Навеки - Джоанна Линдсей

Дэвид передал в распоряжение Розалин свою машину до конца ее отпуска, и завтра она должна будет отвезти его на вокзал. А сегодня они вместе отправились в соседний городок: там находился магазинчик, в котором можно было купить американские товары. Впрочем, Розалин ехала туда только ради того, чтобы лишний раз попрактиковаться в езде по левой стороне дороги. Она решила не упускать такую возможность, пока с ней был Дэвид, который помог бы ей, если бы она вдруг забыла об особенности английских дорог.

На обратном пути к коттеджу она решила все-таки рассказать Дэвиду свой странный сон. Когда она закончила, он усмехнулся и произнес:

— Ты встречалась во сне с обладателем Проклятья Бладдринкера и тут же поспешила избавиться от него, даже не расспросив о проклятии?

— Но пойми же, Дэвид, откуда мне было знать, что это сон? Я-то думала, что меня снова разыгрывает Бэрри с помощью своего дружка-актера, который шутки ради провозгласил себя хозяином моего меча. — Розалин помолчала, потом лукаво улыбнулась. — Впрочем, если бы я даже и спросила его о чем-либо, его ответ все равно пришел бы ко мне из моего же подсознания и эта загадка так и осталась бы неразгаданной.

— Да, конечно, но так или иначе было бы любопытно узнать, как раскрыло эту тайну твое подсознание. Те, кто верит в реинкарнацию, считают, что оно хранит память о наших предыдущих жизнях.

В этот момент Розалин в ужасе широко раскрыла глаза и стала лихорадочно крутить руль: увлеченная разговором, она чуть не съехала на противоположную сторону узкой проселочной дороги. Когда ей, наконец, удалось вырулить на свою сторону и они вдоволь посмеялись над ее маленьким промахом, Розалин заметила:

— Видишь, что получается, когда за рулем пытаешься разглагольствовать о всяких леденящих кровь тайнах и проклятиях! Давай-ка лучше оставим реинкарнацию в покое, пока дело не кончилось совсем плохо.

Дэвид усмехнулся и заметил:

— Во всяком случае, одно могу сказать точно: раскаты грома и вспышки молний, о которых ты упоминала, тебе не приснились — я помню, что гроза разбудила меня прошлой ночью. — Розалин нахмурилась и внимательно заглянула ему в лицо, а он добавил:

— Но ты ведь знаешь, что звуки, которые врываются в наш сон, могут проникать в наши сновидения и превращаться в самые причудливые образы.

— Ив самом деле, — задумчиво молвила Розалин. Она неожиданно вспомнила подробности своего видения, на которые раньше не обратила внимания: каждый раз перед появлением викинга, будь то в кабинете или во сие прошлой ночью, она прикасалась к мечу. С того самого момента, как она приобрела клинок, словно какая-то сверхъестественная сила постоянно принуждала ее к этому. А что если и вправду?..

Она мысленно оборвала себя на полуслове, не желая опять предаваться размышлениям о всяких потусторонних вещах. А чтобы еще раз доказать себе, что все случившееся прошлой ночью — плод ее воображения, она, едва добравшись домой, отправила Дэвида раскладывать покупки, а сама побежала вверх по лестнице прямиком в свою спальню. Ни секунды не колеблясь, она быстро вытащила ящик из-под кровати, положила его на матрас, открыла замок, приподняла меч с бархатного ложа и сжала пальцами рукоять.

Раздался гром, но Розалин даже не повернула головы в сторону окна — она не отрываясь смотрела в угол комнаты, где прошлой ночью ей явился Торн Бладдринкер и где он стоял теперь собственной персоной, сжимая в кулаке куриную кость с остатками мяса.

Пресвятая Дева, неужели это не сон? К ней в комнату средь бела дня является призрак — призрак хозяина древнего меча! Не какой-то там актер, а самый что ни на есть настоящий викинг, причем умерший без малого тысячу лет назад! Она не верила в привидения, но что же это еще может быть? Призрак как-то связан с мечом — его мечом. Нет, невозможно!

Призрачный гость, прищурясь, недовольно взглянул на Розалин — по всему видать, он был не в восторге от своего неожиданного появления в ее комнате.

— Вы оторвали меня от роскошного пиршества в замке Одина, миледи. Отпустите меня обратно, а если нет, то накормите — я ужасно голоден.

— Уходите, я вас отпускаю, — слабо пролепетала она, еле ворочая пересохшим языком.

Он еще больше сузил глаза, быстро обглодал кость и резким движением отшвырнул ее. Кость ударилась о стену за его спиной и упала на пол. Но сам призрак и не думал исчезать. Он стоял на том же месте и не торопясь пережевывал мясо, потом облизал пальцы и промолвил:

— Ваше счастье, леди, что мне так нравятся пиры Одина — иначе бы я непременно остался, хотя вы изрядно мне надоели — то и дело тревожите без всякой цели. Предупреждаю вас, миледи: вы можете отослать меня обратно, и я уйду, но лишь тогда, когда сам этого захочу. Если же я решу остаться — останусь, и вам будет не так-то просто от меня избавиться.

Он неожиданно улыбнулся, и на щеках опять заиграли ямочки. Розалин почувствовала, как у нее по спине приятно поползли мурашки. Ощущение это совершенно не вязалось с тем ужасом, который владел ею всего секунду назад.

— Если вы еще раз позовете меня, леди, у вас будет возможность в этом убедиться.

В следующее мгновение странный гость исчез так же внезапно, как и появился. Его уход не сопровождали ни потусторонние звуки, ни таинственный дым, ни другие необходимые атрибуты привидения, — только раскаты грома и вспышки молнии. Он исчез, а Розалин отупело уставилась на куриную кость, которая по-прежнему валялась в углу комнаты.

Привидение, у которого, по его же словам, зверский аппетит? Призрак, который оставляет после себя обглоданные кости? Но она же не верит в призраков и проклятия! Как же она может всерьез размышлять о подобных вещах? Так ведь и с ума сойти не долго!

Розалин хотела было засмеяться, но смех перешел в стон. Ей все приснилось — ничего другого быть не могло. Продолжая мысленно повторять эту фразу как заклинание, она выпустила рукоять меча из судорожно сжатых пальцев, захлопнула крышку футляра и торопливо затолкала его обратно под кровать, словно пытаясь поскорее пробудиться от кошмарного сна.