Тайный дневник Розовой Гвоздики - Лорен Уиллиг

— «Любовь, как роза красная, цветет в моем саду…»^[11] — начал Дерек, по-собачьи заглядывая в глаза Амели.

— Никаких розариев! — прервал ухажера его отец. — Они поедут кататься на лошадях! — загремел мистер Медоуз, сидящий рядом с тетей Пруденс. — Убьете сразу двух зайцев: развлечетесь и изгороди проверите. Дерек, завтра в девять ты заедешь за Амели…

— Уверена, ей больше хочется в розарий, правда, милая? — заворковала миссис Медоуз, бросив на мужа многозначительный взгляд. — Это ведь так романтично!

Амели посмотрела сначала на Джейн, потом на тетю Пруденс. От тетушки помощи не дождешься — кроме вышивания, ее вообще ничего не интересует.

Пришлось перейти к плану «Б». Амели расправила плечи и надменно тряхнула кудрями.

— Дядя Бертран, я отправляюсь во Францию. Если не получу вашего согласия, придется обойтись без него.

— А у нее есть характер, — с одобрением заметил мистер Медоуз. — Никогда бы не подумал, что один-единственный француз сможет так разбавить кровь.

— Ну, в таких вопросах важнее всего мать. Мои девочки — лучшее тому доказательство, правда, дорогая? Отличная герефордская порода.

Никто не понял, кого имеет в виду дядя Бертран: племянницу, своих овец, дочерей или всех сразу.

— Однажды я купил герефордского барана…

— Ха, что твой баран по сравнению с яркой, которую я приобрел у старого Тиклпенни. Ее звали Анабел. Чудо-девочка…

Дядя Бертран задумчиво посмотрел на горящие свечи.

Беседа постепенно перешла к ностальгическим воспоминаниям о любимых овцах. Амели морально готовилась к ночному побегу в почтовой карете в Дувр (план «В»), когда негромкий голосок Джейн прервал описание овечьих пород.

— Только гобеленов жаль, — чуть слышно проговорила девушка, но все присутствующие заинтересованно повернулись в ее сторону.

Амели пронзительно взглянула на Джейн и получила в ответ сильный пинок по лодыжке. Интересно, он означает «Скажи что-нибудь!» или «Сиди тихо и молчи!»? Амели пнула кузину по коленке, а Джейн в ответ наступила ей на ногу. Наверное, все же «Сиди тихо и молчи!» или «Сейчас же перестань пинаться!».

Раздался негромкий щелчок: тетя Пруденс переключилась со своих мечтаний на реальность.

— Гобелены? — заинтересованно спросила она.

— Да, мама. Мы с Амели надеялись посмотреть знаменитые гобелены Тюильри.

Джейн говорила спокойно, без всякого выражения, однако сидящие за столом замерли с поднесенными ко рту вилками и стаканами. Маленький Нед передумал пускать горошину за шиворот Агнес, даже мисс Гвен перестала хмуриться и посмотрела на Джейн с явным интересом.

— Надеюсь, не серию с Дафнисом и Хлоей?! — испуганно вскричала тетя Пруденс.

— Конечно же, нет, тетушка! — бросилась в атаку Амели. Сколько раз тетя Пруденс сокрушалась, что до революции так и не успела увидеть гобелены, украшавшие дворец Тюильри. — Мы с Джейн надеялись скопировать узоры, правда?

— Конечно, правда, — грациозно кивнула мисс Вулистон. — Но если папа считает, что во Франции недостаточно безопасно, мы преклонимся перед его мудростью.

Сидящая на другом конце стола тетя Пруденс буквально разрывалась между верой в справедливость слов мужа и желанием увидеть гобелены, пусть глазами дочери, пусть через ее зарисовки… Дама нервно заерзала на стуле, и яркие перья на шелковом тюрбане заколыхались.

— Бертран, разве это может быть так опасно? В конце концов, если дорогой Эдуард обещал позаботиться о девочках…

— Эдуард как следует за нами проследит, не беспокойтесь, тетя Пруденс! Я прочту вам его письмо, и вы сами все поймете… Ой! — вскрикнула Амели, потому что Джейн снова ее пнула.

— Ты же знаешь, я не одобряю общения с иностранщиной, — начал дядя Бертран, грозно размахивая бокалом белого вина. — Зачем только твоей сестре понадобилось…

— Знаю-знаю, дорогой, но ведь это было давно, а Эдуард — наш племянник.

Стараясь сдержать себя, Амели нервно сжимала и разжимала кулаки. Только бы не сорваться и не высказать напыщенным индюкам все, что она о них думает. Следившая за кузиной Джейн одобрительно покачала головой, а ничего не подозревающий Дерек с вожделением таращился на декольте Амели. Она смерила наглеца ледяным взглядом, но он даже не заметил его, не в силах оторваться от пышной груди.

— …всего на несколько недель! — послышался голос тети Пруденс, и Амели поняла, что перестала следить за ходом беседы. — Это же не так далеко, и в случае чего мы привезем их обратно.

Кажется, дядя Бертран уступает. Он смотрел на жену с таким выражением… Будь дядя помоложе, Амели назвала бы его взгляд влюбленным. Тетю тоже не узнать — голова гордо вскинута, глаза опущены, на губах сладкая улыбка. Боже, она кокетничает с собственным мужем. Ну и ситуация, даже маленький Нед притих. Вот Дереку происходящее явно не нравилось.

— Вы не можете их отпустить! — с опозданием запротестовал Медоуз-младший. — Сэр! — в отчаянии позвал он, и дядя Бертран с неохотой отлепил глаза от тети Пруденс.

Губы миссис Медоуз сжались в тонкую полоску:

— Надеюсь, вы не отпустите девочек одних. Нужно найти компаньонку, а в наши дни это ой как непросто.

— Уверена, в Париже Эдуард уже нашел нам дуэнью, — поспешно заверила Амели. — Если мы отправимся немедленно…

— А кто будет сопровождать вас в поездке? — строго спросила миссис Медоуз. — Вы с Джейн не можете путешествовать одни. Только представьте, две беззащитные девушки, предоставленные милости разбойников и головорезов!

— Дядя Бертран, вы можете послать с нами слугу, — предложила Амели.

Дерек грузно опустился на стул и капризно поджал пухлые губы.

— Только подумайте о вашей репутации, — усилила давление его мать.

— Думаю, придется подать объявление, — вздохнула тетя Пруденс.

— Да уж, придется, — не успокаивалась миссис Медоуз. — Другого выхода нет.

Амели стала прикидывать, успеет ли на почтовую карету, если выберется из дома в одиннадцать.

— Я буду их сопровождать!

Десять голов (Нед до сих нор бросал горох за шиворот Агнес) повернулись в сторону мисс Гвен. Десять ртов заговорили одновременно.

— Когда мы сможем отправиться? — радостно спросила Амели, легко перекричав остальных.

Среди всеобщей суматохи никто и не заметил, как Агнес, судорожно похлопав себя по спине, вскрикнула, больно дернула Неда за ухо, а потом бросилась вон из столовой, оставляя за собой след из меленьких зеленых шариков.

Аккуратно разрезав отбивную, мисс Гвен по очереди оглядела всех собравшихся.

— Будьте спокойны, Пруденс, за девочками я пригляжу. А что касается вас, мисс Амели, вы, может, и собраны, а я нет.