Его девушка - Лоис Дайер

– Приехал все-таки… – прошептала она с удовлетворением.

Целых два дня она безрезультатно названивала Коди, догадываясь, что он избегает ее, не желая принимать участие в ее затее. Что ж, нравится это ему или нет, а только девочка с плюшевым мишкой осталась в прошлом!

Коди переступил порог, но закрыл за собой дверь не сразу, заглядевшись на Ребекку. На ней была короткая трикотажная юбка из тех, что сидят на бедрах плотно, как вторая кожа, и легкий свитерок, подчеркивающий грудь. Волосы свободно падали на левое плечо.

– Привет, Коди, – просто сказала Ребекка, самым естественным жестом взяла его за руку и потянула за собой. – Выпьешь кофе?

– Угу.

Пока она сновала по кухне, то доставая чашки, то наклоняясь, чтобы заглянуть в духовку, Коди боролся с собой, стараясь отвести от нее глаза. Наконец Ребекка поставила перед ним кружку с кофе, и он схватился за нее, как утопающий за соломинку.

– Ну? – спросил он угрюмо, когда молчание затянулось. – Чего ради тебе понадобилось вытаскивать меня из дому в такое горячее время?

– Потому что мне кое-что нужно от тебя. Две вещи.

Девушка решила начать с просьбы, которая, как она полагала, вызовет наименьшее сопротивление.

– С гардеробом все прошло гладко, пора перейти ко второму пункту плана. Я хочу показаться на людях, а для этого в субботу вечером собираюсь в «Юнион-салун». Одна я пойти не могу, это не принято, так что тебе придется составить мне компанию.

Первым побуждением Коди было рявкнуть: «И думать забудь!», но потом он вспомнил, что формально не имеет права приказывать, и попытался подойти к делу более дипломатично.

– В «Юнион-салун»? – переспросил он с сомнением. – А почему именно туда? Не слишком ли круто ты начинаешь? Как насчет собрания прихожан или, скажем, школьного? Чем не шанс влиться в общество?

Ребекка посмотрела на него с жалостью, как на слабоумного.

– Во-первых, я слышала, что собрания прихожан давно отменили, остались только службы по воскресеньям, и что я, скажи на милость, буду делать на школьном, где родители обсуждают с учителями оценки своих детей? Только не говори мне, что Джейб, Расс и Люк посещают такого рода мероприятия! Насколько я знаю, вечера они просиживают в «Юнион-салуне».

– Ты права, именно там они и просиживают, – процедил Коди сквозь зубы. – И вот как раз поэтому приличной девушке там не место!

– Это еще почему?

– Потому что… потому что… не место и все тут!

– Ты просто невыносим, Коди! – рассердилась Ребекка. – «Юнион-салун» – вполне добропорядочное заведение, а ты говоришь о нем как о притоне! По субботам там бывают танцы, собирается много народу. Где, как не там, можно с успехом влиться в общество? И не спорь! Я несколько раз сидела с Джессикой, пока Кенни и Меган развлекались в «Юнион-салуне». Как по-твоему, Меган – приличная женщина?

– Она замужняя женщина!

– Вот как раз для того, чтобы выйти замуж, я и собираюсь бывать в «Юнион-салуне». На собраниях прихожан я вряд ли найду себе мужа.

Коди понял, что девушка решила, если нужно, пройти огонь, воду и медные трубы, чтобы достигнуть желаемого. Если он откажет, она, чего доброго, отправится в «Юнион-салун» в одиночку!

– Согласен, – проворчал он мрачно.

– Вот и хорошо! – Девушка одарила его сияющей улыбкой. – Ты просто чудо, Коди!

– Допустим. Что дальше? – осведомился тот, внезапно припомнив, что от него требовалось что-то еще.

– В каком смысле – что дальше?

– Что еще я должен сделать? – нетерпеливо продолжал Коди. – Ты сказала «две вещи».

– Ах да!… – Ребекка отвела глаза и принялась нервно сплетать и расплетать пальцы. – В самом деле…

Пауза затянулась. Коди сердито покачал головой:

– Или говори, в чем дело, или я ухожу.

– Помнишь, ты мне кое-что обещал… ну, когда мы впервые заговорили о моем плане? – Лицо ее вспыхнуло, хотя она старалась держаться непринужденно. – Я думаю, надо проделать это до субботы… просто на всякий случай…

– На всякий случай? На какой это?

– Конечно, это может и не понадобиться… ну а вдруг! Кто знает, как повернется дело, и все такое… словом, научи меня прямо сейчас.

– Чему, черт возьми?!

– Как чему? Целоваться!

Коди невольно посмотрел на ее губы, и его пульс участился.

– Целоваться… – эхом повторил он.

– Ты обещал! – поспешно напомнила Ребекка, глядя, как краска заливает его лицо и даже шею в распахнутом вороте рубашки.

– Ну, обещал – и что? Я думал, ты давно выбросила эти глупости из головы.

В глубине души он вовсе не был уверен, что сможет хладнокровно дать ей урок самого невинного объятия, не то что поцелуя.

– Это не глупости, – отрезала Ребекка, – а важный пункт плана. Давай поскорее с ним разделаемся, чтобы можно было вычеркнуть его из списка.

Коди был оскорблен до глубины души. Для Ребекки его поцелуй – всего лишь этап на пути к другому мужчине! Что ж, раз так, он не собирается уступать ей в цинизме!

– И правда, – холодно заметил он. – Чем скорее мы с этим покончим, тем лучше.

Он встал, взял девушку за руки и рывком поднял ее со стула. Очевидно, ему до смерти не хотелось целовать ее! Ребекка ощутила укол обиды, быстро сменившийся любопытством.

– Что от меня требуется? – спросила она наивно, глядя снизу вверх в лицо Коди.

– Для начала положи мне руки на плечи, – угрюмо распорядился Коди.

Девушка осторожно коснулась его плеч ладонями. При этом их разделяло добрых полметра – лучше и не придумать! Коди наклонился, поколебался и выпрямился.

– Черт возьми, ты слишком маленького роста!

– Ну и что? – Ребекка была удивлена и раздосадована. – Разве это мешает тебе меня поцеловать?

– Мешает! – отрезал Коди, которому она едва доходила макушкой до подбородка.

Он взял Ребекку за талию и легко, как перышко, посадил на выступ старинного буфета, на котором она обычно раскатывала тесто. Это было так неожиданно, что у девушки вырвался удивленный возглас. И в самом деле, так они были вровень, и она, затаив дыхание, заглянула в зеленые глаза Коди. Его плечи под легкой голубой рубашкой казались очень теплыми, почти горячими.

– А что теперь? – спросила она низким, незнакомым голосом.

– Закрой глаза!

Девушка послушно зажмурилась, выпятила губы и замерла в ожидании. Ничего не произошло. Она бросила взгляд из-под прикрытых век: Коди смотрел на нее озадаченно.

– Что это? – наконец осведомился он.

– Как что? Губы бантиком.

Он только еще больше сдвинул брови, явно сбитый с толку.