( Не) Любимая жена - Ани Марика

- Доброе утро, Лия, - мужчина слегка склонил голову, выражая мне своё уважение и почёт. Вообще, император ни перед кем не склоняется, даже перед другими императорами, поэтому его жест не укрылся от придворных Фестельхейма. Я мысленно закатила глаза, чувствуя, как меня в эту минуту возненавидели с удвоенной силой.

Арно предложил свой локоть и повёл меня вслед за Скайлером и Кейденом. Мы заняли центральную ложу. Скайлер показал на массивное кресло возле себя, молчаливо приглашая занять его. Не стала спорить, опять-таки чтобы не оскорбить. Возможно, в этом во всём был какой-то свой подтекст. И как только мы расселись, начался настоящий доисторический суд.

Тени Арно вывели троих преступников империи к пьедесталу с виселицами, и судья зачитывал все их прегрешения. Родерик и Дадарио стояли, опустив головы. А вот Стефания смотрела прямо на меня и Скайлера. Её взгляд был наполнен ненавистью, злобой и буквально прожигал меня. Я старалась не отводить глаза и задрала голову повыше, даже не вслушиваясь в слова судьи. Чувствовала лишь тёплую руку Арно, что держал мои пальцы.

- Последнее слово! – громогласно объявил судья.

Стало очень тихо, я слышала собственно дыхание. Перевела взгляд на Родерика и Дадарио. В груди сдавило напряжение, неосознанно сжала руку Скайлера и подалась вперёд. Ожидая хотя бы сейчас услышать сожаление. Дадарио вышел чуть вперёд, затаила дыхание и прикусила губу.

Глава 9. Мне стало ясно только теперь — в этот безнадёжно поздний час жизненного дня...

***

Граф Дадарио Отто

Меня сложно назвать неудачником. В этой жизни я получил всё самое лучшее. Власть, деньги, титул, внешность. Лучший друг разделял мои взгляды. Мы даже полюбили одну девушку на двоих. И побратались, только чтобы быть вместе. У нас были грандиозные планы на будущее, но шесть лет назад. В ту роковую ночь одна прогулка по дворцовому саду с Лилианой перечеркнула всю нашу жизнь.

Тени Шермана завели нас в полутёмное помещение и бросили в одну темницу рядом с клеткой Стефании. Женщина окинула нас безразличным взглядом и потеряла интерес. Родерик помог мне занять жёсткую койку. Хоть меня и подлатали, но рана, нанесённая орком, не стягивалась, вновь и вновь причиняя адскую боль.

Из темноты к нам вышел ирлинг. Наёмник императора Корелиса. Полагаю, он здесь, чтобы добить нас без шума и пыли. Он замер, слегка склонив голову набок, и просто наблюдал безэмоционально, словно восковая кукла.

- Долго будешь тут стоять? – рыкнул раздражённо Родерик. – Мы уже всё рассказали.

- Рассказали, но ответы на свои вопросы не получили. Стефания, не хочешь поделиться с друзьями прошлым, пока зелье правды не выветрилось? - Малакай повернул голову к графине и улыбнулся.

- Я уже всё сказала! Оставь меня в покое! – истерично заорала она.

- Это ты убила Софи? – выпалил я. - Ты подставила Лилиану. Ты изо дня в день приходила в наш дом и рассказывала гнусности?

Ирлинг медленно попятился и растворился в темени, оставляя после себя лишь циничный блеск холодных глаз и недосказанность. Родерик поддался вперёд и, протянув руку, перехватил женщину за волосы.

- Отвечай на вопросы, стерва! – потребовал он, но я уже по взгляду женщины прочёл правду. Как бы сильно ни старалась Стефания, её выдали глаза. Родерик отпихнул её и сел на пол.

- После смерти вашей ненаглядной Софи вами управлять было легче всего, – хрипло заговорила графиня. – Ваши эмоции, ненависть и злость к собственной жене застилали глаза, и вы не видели дальше собственного носа. Такие жалкие, несчастные. Вы сами мучили её.

Она истерично рассмеялась и подошла ближе к прутьям. Провела по волосам Родерика и улыбнулась.

- Да, я убила Софи. Скинула её с лошади. Она свернула себе хрупкую шейку.

- Сука! – Родерик подскочил и схватил её за шею.

- Убивай! Ну же! - хрипела Стефания.

- Отпусти, Род! Она боится и хочет смерти, – я подскочил к побратиму и оттянул его в сторону. Женщина закашлялась и снова рассмеялась.

Ещё вчера я отчётливо понял, что Лилианы действительно больше нет. И очень давно. Нынешняя Лилиана совсем другая: характер, взгляды, внешность. Она не робеет перед Скайлером, не опускает взгляд и не дрожит от любого чиха. Всю ночь промаялся на жёсткой койке, размышляя о прошлом. В ушах звенели последние слова, сказанные с горечью и болью: «Она умерла из-за вас».

Сейчас, стоя на эшафоте и слушая обвинения, что зачитывал судья, прокручивал в голове последние шесть лет своей жизни и смотрел на новую Лилиану и Скайлера. И понимал, как же поздно мы прозрели.

- Я хочу поговорить с Герцогиней Лилианой Рейтон, - тихо попросил, когда судья дал нам последнее слово.

Судья посмотрел на сидящего правителя. Лилиана склонилась к нему и зашептала. Они с минуту буравили друг друга тяжёлыми взглядами, а после Скайлер кивнул. Нас с Родериком подхватили за локти и подтолкнули к ближе. Лилиана вместе с двумя мужьями спустилась к нам. Она явно нервничала и поглядывала на небо.

- Мне жаль, Лили, – выпалил я, делая шаг ближе, но один из теней вернул меня обратно. – Мы и вправду были слепы и глухи. Не слышали, не видели, не замечали. Нами умело играла фейри, мастерски управляла сознанием и наводила иллюзии. В первую же брачную ночь, когда я зашёл к Лилиане в покои, то увидел их со Скайлером в постели. А после мы узнали, что ты, то есть она, убила нашу невесту.

- Поздновато раскаиваться за содеянное, не находишь? – тихо спросила женщина, облизнув губы. Она слегка побледнела, но смотрела упрямо и холодно.

- Нахожу, но мы такие же жертвы обстоятельств, как и