Я буду любить тебя всегда - Мария Корчагина

Я стояла молча и смотрела в эту завораживающую глубину взгляда. Во мне проснулся внутренний вулкан эмоций и стал извергать огненную лаву непонятных и волнующих чувств, которые я никогда не испытывала раньше.

– Синьорина Есенина? – повторил голос.

Я опомнилась. Моё лицо залилось густой красной краской от смущения.

«Какая нелепая ситуация. Я выгляжу полной дурой», – пролетело у меня в голове.

– Да. Это я, – произнесла я с нескрываемым волнением в голосе.

С большим усилием я пыталась скрыть свои эмоции и изобразить приветливую улыбку на лице, но у меня не получалось, от этого я злилась и смущалась ещё больше.

– Хочу представиться, меня зовут Дэвид Торнео, я один из организаторов выставки, – сказал приветливо мужчина и протянул мне руку, чтобы поздороваться.

Этот миг, эта решающая секунда, которая разделяла меня от прикосновения его ладони с моей, перевернула всю мою жизнь навсегда.

– Очень приятно познакомиться, – ответила я.

Когда его ладонь сжала мою в рукопожатие, я почувствовала, будто меня пронзила молния насквозь, меня бросило в жар, и перехватило дыхание. Мне показалось, будто обжигающая невидимая энергия текла из его ладони в мою. Во мне произошла химическая реакция, которую я никогда не ощущала в моей жизни. Этот момент мне показался вечностью.

Дэвид Торнео был высокого роста, лет тридцати, с густыми чёрными волосами, которые спадали ему почти до плеч. У него была гладкая кожа фарфорового цвета, тонкий прямой нос, волевой подбородок и красивый сексуальный изгиб губ. Всё это придавало лицу мужественное выражение. Он был очень красив и сексуален. От него исходила притягательная энергия, которая вскружила мне голову в один миг. Я обратила внимание на его руки, они были сильными и мускулистыми, с красивой ладонью и длинными изящными пальцами без обручального кольца.

Он был одет в легкие льняные брюки песочного цвета и белую тонкую рубашку с засученными рукавами и небрежно расстёгнутую на две верхние пуговицы, которая сексуально подчёркивала его накаченные торс и плечи. Он произвел на меня сильное впечатление, я никогда не видела такого красивого мужчины.

«Анна, давай, быстро думай, что можно сказать», – пронеслось у меня в голове. Все мои дежурные фразы исчезли. Я молчала.

– Если у Вас будут какие-либо вопросы по поводу выставки или работы, то смело можете обращаться ко мне, – мягко проговорил Дэвид своим красивым голосом, и его губы растянулись в ослепительную сексуальную улыбку, обнажая белые ровные зубы.

– Спасибо, у меня пока нет вопросов по работе, – отводя взгляд в сторону и краснея, как школьница, тихо пробормотала я.

– Хорошо, – сказал Дэвид.

В этот момент к нему подошла сногсшибательная высокая блондинка с длинными, до пояса, волосами. На вид ей было лет двадцать восемь, не больше.

У неё была яркая красивая внешность, длинные ноги и узкая талия. Она была одета в чёрную юбку с высоким поясом, которая выгодно подчеркивала её круглые бедра. Белая рубашка сексуально облегала на её большом бюсте.

«Кто это? – подумала я и почувствовала неприятный легкий укол внутри. – Наверно, это его девушка».

– Синьор Торнео, – любезно произнесла блондинка своим мягким голосом, не обращая на меня никакого внимания. – Вас ожидает синьор Армани в соседнем зале.

– Да, спасибо, – сухо ответил Дэвид и повернулся ко мне. – До встречи! – задорно произнёс он, развернулся и зашагал к выходу; блондинка засеменила рядом с ним, виляя бедрами.

Я смотрела им вслед, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Во мне бушевали непонятные эмоции, с которыми я не могла совладать.

«Дэвид, я не хочу, чтобы ты уходил!» – вдруг пронеслось у меня в голове.

Почувствовав сильную жажду, я взяла маленькую пластиковую бутылку и сделала три больших глотка. Прохладная вода вернула меня в моё нормальное состояние.

– Синьорина Есенина, – ко мне подошёл синьор Клауди. – Пройдите в третий зал, там Вас ожидает делегация из Москвы.

– Иду, – ответила я и неохотно зашагала в зал номер три.

Сконцентрироваться на работе мне не удавалось совсем. Делая синхронный перевод, я постоянно запиналась и местами забывала слова. Мои мысли постоянно возвращались к встрече с Дэвидом и прокручивали каждую деталь. С большим нетерпением я дождалась закрытия выставки. Ноги гудели, веки были тяжёлыми, мышцы ломило, и чувствовалась усталость во всём теле.

Посетители разошлись, персонал выставки тоже начал собираться домой.

Я взяла сумку, вышла из здания и села в микроавтобус, который был уже припаркован у входа.

За рулём сидел синьор Клауди и ждал других переводчиков, чтобы отвезти обратно в отель.

– Синьорина Есенина, – сказал он, обращаясь ко мне, – я понимаю, первый день всегда выдаётся тяжёлым, но завтра я хочу Вас видеть более сконцентрированной и внимательной, – произнёс он мягким, но настойчивым тоном.

Мне стало стыдно от этого замечания, я опустила глаза и уставилась на свои колени.

– Дорога от Милана до Вероны была не очень приятной, – соврала я, чтобы немного оправдаться.

– Понимаю, – задумчиво произнёс синьор Клауди и покачал головой.

Девушки-переводчики вышли из здания и сели в микроавтобус. У всех был усталый, измученный вид. Мы двинулись в сторону отеля, проезжая по узким улицам Вероны. Я смотрела в окно на прохожих, машины и уличную суету.

Этот старинный город сильно отличается от Милана. Он гораздо меньше, имеет венецианский стиль архитектуры, и здесь пахнет средневековьем.

Микроавтобус остановился на светофоре, рядом с нами затормозил красный Maserati. Я увидела в нём Дэвида. Он уверенно сжимал руль автомобиля и спокойно смотрел на дорогу в ожидании зелёного цвета. Я вцепилась в него взглядом и с жадностью стала рассматривать, пытаясь обратить внимание на каждую деталь.

Он расслабленно, но уверенно сидел за рулём. У него был благородный профиль; спокойный взгляд и прямая твёрдая осанка создавали впечатление, что этот человек знает, что хочет, он уверен в себе и все держит под контролем.

Рядом с ним сидела всё та же блондинка и разговаривала по телефону. Меня бросило в жар, ладони вспотели.

Светофор загорелся зелёным цветом, и красный Maserati рванул с места, обгоняя наш микроавтобус.

– Ах, синьор Торнео, – весело проговорил вслух, синьор Клауди.

Я смотрела вслед удалявшейся машине, которая вскоре скрылась за поворотом.

– Он сегодня любезно представился мне, – ненавязчиво проговорила я вслух в надежде завязать разговор о Дэвиде.

– Да? – сказал синьор Клауди и бросил на меня лукавый взгляд. – Синьор Торнео хороший, но странный человек. Он очень любезный и отзывчивый, но с жёстким характером. Уже третий год он является одним из организаторов выставки и всегда приглашает известных людей со всего мира. К работе он относится очень требовательно, и ему всегда удаётся заключать выгодные сделки.