом с ним в опасности.

Я напряглась. Бросила взгляд на девочек в надежде, что они продолжат, не заставляя их поторапливать.

— Ходит слух, — первой не выдержала Брина и понизила голос почти до шёпота, — что в прошлом году одна новенькая тоже подошла к нему и взяла за руку, чтобы привлечь внимание, а потом…

Театральная пауза, чтобы придать словам зловещий тон. Это меня почему-то начинало больше смешить, чем пугать.

— Она умерла! — предположила я.

— Нет, ты что? До этого не дошло, но она упала