Утро с любовницей - Элизабет Бойл

– Пойдем, – скомандовала она, поднимая Шарлотту со стула. – Ты сможешь прочитать эти идиотские стихи своих будущих поэтов, когда мы... – Ее слова резко оборвались, когда она тоже заметила почерк. – Ф-ф! – прошипела Финелла и, выхватив письмо, швырнула его в камин. – Аврора! Полагаю, эта поганая тварь хочет еще денег. – Она вытерла руки о юбку и снова раздраженно фыркнула. – Но ты же не собираешься опять оплачивать ее долги, нет?

Шарлотта покачала головой, пораженная не только реакцией кузины на письмо, но и продемонстрированной ею неприязнью.

– Ладно, будем считать, что нет. – Финелла засопела неподобающим леди образом и энергично потащила Шарлотту из комнаты, на ходу забрав у молодой служанки – вышеупомянутой Пруденс, как предположила Шарлотта, – красивейшую шляпу.

С протяжным вздохом изумительный предмет туалета был водружен на прическу Шарлотты, затем пришла очередь накидки и перчаток, и уже мгновение спустя Шарлотта вышла через парадную дверь, спустилась по ступенькам и заняла место в ожидавшем открытом экипаже. При виде дам одетые в ливреи кучер и слуга на запятках заняли свои места, и экипаж тронулся с места.

Шарлотта пальцами пощупала настоящее произведение искусства у себя на голове. Да, она никогда в жизни не носила такой шляпы и чувствовала себя почти королевой в столь модном наряде.

– А где была Аврора, когда у нас был пустой буфет и мы чертовски мерзли каждую зиму, я спрашиваю? – продолжила свою тираду Финелла. – Где она была? Попивала чай в этом своем разукрашенном особняке в Мейфэре, теплом и уютном, и благополучно не замечала нас.

Шарлотта старалась разобраться во всей этой информации, но одно никак не укладывалось у нее в голове. Ее мать жила в особняке?

– Не могу понять, – заговорила она и тут же поправила себя в надежде узнать больше: – То есть никогда не понимала, почему она с нами не знается.

Если не считать того, что теперь Шарлотта, по-видимому, была кем-то недостойным.

– Чтобы благородная и могущественная графиня Пилсли нанесла нам визит? – Финелла снова фыркнула. – На Литл-Тич-филд-стрит? Это было бы забавно. О, она будет пользоваться твоим состоянием, но не снизойдет до того, чтобы узнать тебя. – Леди многозначительно выгнула дугой брови. – Нет, это лучше, что она предоставила нас нашей судьбе и после смерти Уилмонта вышла замуж за Пилсли. По крайней мере мы не по уши в долгах.

Шарлотта изо всех сил старалась все это осмыслить и не выглядеть обескураженной.

Мать оставила ее с кузиной Финеллой и снова вышла замуж? И при этом нашла себе графа? Это был огромный шаг наверх, потому что отец Шарлотты был простым рыцарем с не заслуживающей внимания собственностью.

– Я думала, у Пилсли есть деньги, – не подумав, вслух сказала Шарлотта.

– Хм! Их недостаточно, чтобы покрыть ее карточные долги, – бросила Финелла, но ее кислое выражение быстро сменилось широкой улыбкой, и она приподнялась с сиденья, чтобы весело помахать леди на улице.

Взглянув на модно одетую женщину, которую восторженно приветствовала кузина, Шарлотта чуть не выпала из открытого экипажа, – потому что не кто другой, как Коринна Форнетт махала им в ответ изящной рукой в перчатке, словно они были давними и хорошими друзьями.

Миссис Форнетт? Та самая женщина, на которую Финелла еще вчера смотрела с такой неприязнью? Удивительно, как она не отправила срочное письмо в «Тайме» с жалобой, что распутной даме разрешают въезжать в Мейфэр?

– О да, сегодня Коринна выглядит не очень хорошо. Честно скажу, если бы она не была такой замечательной девушкой, я бы ее презирала. – Финелла плюхнулась на сиденье и натянула перчатки. – Итак, на чем я остановилась?

– Леди Пилсли, – рассеянно ответила Шарлотта, все еще не сводя глаз с удаляющейся незнакомки. Она была настолько удивлена, что почти не слышала Финеллу, продолжавшую поносить бывшую леди Уилмонт.

– О да! Если бы Аврора не была столь общительна, то, полагаю, они оба были бы разорены, но эта моя кузина всегда обладала шармом, которого хватило бы на десять женщин. И все же я с содроганием думаю, что сделает Пилсли, если когда-нибудь узнает, как много его любимая жена проиграла в вист и в кости.

– В кости? Невероятно, – пробормотала Шарлотта. Прежде всего почти невозможно было представить ее мать как «общительную», – но еще и играющую в кости?

– Тебя самое следует хорошенько выпороть за азартные игры! – Финелла скрестила руки на груди. – Особенно за вчерашний вечер.

Что такого она сделала вчера вечером? Судя по сжатым челюстям кузины, Шарлотта могла догадаться, что ей не придется долго ждать, чтобы это узнать.

– Лотти, ты слишком много пьешь и чересчур крупно играешь. – Палец Финеллы поднимался и опускался с точностью недавно изобретенного метронома. – Ты рискуешь приобрести чудовищную репутацию.

Репутацию? Насколько Шарлотта представляла себе, учитывая вольности, которые позволял себе лорд Трент в это утро, ее репутация была самой меньшей из всех забот. И тем не менее ей необходимо было что-то возразить кузине.

– Я постараюсь сделать все, чтобы исправиться.

– Ба! – На леди ее слова, очевидно, не произвели никакого впечатления. – Разыгрывай кающуюся леди из Мейфэра перед кем-нибудь другим, кто тебя не знает. – Финелла снова подтянула свои выношенные перчатки. – Правда, Лотти, ты же не можешь дать себе волю. Во всяком случае сейчас, когда твое существование будет обеспечивать всего лишь небольшая ежегодная рента. И получив ее, ты не в состоянии чрезмерно потакать себе...

По крайней мере это наставление напоминает ту Финеллу, которую она знала, подумала Шарлотта.

– ...особенно после того как мистер Лудлоу в прошлом месяце предельно ясно высказался на этот счет. Но разве ты прислушаешься к своему поверенному, если пропускаешь мимо ушей даже то, что говорю я? Дом, Лотти. Ты должна найти кого-нибудь, кто может внести в соглашение дом. Или, если не приличную недвижимость, то, быть может, акции корабельной компании. Я вспомнила о миссис Уоллейс, которая хорошо разбирается в таких акциях. Но прежде всего тебе необходимо заручиться покровительством человека со средствами, способного обеспечить их приобретение. – Финелла неодобрительно сжала губы в тонкую прямую линию. – Непохоже, что от него ты получишь что-нибудь подобное. – Очевидно, эта лекция была не новой. – Этот обнищавший, наглый, никудышный грубиян...

– Вы имеете в виду лорда Трента?

– Разумеется, его, – без всякого раздражения ответила Финелла. – Этот человек тебя погубит!

– Думаю, уже погубил, – едва слышно пробормотала Шарлотта, вспоминая, с какой готовностью ее бедра бросились вверх, когда он накрыл ее своим обнаженным телом, как послушно они раскрылись при его прикосновении.

– А вот Рокхест – он из тех людей, на кого женщина вполне может положиться. – Финелла мечтательно вздохнула. – Ах, если бы у меня был кто-то, подобный ему, я, конечно, не была бы сейчас здесь.