Маленькая Леди в большом городе - Эстер Браун

– Да-а.

Папаша сдвинул брови, видимо желая сделать вид, будто он все понимает.

– Может, теперь перечень оказываемых агентством услуг корректирует твой смертельно скучный бойфренд? Готов поспорить, у него свой взгляд на твои способы зарабатывать. Так?

Откуда он обо всем знает? Может, читает мои мысли на расстоянии? Меня бросило в жар и в холод.

– Нет, – твердо произнесла я, наверное, в миллионный раз. – Джонатан рад, что у меня агентство. В последнее время я в основном обновляю гардеробы и организую вечеринки, но если кому-то из клиентов потребовалась бы… – Я замолчала, сознавая, что вот-вот солгу. Впрочем, пути назад не было. – Потребовалась бы помощь иного рода, Джонатан все правильно бы понял.

«Дзинь!» – прозвучал в ушах голос Нельсона.

Черт!

Отец наклонил голову набок и улыбнулся, будто перед ним сидела очень маленькая безмозглая девочка.

Что ж, весьма мило. Не воспользоваться такой блестящей идеей будет непростительной глупостью.

Столь неожиданный поворот поставил меня в тупик. Когда мы обсуждали деятельность моего агентства в прошлый раз, папаша обозвал меня шлюхой и заявил, что я позорю честь семьи.

– Раз уж твои дела идут прекрасно, наверное, улаживая их одна, ты сбиваешься со своих весьма массивных ног? Верно?

– Хм…

– Ну, чего молчишь? Успешно продвигаются твои дела или нет?

– Успешно.

– Значит, в твоем агентстве найдется занятие и для Аллегры. – Отец отодвинулся от стола с видом человека, отлично справившегося с работой, и принялся просматривать карточки дружков в визитнице «Ролодекс». – Нагрузи ее работой, и пусть оставит нас в покое.

Я округлила глаза.

– Шутишь?

Отец вскинул голову.

– Для тебя развод Аллегры – шутка?

– Нет, конечно, но…

– Такое впечатление, что на сестер тебе наплевать, – заметил папаша с укором. – Если бы я на тебя не надавил, ты бы и пальцем не пошевелила, чтобы помочь с подготовкой к свадьбе Эмери. Не оттого ли это, что ты у нас старая дева? В наши дни, моя дорогая, это не столь большая беда. А работать не грех при любом раскладе.

– Я не могу взять Аллегру! – взвыла я. – Не найду для нее занятия, при всем своем желании. Но хотела бы ей помочь. Естественно, хотела бы. По-моему, она должна работать где-нибудь в художественной галерее. Для нее нет ничего лучше… хм… искусства. Разве не так?

О том, что Аллегра распугает всех моих клиентов, если раз семь ответит на телефонные звонки, я не желала говорить. Общаться с людьми она умеет не лучше расхитителя могил, а большинство парней, что звонят в агентство, отличаются повышенной ранимостью.

Отец снисходительно посмотрел на меня.

– Разумеется, Аллегра стала бы находкой для любой галереи, Мелисса. – Мы оба понимали, что он несет чушь. – Но я заботливый отец и не посмею снова отправить дочь на рынок труда в таком…

– Впервые отправить, – уточнила я. – Аллегра никогда всерьез не работала.

–Совершенно верно, – согласился отец. – Тем более нельзя обрекать ее на мучения: собеседования, возможные отказы…

– К тому же за каждым ее шагом следит полиция, – прибавила я.

– Знаю, – ответил отец. – Надо учитывать и то… – Его голос настороженно стих. – Видишь ли, теперь, куда ни сунься, тебя везде подкарауливают чертовы журналисты. А вы, девочки, и так настрадались оттого, что родились в семье известного политика.

Он взглянул на меня поверх пальцев выпученными глазами, и тут я поняла. Щелк, и все встало на свои места.

– Ты хочешь, чтобы я пристроила Аллегру в своем офисе, потому что боишься, как бы она не привлекла к себе внимание в чьем-то чужом!

– Угадала, – ответил отец, принимаясь просматривать газеты на столе, словно давая понять, что собеседование подходит к концу. – Нельзя допустить, чтобы какая-нибудь слишком любопытная дама из отдела кадров стала совать нос в наши дела и чтобы фотография Аллегры появилась на первой странице «Сан», когда она попадется, скачивая из Интернета порнуху, или принимая наркотики в туалете, или за другим мерзким занятием, на какие она способна.

– Но я не смогу платить ей и трети того, что ее бы устроило, – запротестовала я, вспомнив о непомерно высокой цифре, которую назвала Аллегра. – Я и сама столько не зарабатываю!

– Лишь бы она чем-нибудь занималась, – сказал отец. – А ее заработок, как бы это сказать, будет поступать из моего кармана.

Я уставилась на него, пытаясь вычислить, где кроется подвох. Отец определенно темнил. Раздавать деньги просто так не в его характере.

– Я мог бы помочь и тебе: у меня есть интересное предложение, – великодушно сообщил он. – Мне не мешало бы ознакомиться с правилами международного этикета: в связи с подготовкой к Олимпиаде предстоит много общаться с высокопоставленными особами. У кого спрашивать совета, как не у лучшего в Лондоне специалиста в этом деле?

Если первая папашина идея показалась мне невообразимой, вторая вообще огорошила. Заметив мое колебание, он накинулся на меня, точно ястреб на хромую полевую мышь.

– Что скажешь, Мелисса? – спросил он с нажимом. – Разве не здорово? Ты сможешь не просто участвовать в проекте международного значения, а еще тем самым и помогать родному отцу! К тому же развивать свой бизнес! И получать неплохие деньги! Возможно, – прибавил он, немного подумав, – даже повстречаешь стоящего молодого человека!

– У меня есть стоящий молодой человек, спасибо.

Отец презрительно фыркнул.

– А, тот американец. Ну да, конечно. Итак, по рукам?

Я чувствовала, что чего-то не уловила, но не могла сообразить, где прячется подводный камень.

– А если я скажу «нет»? – отважилась спросить я.

Отец взял телефонную трубку.

– Не стану отвечать. Но сестрица в любом случае на твоей совести. Я не потерплю, чтобы она болталась тут, как летучая мышь-вампир. У меня море дел. Заниматься Аллегрой да еще и тобой я просто не в состоянии.

– Э-э, я подумаю, – сказала я. У меня не было иного выхода. – Постараюсь ей помочь.

– Вот и замечательно.

Отец одарил меня жуткой улыбочкой, показав все зубы – старые и новые.

Я извинилась и пошла на кухню успокоить нервы вкусненьким.