Святая грешница - Изабелла Розенталь

— Эй, потаскуха, стой! Что ты здесь делаешь?

— Прости, малыш, что?

— Не называй меня малыш! — он подскочил к бутылке, сделал долгожданный глоток и пришел в ярость еще сильней. — Что ты мне принесла!?

— Это, малыш, твои ожидания. Кажется, именно этого ты ждал?

— Что ты себе позволяешь? Ты кто вообще такая? Посмотри на себя! Облезлая стерва! Даже не можешь принести мужу бутылку виски!

— Меня не волнует, что ты говоришь, Алекс, я всего лишь выполняю просьбу своей подруги. Это она попросила меня принести тебе воды.

— Где она? Где Мария?

— Я здесь. И ты знаешь, мне кажется, тебе стоит извиниться передо мной и своей женой. Сначала я хотела заняться с тобой любовью. Но сегодня я не спала в тот момент, когда ты пришел, и наблюдала за всем, что ты делаешь. В один миг ты стал мне противен. И я решила ненадолго уйти от тебя. Но какое-то отторжение не проходит и сейчас. Алекс, зачем ты ко мне приходишь? Что ты от меня хочешь? Я знаю, я никогда тебя не спрашивала об этом, но вот ты обнаженный, стоишь передо мной, своей любовницей и перед Анитой — той, которая тебя ждет дома изо дня в день.

— Я что-то не понимаю, что здесь происходит. — Алекс и теперь показывал свое превосходство над обеими женщинами. — Зачем я сюда прихожу? Чтобы неделя прошла хорошо, чтобы овладеть женщиной, которая никому не принадлежит.

— Ну как же никому? После тебя и другие приходят. Или ты думаешь, что я тоже жду тебя, беспрерывно глядя в окно?

Анита впервые за долгое время видела мужа трезвым. Она видела, как он упрямо избегает ее взгляда. У нее больше не было к нему вопросов. Она не решилась подойти к нему, как они договаривались с Марией, и сказать в глаза все, что хотела сказать долгие годы. Она не подошла из страха, что он накинется на нее и убьет тут же, поэтому просто вышла, а в карман брюк положила обручальное кольцо и записку: «Может быть, когда-нибудь я захочу к тебе вернуться, но теперь прощай». После этого Анита ушла снова в комнату бабушки и крепко уснула.

Мария выгнала Алекса так, что ей стало жалко его. Но она решила не отступать от намеченного плана и помочь Аните покончить с прошлой жизнью. Ей казалось, что так она поможет и себе разобраться в том, что же такое любовь и счастье.

Во вторник Мария надела короткое черное платье и ботфорты на высоких каблуках. На столе теперь стоял графин, наполненный рубиновым вином. Сегодня приходил очень уважаемый в обществе человек. Он всегда ходил в солнцезащитных очках. Перед тем, как войти, надевал повязку на глаза. Он был очень уважаем в обществе, так как его работа была связана с образованием детей, поэтому он очень боялся, что его кто-то узнает, сфотографирует, нароет компромат. Но Марии он доверял почти так же, как себе.

— Я помогу тебе раздеться, мой министр образования, если ты ответишь мне на пару вопросов, — сказала она, стягивая с него галстук.

— Я весь твой, но у нас не больше трех часов на все!

— Тебе не надоело бояться?

— Мария! Выпьем вина? Может быть, ты расслабишься?

— Пожалуйста, ответь мне на вопрос и ты получишь все, что захочешь.

Его губы задрожали от раздражения. Все вокруг на него давили, и он чувствовал себя обязанным перед каждым человеком на земле.

— Мария, твой вопрос меня возбудил до самых штанов, сейчас дырку просверлю, ты не видишь?

— Значит ли это, что тебя возбуждает страх? Я хочу, чтобы ты снял повязку с глаз!

— Нет, я лучше сниму с тебя это платье и возьму то, зачем пришел.

— А зачем ты приходишь?

— О, дорогая, — он расстегнул пуговку на брюках и приблизился к ней, обхватив ей талию. — К чему все вопросы?

Мария поцеловала его в шею и резко сняла повязку с глаз.

— Улыбайся, министр! — в комнате стояла Анита и делала снимок за снимком.

Министр пришел в бешенство, перевернул стол с графином, дернулся в сторону Аниты и не запнулся о собственные спущенные штаны.

— Я отдам тебе все кадры, а хочешь, мы сделаем снимки и развесим здесь на стенах? Но сначала ты скажешь мне, зачем ты приходишь.

— Мария, — начал он умоляющим голосом. — Для тебя не секрет, что ты просто шлюха? Ты не берешь деньги, ты ничего не требуешь. У меня к тебе тогда встречный вопрос: зачем тебе это надо?

— Не приходи больше, уходи. Оказывается, я тебя совсем не знаю. Почему ты вообще здесь появился? И ты прав. Я не знаю, зачем мне это надо.

— Отдай пленку.

— Да не было там пленки, ты просто трус. Но уважаемый трус.

Эта недолгая встреча тронула Аниту впервые за долгие годы. Ей всегда нравилось, что так много мужчин проявляют к ней внимание. Ей даже нравилось, что ее называют шлюхой. Она, порой, видела, обожание в их глазах. И никогда ничего не требовала. Этого было достаточно. «Но почему он так и не ответил на вопрос?». Ее мучили вопросы, но ответов так и не было. Оставалось еще несколько дней, чтобы выяснить хотя бы что-то. Она чувствовала, как что-то внутри начинает умирать.

Следующим посетителем был старик, которого всегда надо было ублажать, начиная с массажа. Он так и говорил: «Ты же понимаешь, что я старый. Мои кости никуда не годятся и надо бы их поразмять перед нашей небольшой прогулкой в мир удовольствий».

Он как обычно пришел после обеда в хорошем расположении духа. В руках он держал букет роз. И Мария вышла к нему обнаженная. Она чувствовала к нему какое-то тепло, но страсти никогда не было. Этот старик хорошо знал, как доставить ей удовольствие одним только своим словом. Поэтому она ставила все фишки на него.

— Вы не представляете, как я рада видеть Вас сегодня! — встретила своего гостя Мария.

— А я думал, что меня рады видеть только в морге. — Он снял шляпу и расправил свои седые кудрявые волосы до плеч.

— Давайте я помогу Вам раздеться, хотите вина, виски?

— Нет, я хочу массаж твоими чудесными пальчиками, которые в этот день принадлежат мне одному. Он лег на кровать, а она села на него верхом.

— Что это за запах такой, Мария?

— Это лавандовое масло, мой старик. Но подождите, я хочу, чтобы вы ответили мне на вопрос: Зачем Вы ко мне приходите?

— А ты в зеркало-то себя видела?

Перед кроватью было огромное зеркало, поэтому она слегка приподнялась и осмотрела себя.

— Видела, ничего вроде.

— Так какие могут быть вопросы?

— Я понимаю, Вас привлекает моя красота, массаж! — она ущипнула его за ягодицу так, что ему стало больно, но он засмеялся.

— Заешь что, мне просто с тобой хорошо. Не могу сказать, что будь я моложе, то променял бы свою жену на твои золотые руки, но с тобой действительно хорошо.

Она легла на него всем своим телом так, словно окутала его всем своим существом.