Нежные языки пламени. Шезлонг - Алиса Клевер

– Ты согласна? – спросил он изумленно. Я кивнула и почувствовала, как слезы потекли из глаз с новой силой. Андре переменился – в ту же минуту, разом. Я не видела, но слышала, как он расстегнул свои песочного цвета брюки – всё те же, в которых он был на конференции. Я стояла в своей унизительной позе, ожидая его. Через несколько мгновений я почувствовала прикосновение его члена к моему заду. Андре замер, но не стал вторгаться, он подождал, пока мое сердцебиение успокоится. Я почувствовала его руки на своем теле, поцелуи на своей шее. Это было умопомрачительно и странно – он ласкал мой клитор руками и целовал меня, и это было волшебно. В какой-то момент его твердый как никогда член сделал короткий и сильный рывок вперед. Я почувствовала острую боль, которая тут же утонула, растворенная в мощном наслаждении.

– Не кричи, – напомнил он, совершив новый рывок. Одновременно он сжал рукой мою напряженную грудь, и я закричала.

– Ай-яй-яй! Кричишь!

– Прости, – прошептала я, с изумлением чувствуя, как Андре всё глубже и глубже проникает в меня. Такой наполненности и боли, проходящей прямо по грани моей способности вытерпеть, я не испытывала никогда.

– Ты достаточно наказана, – тихонько засмеялся он. – Твой зад насажен на мой член, ты моя, птица, совершенно моя. Ты не представляешь, какое удовольствие осознавать это.

– Я твоя, – шептала я, сама не замечая, что начала двигать бедрами в такт его движениям. Боль утихла, а вместо нее пришло странное, острое удовольствие, желание быть инструментом наслаждений, жрицей этого культа. Кажется, этого Андре не ожидал. Он на секунду замер, словно пытаясь убедиться, что ему не показалось, а затем вдруг словно сошел с ума. Это было уже слишком – как бездумное, беспечное разрешение уйти на темную сторону, куда он до этого старательно себя не пускал.

Андре зарычал и, обхватив меня обеими руками, прижал к себе, проникая еще глубже внутрь. Руки заскользили по моему телу, по моей груди, по животу, он ласкал мой клитор и одновременно брал меня самым жестоким, самым грубым способом, уже не задумываясь о том, как это скажется на мне. Я тоже наплевала на всё и снова кричала. Боль присутствовала, но и наслаждение было столь острым, что каждое из них наполняло меня восторгом. Ненормальная, ненормальная – я кричала и просила ещё.

Тогда он резко вышел из меня, развернул к себе, поднял на руки и бросил на кровать. Он снял наволочку с одной из подушек и затолкал ее мне в рот. «Он заткнул мне рот», – с изумлением подумала я. Затем он развел мои ноги в стороны – так сильно, что стало больно. Руки саднили, они так и оставались связанными, ощущение ткани во рту пугало – я вдруг подумала, что могу задохнуться. Андре будто обезумел, он смотрел на меня, как первобытный человек на попавшую к нему в руки беспомощную пленницу. Его глаза сияли. Затем он опустился вниз и поцеловал мой клитор, провел по нему языком несколько раз, еще и еще, сводя меня с ума. Такие ласки моментально накрывают с головой, и я забыла обо всем, кроме того, что он делал со мной своим языком. Я бы попросила еще, я бы прокричала, чтобы он взял меня, но мой рот заткнули за непослушание.

– Нравится быть моей? – спросил Андре.

Я забылась, улетела, мне нравилось быть его, но я не могла ему об этом сказать – кляп мешал. Я неистово закивала, но он понял всё и без слов, по глазам. Рассмеявшись, он поднял меня повыше, подложил подушку под мои ягодицы, задрал мои ноги так, что вся я раскрылась перед ним: с пунцовыми лепестками и завоеванным, опороченным задом. Я знала, что последует дальше. Он вошел в меня сзади снова, и я не оказалась готовой, когда его член еще раз ворвался туда.

Наслаждение, боль и безумие. Моё тело взвилось в попытках вырваться, я крутила головой, стонала и пыталась выбраться из-под Андре, но он не сжалился, не остановился, не замедлился. На этот раз он брал то, что хотел, с разрешением или без – ему было уже не важно, раз уж у меня во рту кляп. Он был неистовым и жестоким: таким, каким я встретила его, – старательным искателем удовольствий. Он не обещал быть нежным. Он целовал моё тело, играл языком с моими сосками, наслаждался моими стонами и моими слезами, он расправлялся со мной своим членом, овладевая мною так, словно это было в последний раз. Когда он кончил и покинул мое истерзанное тело, я расплакалась. Это не было слезами боли или обиды, просто слишком много эмоций навалилось сразу. Андре обнял меня, вынул самодельный кляп и прижал к себе. Я уткнулась лицом в его грудь, мое тело трясло. Он шептал что-то неразборчивое, утешал меня, говорил, что он больше не сделает мне больно, что всё хорошо, я справилась, а еще что я сладкая, как никто, и у меня вкусная грудь. Его руки ласкали меня, нежно прикасались к тем местам, где только что был его член, и я знала, что он в восторге от того, что я так слаба и разбита, его маленькая девочка, согласная на всё ради любви к нему. Я поцеловала его грудь, вдохнула его запах – запах моего мучителя, моего истязателя. Его рука проникла между моих сжатых ножек, нащупывая клитор.

– Ненавидишь меня? – спросил он. – Было больно?

– Я не ненавижу тебя, – прошептала я. Его пальцы нежно ласкали клитор, подводя меня к оргазму. Я невольно раскрыла ноги и потянулась к нему. Другие пальцы ласкали влагалище и зад. Теперь это было совсем не больно. Мое тело само изогнулось навстречу Андре.

– Я люблю тебя, слышишь, – прошептал он. – Мои соболезнования, птица. Я тебя люблю.

– Я тоже тебя люблю. Возьми меня… пожалуйста, – попросила я. Андре посмотрел на меня взглядом, говорящим: «Сумасшедшим нет покоя».

– Ты серьезно? Я практически изнасиловал тебя, и ты хочешь, чтобы я продолжал?

– Что-то типа того, – еле слышно прошептала я. Андре притянул меня к себе, положил одну мою ногу себе на бедро, а затем неторопливо и осторожно вошел в меня. Ощущать его член внутри себя было восхитительно. Я закрыла глаза и принялась двигаться в такт. Зад теперь болезненно реагировал на каждое движение, даже когда его не касались, но это не мешало. Все ближе и ближе, и вот, заплаканная, переполненная всеми чувствами на свете, я кончила. Он не шевелился, стараясь ощутить каждое движение моих мышц, сжимающих его член.

– Ты ненормальная, знаешь?

– Ты уже спрашивал.

– Я думал, ты убежишь от меня.

– Я не смогу далеко убежать, у меня слишком болит… попа, – простонала я и улыбнулась. Мне хотелось спать, но Андре не дал мне этого сделать. Он побежал за каким-то кремом, которым принялся мазать мои интимные места, объясняя мне попутно, что такие игры хороши, только если они не вредят здоровью, а то, что я допустила сегодня сделать с собой, никак не может быть полезно.

– Я хотел только… овладеть тобой. Я не хотел сходить с ума. Ты не должна меня поощрять, это может быть опасно.

– Ты говоришь так, словно я в состоянии не поощрять тебя. А я меж тем и думать не могу ни о чем, когда ты рядом.

– М-м-м, не могу скрыть, такое слышать приятно.

– Да что ты! – рассмеялась я и сонно потянулась. – Тебе придется понять, мой милый демон, с кем ты имеешь дело. Если хочешь держать себя в руках – не зови меня в помощь.