Прятки с любовью - Жанна Софт

Ну, хоть не зря.

Уже дома, открываю сумочку, куда убрала блокнот с расписанием Нагольского, и с опозданием понимаю — там пусто. Блокнот из сумки пропал.

Прокручиваю в голове события и осознаю, только Марк мог вытащить ее. Во время поцелуя.

Ах ты сукин сын!

Глава 5

Марк

Вам знакомом чувство триумфа? Победы? Торжества?

Все эти слова, безусловно, слишком громкие для того, что испытал я, когда испортил планы рыжей стервы.

Заметил, как она рылась в моем бардачке случайно, и впервые осознал всю силу своего седьмого чувства. Нет, тут дело даже не в комплексе неполноценности, а скорее — в критическом мышлении.

Уж очень сильно она пыталась показать, что я ей не нужен и вместе с тем потрудилась привлечь мое внимание. Изобразить поломку своей машины на дороге. Неужели, леди с изяществом бультерьера собралась вцепиться в горло Нагольского?

И почему она просто не сфотографировала его расписание?

Я убрал блокнот обратно в бардачок и дал себе зарок держаться подальше от этой интриганки и воровки. Было так же нечто грязное в том, что она не стесняясь торговала своим телом, с целью наживы. Впрочем, в наше время этим занимаются практически все. И когда я сминал ее прелести в своей машине, не испытывал особенных мучений совести. Это все игра.

Света пытается запудрить мне мозги. Но вряд ли у нее это получится. Особенно, если учесть тот факт, что, целуя ее я был куда более хладнокровным. Сумочка оказалась открыта, и сползла с ее коленок. Просто сунул руку и забрал свое.

Впрочем, примерзкое чувство обмана смешивалось с острой жаждой конкуренции, и интересом приправленным вожделением.

Хотел ее с первой встречи. А она — лишь корыстолюбивая стерва. Вот и сказочки конец.

Конечно, ни в какой сервис я не поехал, и прекрасно понимал, что Света вряд ли будет ждать моего возвращения. Ведь наверняка спохватится пропажи.

Хотел бы видеть ее лицо в этот момент!

Думал об этом всю последующую неделю, погрузившись в круговерть бытовых дел, новостей и работы. Но забыть ее, и просто выкинуть из головы — не мог.

Впрочем, предупреждать Нагольского о ней тоже смысла не видел.

Сухой скептик, вроде него вряд ли клюнет на кого-то вроде Светланы. Впрочем, если вспомнить какой была Анжела…

— Босс ждет тебя у парадного, — слышу в приоткрытое окно автомобиля слова охранника.

Сижу за рулем, во дворе дома Дмитрия Васильевича и откровенно медитирую, ожидая шефа.

— Принял, — завожу машину и медленно подкатываю к указанной точке.

Нагольский спускается по ступеням своего старинного имения, в стильном светлом костюме, он ярко выделяется на фоне серых стен, потрескавшихся кое-где от старины, с облупившейся лепниной.

Шеф обожал все старинное, античное, и винтажное. Должно быть, считая себя коллекционером.

Я его страсти к старью не разделял. Вся эта позолота и канделябры отдавали мещанством. Но, как говорится, каждому свое.

Босс садится в салон и бодро называет пункт назначения — дорогой ресторан в центре Москвы. Что ж, должно быть важные переговоры.

Я не лезу с расспросами и мы отправляемся в путь. Нагольский мужик нормальный. Работаю на него уже больше десяти лет, и в деньгах не испытываю потребности. Кроме того, Дмитрий Васильевич был активным благотворителем, и отчислял в фонд протезирования не малые деньги. Именно, благодаря ему у меня был протез, который позволял жить полноценной жизнью.

Но были и другие времена. Когда я валялся на койке безвольным овощем.

Привкус тлена и смерти тут же появился у меня во рту. Те дни, моей юности, должны были стать самыми приятными, но нет. Меня угораздило родится как раз в годы, когда страна развалилась, и не смогла собраться заново. Когда человеческая жизнь стоила ничтожно мало. А молодых парней, словно скот на убой гнали в горы, воевать.

Там я и познакомился с Олегом. Там и ногу потерял.

— Ты какой-то молчаливый сегодня, — возвращает меня в реальность шеф, — Случилось что?

— Да, просто задумался.

— У твоего приятеля все хорошо?

Нельзя было приуменьшить роли Дмитрия Васильевича в благополучном завершении дела Олега и Саши Теряевых. Если бы не он, то его товарищ потерял бы все. И жену, скорее всего.

— Да, все отлично. У них скоро появится ребенок, — я кидаю взгляд в зеркало заднего вида, пытаясь понять реакцию пассажира.

Насколько знал, у Нагольского нет детей.

— Дети — это прекрасно, — говорит он, отвлекаясь на телефон, — Надо бы тоже заняться этим вопросом. Не поздно еще?

Сухие губы мужчины подергиваются в подобии улыбки и я вдруг улавливаю, что он в отличном настроении. Впервые с того момента, как узнал об измене Анжелы.

— Это дело хорошее, — отвечаю тоже с улыбкой, — Никогда не поздно.

Дмитрий усмехается и хмыкает.

— Сегодня как раз мать еду присматривать, — то ли шутит, то ли в серьез говорит босс, — даже нервничаю немного. Давно не бывал на первом свидании.

Кидаю недоуменный взгляд на него. Обычно шеф не посвящает меня в свои планы, а тут вдруг будто чувствует, что я могу что-то знать. Меня охватывает неприятное предчувствие.

— С Анжелой жил почти семь лет, думал она меня порадует потомством. Но у той в голове только тряпки были, — продолжает свою внезапную исповедь Нагольский.

— Так у вас свидание? — перевожу тему в более интересное для меня русло.

Шеф кивает, и снова усмехается.

Хорошо, что у нас довольно-таки приятельские отношения, и я мог достаточно свободно говорить с ним. Да и сам Дмитрий Васильевич был открыт для диалога, правда бывало это довольно редко.

— Кто она? — чувствую, что близок к истине и догадки мои о прозорливой рыжей вот-вот подтвердятся.

— Дизайнер интерьеров, — меж тем рассказывает пассажир, — Светлана Самойлова. Бывшая жена Воронина, помнишь его?

Ну вот и все, дамы и господа присяжные. Что делать? Мое очарование скептицизмом Нагольского разбилось вдребезги.

Как впрочем, забавно было осознавать, что наши вкусы на счет Светы — совпали. Или она просто, как тот мед (или что похуже)?

Я медленно киваю. Помню, конечно.

— Ее порекомендовала для обновления интерьера мой секретарь, имение давно пора привести в порядок.

Снова киваю, всем видом показывая, что тема мне интересна.

— Ваш секретарь?

— Да, Алина, новенькая. Помнишь?

Я не помнил, но кивнул.

— В общем, эта Самойлова — очень красивая. Я предложил обсудить нюансы за ужином и она согласилась. Впрочем, вряд ли она догадывается, что это свидание.

«Уж она-то