Жизнь, как морской прилив - Кэтрин Куксон

— Это то, что парень нашел в ящиках и оставил в бюро. Он сказал, что книга ему не нужна. Мне она тоже не была нужна, но она что-то значила для бывшего владельца, раз ее положили сюда, поэтому я ее оставил. Посмотри, она полна всяких разрозненных записей. Кто бы ни был ее хозяин, он много думал, вот послушай. На этой странице написано: «Мысли следует просеивать через сито уместности, прежде чем позволять им срываться с губ». Ну, что ты об этом думаешь, «сито уместности»? Я так полагаю, что кто-нибудь с образованием мог бы понять все это и для него это имело бы смысл.

— А послушай вот это. — Он перевернул страницу. — Это похоже на стихотворение и называется «Воскресение»:

Шопен и золотые гребешки

В саду

Под солнцем,

Доктор Арнольд

И философия, И Бог,

Все едино.

— Забавно, правда?

Эмили снова кивнула.

— А потом я встретил здесь кое-что, что напомнило мне о тебе. Знаешь, я однажды слышал, как ты за дверью пыталась подбодрить сестру и сказала ей: «Никогда не вешай носа». Ты часто это говоришь, правда? «Никогда не вешай носа».

— Да, да. Я так говорю, — Эмили улыбнулась ему, — потому что... потому что моя мама часто так говорила. «Не унывай, — говорила она, — никогда не вешай носа». А иногда она говорила: «Встряхнись и стань кроликом». — Мне тогда казалось, что это смешно.

— Да, смешно. «Встряхнись и стань кроликом». Но послушай, именно эти строки напомнили мне о тебе:

Жизнь приходит, подобно приливу, с ревом волн,

Но затихает перед отливом.

Существование - это время, затраченное на то,

Чтобы намочить береговую гальку.

И всё же,

Неужели они заблуждаются?

Лгут ли они,

Те слепцы, имеющие смелость

Кричать над брызгами: «Никогда не вешай носа?!»

Сеп посмотрел на нее и сказал:

— Вот что заставило меня подумать о тебе. Это действительно странное изречение, но его я могу понять. А ты?

Эмили замешкалась.

— Немного. Прочтите его снова, оно хорошо звучит.

Он снова прочитал записи, и девушка сказала:

— Ну, я думаю, что это просто означает, что жизнь коротка, но не нужно унывать.

Сеп расхохотался и воскликнул:

— Ты попала в самую точку, Эмили, ты попала в точку. Да, вот что это означает. Жизнь похожа на волну, которая набегает и снова убегает, а значит, коротка. Поэтому мы должны наслаждаться жизнью, ведь правда?

— Да, мы должны.

Они молча посмотрели друг на друга, а потом он добавил:

— Может быть, твоя мама знала это стихотворение и из него взяла эти слова.

— Нет, я не думаю, что ей было знакомо это стихотворение, потому что знаю строку, откуда она взяла слова.

— Ты знаешь?

— Да. Они звучат так: «Пока есть дрова в очаге, и котелок на огне, и пучеглазая рыба на крючке, никогда не вешай носа».

Он откинул голову, широко открыв рот:

— Надо же, я никогда раньше не слышал этого. Но эти слова я хорошо понимаю. Ну что, девочка, хочешь взять себе эту книгу, мне она не нужна?

— О, спасибо! О да, я прочитаю ее от корки до корки. Да.

— Ну и что же ты думаешь о моей находке? — Сеп надавил на верхнюю часть потайного ящичка и, когда тот с щелчком встал на место, повернулся и посмотрел на нее. Эмили ответила:

— Ну, я думаю, что просто чудесно иметь место, куда можно кое-что спрятать и где никто не положит на это глаз.

— Или пальцы.

— Да, или пальцы.

— Ладно, девочка. — Он потушил свет. — Здесь становится прохладно, пойдем в кухню. Кстати, по поводу холода в комнате, мы будем зажигать в ней камин каждую неделю по вечерам пятницы, субботы и воскресенья. Что ты об этом думаешь?

— Вам было бы хорошо и уютно.

— Уютно нам обоим, девочка.

— Да, конечно.

— Ну а теперь... — Сеп снова стоял, повернувшись спиной к огню. — Что ты думаешь обо мне теперь?

Эмили посмотрела ему прямо в глаза и честно сказала:

— То же, что и раньше. Я думаю, что вы хороший и добрый человек.

Он поджал губы и покачал головой, а потом кивнул ей и сказал:

— А я думаю, что ты хорошая девочка и добрая, и всякое такое. Нам здесь будет хорошо вместе, тебе и мне.

После небольшой заминки, во время которой Сеп внимательно смотрел на девушку, она сказала:

— Я приготовлю вам ужин.

— Очень хорошо.

Когда Эмили была в моечной, Сеп крикнул ей:

— Не хотела бы ты прокатиться вверх по реке в воскресенье?

— Вверх по реке? — Она подошла к двери и выглянула из-за нее.

— Да, я сказал вверх по реке. Ты можешь и сестренку прихватить, я не против.

— Ой, как это было бы здорово! Спасибо! Спасибо, мистер... — Эмили зажала рот рукой, потом добавила со смущенным смешком: — Сеп. — Когда ее голова снова исчезла, он сказал почти неслышно, как будто для себя:

— Начнем с этого.

А она резко остановилась, почти готовая снова высунуть голову из-за двери и спросить, что он имел в виду. Но, подобно звуку далекого колокольчика, в ее голове раздался звон, давший понять, что он мог иметь в виду. Даже поняв, девушка сделала вид, что не обращает на это внимания, как если бы это было во сне, а потом продолжила приготовление ужина.