Признание в любви - Мэри Энн Гиббс

Никто не догадывался о том, что он живет лишь на четвертую часть маленькой ежегодной ренты, которую оставили ему родственники жены. Остальные три четверти попадали в карманы других эмигрантов, которые продолжали, как и он, жить в Англии, потому что с Францией их больше ничто не связывало.

Мелисса всегда любила посещать графа. Его учтивость, веселость и остроумные беседы очаровывали ее, а комплименты по поводу одежды и внешности укрепляли чувство уверенности в себе, которое бывало сильно подорвано в ее стычках с кузеном Тэмом. А в это утро ей очень хотелось услышать комплименты, и она пришла в восторг, получив приглашение Сары.

Сара ждала ее в маленькой гостиной на втором этаже, и, когда они с радостью приветствовали друг друга, Мелисса еще раз подумала о том, каким замечательным становится этот дом в отсутствие миссис Форсетт и как было бы хорошо, если бы она подольше задержалась у бедняжки Софи.

Девушки вышли на улицу и, оживленно болтая обо всем на свете, направились в лес, в котором росли фиалки.

Однако, ступив на залитую солнцем поляну с фиалками, они остановились как вкопанные и в ужасе вцепились друг в друга, готовые закричать.

Там, среди цветов, лицом вниз лежал Романтичный француз мисс Черитон, лейтенант Филипп Кадо. Волосы его были в крови.

Слегка придя в себя после пережитого ужаса, девушки бросились к нему. Сара опустилась на колени и пощупала его лоб. Он был теплый, и француз дышал, хотя лицо его было серым. Оглядевшись вокруг, Сара вспомнила, что неподалеку, в низине, протекает ручей, и велела Мелиссе намочить в нем платок. Мелисса быстро сбегала к ручью, и Сара осторожно обтерла лицо лейтенанта.

Немного погодя он пошевелился, открыл глаза, сначала посмотрел на молодую леди Темперли отсутствующим взглядом, но неожиданно узнал ее и улыбнулся, превозмогая боль.

— Ангел с небес, — прошептал француз, но затем закрыл глаза и побледнел еще больше.

— Если Тэм увидит его здесь, — хмуро проговорила Мелисса, — это будет не ангел с небес, а черт с рогами и хвостом.

— Что же нам делать? — вскричала Сара дрожащим голосом. — О, Мел, придумай что-нибудь!

— Пойду снова намочу платок, — решила Мелисса, — а затем поищу кого-нибудь, кто мог бы нам помочь. Мы находимся ближе к дороге, чем к дому, и там можно встретить крестьянина и послать его за помощью.

Она скоро вернулась с заново намоченным платком, а затем побежала по тропинке, ведущей к деревенской дороге. Сара вновь приложила платок ко лбу Филиппа. В нем было больше воды, а поэтому глаза лейтенанта открылись быстрее, чем в первый раз, и в них блеснула веселая искорка.

— Оставьте, леди Темперли! — слабо запротестовал он. — Я не мертвый! Вы воскресили меня, но не для того, чтобы злить.

Сара издала легкий вздох облегчения и с тревогой спросила:

— Что с вами случилось?

Он рассказал ей о нападении на него прошлым вечером.

— Ужасно не то, что на меня напали, — добавил он. — У меня крепкий череп, и, надеюсь, он сильно не поврежден, но я переживаю за двух бедняг, заключенных в замке. Они ждали меня с деньгами за маленький корабль, который я продал для них мистеру Тейлору. А у меня украли их заработок. Теперь они, наверное, думают, что я сбежал вместе с ними.

— Я уверена, они ничего подобного не думают. — Сара нежно стерла кровь с его лба. — Но вы оказались далеко от Пустоши…

— Разве это не Пустошь? — Филипп нахмурился, поднял голову, огляделся вокруг, а затем со стоном откинулся назад. — А где я?

— В парке Темперли.

— Темперли? Бог мой, это же за пределами нашей территории! Но как я сюда попал?

— А разве вы не помните?

— Я помню, что выбрался из воды, где тот парень оставил меня, — без сомнения, он думал, что я утонул, — и побрел вдоль ручья по направлению к дороге, ведущей в Доувертон. Но было уже темно, и я, должно быть, пошел в обратном направлении.

— Да, мы находимся больше чем в двух милях от дороги в Доувертон. Это далеко от замка.

— Вот это да! — скривился Филипп. — Капитан Буллер этого не простит. Мне грозит наказание! — Он улыбнулся, заметив тревогу на ее лице. — Нельзя больше медлить. Я сейчас встану и пойду на дорогу.

— Нет, вы останетесь там, где находитесь! — Сара мягко удержала его за руку. — Моя кузина побежала за помощью, она скоро вернется. Лежите спокойно, монсеньор. — Она придвинулась к нему поближе. — Может быть, вы положите голову мне на колени? Так вам будет удобнее.

— Я испачкаю вам платье, — слабым голосом ответил он.

— У меня их целая куча. — Она приподняла егоза плечи и положила голову к себе на колени.

Он не стал противиться.

— Белое с золотом, — прошептал Филипп. — Или голубое, как у Мадонны…

— Все цвета радуги, — подхватила Сара, и голос ее уже не дрожал, в нём появилась радостная нотка, которую давно уже никто не слышал.

— Конечно… Радуга касается неба, не правда ли? И вы, несомненно, — сошли по ней на землю…

— Вы говорите глупости, монсеньор…

— Это из-за того, что меня ударили по голове, леди Темперли. Проявите терпение… Это бред… — Однако его серо-голубые глаза смотрели на нее очень внимательно, и она обрадовалась, когда увидела Мелиссу с каким-то джентльменом, шагающим рядом с ней.

Бред это был или нет, но этот Романтичный француз мисс Черитон волновал ее так, как никакой другой мужчина на свете.

Когда Мелисса вышла на дорогу, она, к своей радости, увидела частный экипаж, явно направляющийся в Доувертон. Мелисса твердо встала на пути лошадей, подавая сигналы кучеру остановиться. Он с неохотой это сделал, а из окна экипажа выглянул его владелец, поинтересоваться, что случилось.

Выражение его лица резко изменилось, когда он увидел Мелиссу, а она, узнав его, позабыла об ожидающем помощи бедном французе, захотела повернуться и убежать.

— Мисс Мелисса Прествик! — Эдвард Бьюмонт рывком открыл дверь, спрыгнул на землю и быстро подошел к ней. — Что вы здесь делаете? Что случилось! Вы так бледны… Вы ушиблись? Или не здоровы?

— Нет… я не ушиблась, благодарю вас. — Она силилась взять себя в руки, но ее охватывало еще большее смятение.

Мелисса беспомощно взглянула на него и поразилась тому, как она могла смеяться над ним. Поистине, искренний и ясный взгляд его серых глаз был несравненно лучше, чем обволакивающий взгляд француза каким бы романтичным он ни был!

— Мы с кузиной, леди Темперли, искали фиалки вон там, в лесу, — поспешно объяснила она, — и наткнулись на бедного француза… одного из пленных офицеров из замка. У него ужасная рана на голове, и мы не знаем, что делать…

— Вам не следует так расстраиваться. Возможно, он дрался с кем-то на дуэли, — холодно произнес мистер Бьюмонт. — Я слышал, они этим часто занимаются, без сомнения от скуки.