Руж - Грир Риверс

когда главы семей оставляют его позади. Когда Милтон, Томсон и Лучиано проходят мимо меня, морщины разочарования омрачают лица первых двух мужчин, в то время как последний кивает мне в знак уважения. Однако прежде чем Муньос успевает скрыться за занавеской, я хватаю его за руку, чтобы остановить.

— За все, что Роксана сделала для Лейси и меня за последний год, я в вечном долгу перед твоей семьей. Я всегда поддержу тебя во всем, к чему бы ты ни стремился.

— Конечно. Предполагалось, что именно этим и должна была заниматься Гвардия.

— И это произойдет, когда мы с Лейси станем Хранителями.

Низкий смешок Монро заставляет мои пальцы сжаться в кулаки, но я разберусь с ним достаточно скоро. Черные усы Муньоса подергиваются над его одобрительной улыбкой, прежде чем он уходит.

Когда я поворачиваюсь к своей жертве, мой отец подходит и садится у двери позади меня. Он устраивается в кресле, положив руки на верхнюю часть бедер, небрежно обнажая пистолет в кобуре на боку. Мужчине под шестьдесят, но если кто-нибудь ворвется на помощь Монро, мой отец всадит ему пулю в лоб прежде, чем он успеет нанести удар.

— А, Кайан. — Монро лениво поворачивается на стуле и ухмыляется, прежде чем вытащить что-то из кармана пиджака. — Я надеялся, что ты спустишься. Подумал, что пришло время нанести тебе визит.

Он бросает блестящий кусочек металла на стол для игры в покер. При виде крошечного серебряного обручального кольца холодное облегчение и горячая ярость борются за господство в моих венах. Но когда я встречаю злорадную улыбку этого засранца, моя кровь закипает от царапин Лейси на его лице и шее.

Я знал, что она боролась за свою жизнь. Один только вид ее обломанных ногтей сделал меня убийцей, но Монро, носящий свидетельство самообороны, как гребаный знак почета, заставляет меня подойти к нему, едва замечая, что он все еще говорит.

— Как тебе понравился подарок, который я оставил прошлой ночью? Я думал, ей конец...

Мои руки поднимают его на ноги за воротник куртки и прижимают к стене.

— Ты думаешь, что можешь прикоснуться к моей жене?

Неуверенность мелькает в его широко раскрытых глазах, прежде чем возвращается прежнее высокомерие. Его козлиная бородка очерчивает нисходящую траекторию губ, как стрелы, когда он хмурится.

— Для тебя я Барон...

Я впечатываю его в стену и наслаждаюсь ударом его головы о поверхность, точно таким же, какой, вероятно, был удар Лейси о мрамор. Он стонет и хватается за голову, и мне приходится остановить себя, чтобы не сделать это снова.

— Каково это, Монро? Интересно, сможешь ли ты выдержать такую же взбучку, какую устроил Лейси. К тому времени, когда я закончу с тобой, ты пожалеешь, что я не пустил в ход пулю.

Я встряхиваю его еще раз, прежде чем позволяю ему рухнуть к моим ногам. Энергия переполняет меня, делая ярость осязаемой, которая хочет вырваться из кожи. Я расхаживаю перед ним, как зверь в клетке, готовый к бою.

— Какого черта ты здесь? У тебя есть желание умереть?

Лицо Монро искажается от гнева, когда он поднимается на ноги.

— Ты думаешь, что можешь так обращаться со мной? Вы, Маккенноны, всегда думали, что вы лучше всех нас, но вот сенсация. Я тот, кто сейчас главный. Я управляю этим городом и пришел сюда, чтобы заявить о своих правах.

Я заливисто смеюсь, ничего не могу с собой поделать.

— О, ты управляешь этим городом, хм? Ты так думаешь, придурок?

Ехидная улыбка растягивает его губы.

— Я боялся, что, возможно, потерял свой шанс стать Хранителем, когда вышел из себя, но Лейси все еще жива, и мне даже не нужно больше скрывать свои планы. Ты можешь взять дочь Хранителя в свою постель — пока, — но после того, как я преподал ей урок и показал, что случилось с ее отцом по моему приказу, она будет там, где я захочу. Ваш фиктивный брак может быть аннулирован в секунду правильным судом. Я женюсь на Лейси и стану Хранителем. Она может думать, что любит тебя, но она сделает все, чтобы вызволить дорогого папочку из тюрьмы. И поскольку ты влюблен в нее, это означает, что вы оба будете делать все, что я скажу. Теперь, когда О'Ши за решеткой и его жизнь в моих руках, я, блядь, неприкосновенен.

Он заканчивает свою короткую тираду дерзким смешком, но я не могу осознать, что он говорит.

Что за черт? Раз О'Ши за решеткой? Он не з...

Мои глаза на мгновение сужаются, но как только я понимаю это, мое лицо становится непроницаемым. Люди, с которыми я работал, держали все в секрете как ради семьи О'Ши, так и ради себя самих. Никто не хочет, чтобы пресса узнала, что невиновного человека целый год держали в тюрьме под их присмотром. Что означает...

Он не знает, что Чарли освободили.

Я откладываю эту информацию на потом и пронзаю воздух между нами.

— Ты всегда был самоуверенным куском дерьма, но эта маленькая выходка делает тебя еще и придурком. Мне все равно, насколько могущественным ты себя считаешь в Гвардии, ты в моем казино, и следуешь правилам дома Маккенонов. Я хочу этот реванш, Монро. Прямо здесь и сейчас.

Я сажусь через два стула от того места, где сидел он, и киваю нашему дилеру из Красной комнаты.

— Сдай мне, Сюзетт.

Она собирает карты со стола, чтобы перетасовать, и я разговариваю с Монро, даже не потрудившись взглянуть на него, пока она работает.

— Садись, Монро. Прямо сейчас мы будем играть за приз.

— Лейси и руководить Гвардией? — в глазах Монро загорается жадность. — Тогда раздавай и мне. Если великий дикий туз хочет поторговаться папиными деньгами, то я более чем готов выиграть все это.

Этот ублюдок на самом деле думает, что победит меня. Я напомню ему и Гвардии, что я не тот, с кем можно шутить.

— О, мы не будем играть на деньги. Каждая раздача будет немедленно выплачена, но Лейси и позиция Хранителя будут в джекпоте. Лучший из трех в конце концов выиграет все это.

Он настороженно смотрит на меня, часть высокомерия покидает его, когда он садится.

— Тогда ладно. Если ты хочешь сделать это интересным, давай на самом деле сделаем это интересным. Начальная ставка — один из холдингов Маккеннонов.

Выражение моего лица остается нейтральным, когда он делает ставку вслепую, и я делаю свою.

— Отлично. Тогда я возьму твою правую руку.

— Мою... — Грязно-светлые брови Монро хмурятся в замешательстве. — Мою что?

— Твоя. Правая. Рука. Каждый раз,