Верный обманщик - Линн Грэхем

— А куда принято в не обычной? — машинально спросила Ариэль.

— На ужин в ресторан, — с улыбкой пояснил Стюарт. И, надеясь завязать разговор, спросил: — Ну как тебе здесь? Нравится?

— Мне все равно, — ответила Ариэль, поджав губы.

Тяжко вздохнув, Стюарт предложил ей руку и повел ее в просторное кафе, предназначенное для дневных трапез. Как он и предполагал, ланч прошел в полном молчании. За все сорок минут, что они провели в кафе, Ариэль не задала ему ни одного вопроса. Хотя по ее лицу было заметно, что у нее уже накопились десятки таких вопросов. Но она старательно разыгрывала безразличие к происходящему. Лишь когда Стюарт взял в руки газету и притворился, что читает ее, Ариэль позволила себе повертеть головой в разные стороны и заглянуть в меню.

— Нам нужно выбрать блюда на завтрак и ланч на следующий день, — сказал Стюарт, отрываясь от газеты. — Смотри, — он подвинул меню к Ариэль, — здесь предлагается несколько блюд на выбор. Что ты хочешь заказать?

— Заказывай, что хочешь, мне все равно, — последовал привычный ответ, который, как предчувствовал Стюарт, скоро доведет его до белого каления.

— Хорошо, — сказал он, подавив закипающее раздражение. И, придвинув к себе листок с меню, отметил самые вкусные, на его взгляд, блюда.

После ланча Стюарт снова предложил Ариэль руку, чтобы вести ее в каюту. Когда они вышли из кафе, Ариэль сказала, что хочет подышать воздухом на палубе.

— Прекрасно, — сказал Стюарт, — но я пойду вместе с тобой.

— Какого черта… — раздраженно начала Ариэль.

А такого, — сердито перебил ее Стюарт, — что на этом теплоходе могут оказаться мои знакомые. И я не хочу, чтобы они подметили, что между нами не все ладно. В самом деле, Ариэль, — прибавил он миролюбивым тоном, — ведь это не нормально, когда молодожены держатся порознь.

— Ладно, мне все равно, — сказала Ариэль.

Погода выдалась пасмурная, и на палубе дул промозглый ветер. У Ариэль под кожаной курткой был надет теплый пуловер, и она не ощущала холода. Зато Стюарт, в тонкой рубашке под кожаным пиджаком, в пять минут промерз до костей. Однако он был готов скорее превратиться в ледышку, чем сказать об этом Ариэль и увидеть ехидные огоньки в ее глазах.

Промаявшись минут десять в молчании, Стюарт сделал очередную попытку завязать разговор.

— Помнишь историю «Титаника»? — спросил он, дружелюбно посмотрев на Ариэль. — Странно представить, что его пассажиры так же, как и мы, устраивались в каютах, ходили обедать, гуляли по палубе, любовались видом океана. И никому из них, быть может, даже в голову не приходило, какой кошмар ожидает их впереди. — Он смущенно замолчал, сообразив, что выбрал крайне неподходящую тему.

Но Ариэль, вопреки его ожиданиям, оживленно ухватилась за нее.

— Да, — сказала она, — тем более им объявили, что лайнер непотопляем. Они поверили его создателям, и, даже когда «Титаник» столкнулся с огромным айсбергом, многие посчитали это пустяком. Поразительная беспечность, не правда ли?

— Да, люди иной раз бывают очень легковерны.

— А сейчас плавание безопасно?

Стюарт бросил на Ариэль успокаивающий взгляд.

— Не волнуйся, нам не грозит участь тех бедолаг. После трагедии «Титаника» запретили спускать на воду теплоходы, не оборудованные необходимым числом спасательных шлюпок. И потом, сейчас есть вертолеты, которые примчатся к месту аварии в рекордно короткий срок.

— Как это, однако, досадно.

— Что? — переспросил Стюарт, решив, что ослышался.

— Я говорю, что это весьма досадно, — повторила Ариэль. И с миндальной улыбочкой пояснила: — Если бы мы плыли на «Титанике», я могла бы вернуться из путешествия богатой вдовой. Ведь в спасательных шлюпках в первую очередь размещали женщин и детей! А мужчин — уже по остаточному принципу.

Стюарту показалось, что к его лицу прихлынула вся кровь, что находилась у него в организме. Он чувствовал себя так, будто ему плюнули в лицо. Неужели Ариэль настолько ненавидит его? Его бешенство было так велико, что ему захотелось ее придушить. Проклятье, он совсем не заслуживает такого обращения!

— Слушай, Ариэль, — процедил он со сдерживаемой яростью, — тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты самая натуральная стерва?

— Нет, — ответила она. — Но мне приятно узнать, что я такая. По-моему, каждой женщине в глубине души хочется, чтобы ее считал стервой.

Стюарт многозначительно присвистнул.

— О! Так вот, оказывается, какие мысли бродят в этой умной, хорошенькой головке? Выходит, мисс Ариэль Доналдс только притворялась непритязательной скромницей? А на самом деле…

— С кем поведешься, от того и наберешься, — колко заметила Ариэль.

— Не перебарщивай, дорогая, — насмешливо бросил Стюарт. — Особенно когда не знаешь, с кем имеешь дело.

Ариэль вперила в него издевательский взгляд.

— Но почему же? Я прекрасно знаю, с кем имею дело. С нерешительным слабаком, не способным самостоятельно отделаться от бывшей жены и приструнить родственников!

Стюарт едва не заскрипел зубами от злости.

— Ты слишком много себе позволяешь, Ариэль. Предупреждаю: мое терпение небезгранично.

— Мое тоже! — запальчиво ответила она. — И ты бы ужаснулся, если бы знал, о чем я сейчас думаю!

— Боже ты мой! У меня заранее дрожат коленки! Ну и о чем же ты думаешь, дорогая?

— О том, как было бы здорово спихнуть тебя за борт, вот о чем!

Стюарт медленно повернулся к Ариэль и посмотрел на нее таким ледяным взглядом, что ей стало не по себе.

— А тебе не приходит в голову, что и у меня могли возникнуть сходные мысли? — тихо и зловеще спросил он, наступая на нее. — Ведь твоя трагическая смерть — наиболее оптимальный способ решить все мои проблемы. Это даже лучше, чем разыгрывать комедию с риском провалиться. После того как волнующую историю твоей гибели в разгар медового месяца опишут в газетах, моя бывшая супруга не осмелится сунуть носа в мой дом. Вдобавок я получу моральное право посылать подальше всех неугодных личностей. А главное, на правах безутешного вдовца я смогу уединиться и жить спокойно.

Ну?! — рявкнул он, схватив Ариэль за руку. — Как тебе такая перспектива?!

Громко вскрикнув, Ариэль вырвалась и отскочила назад. Она выглядела такой бледной и испуганной, что Стюарту стало совестно.

— Успокойся, Ариэль, я пошутил, — примирительно сказал он. — Ну что ты, в самом деле? Неужели могла всерьез подумать, что я на такое способен?

— Да я… да теперь я могу думать что угодно! — выдохнула она дрожащими от волнения губами.

— О боже ты мой! — измученно простонал Стюарт. — Нет, ты просто невозможна. Черт возьми, Ариэль, но ведь это ты первая начала угрожать мне! Как, по-твоему, я должен был реагировать на твои заявления? Выслушать и молча проглотить?