Исцеляющее сердце - Екатерина Овсянникова

Не сойти с ума в этом бедламе помогла разве что Клара. Ей даже не надо было быть со мной в кабинете — одно лишь осознание того, что она где-то в доме и ждет моей компании, уже грело мне сердце и мотивировало скорее решить все насущные вопросы.

Когда последний такой гость оказался за порогом, я облегченно откинулся в кресло и отхлебнул коньяка. Крепкий напиток приятно растекался по горлу, навевая на уставшую голову яркие воспоминания.

Наша с Кларой прогулка и рыбалка… Уж и не помню когда я последний раз так весело проводил время! Особенно забавно было, когда рыбина стукнула мне хвостом по носу. А романтичных моментов было не счесть… Отдых на полянке, сборы грибов и просто сплав на лодке по реке — от этих воспоминаний на душе становится теплее, и даже серые будни уже не кажутся такими скучными.

Кстати Клара оказалась вполне неплохим рыбаком. Конечно, первая ее попытка не увенчалась успехом, но этот энтузиазм и искры в глазах говорят о многом!

По устам щекотно скользнула капля напитка, чем-то напомнив мне наши яркие поцелуи во время заплыва.

Только я мог догадаться подкрасться к супруге сзади и заключить ее в свои объятия. Осыпать ее шею поцелуями и ласкать прямо посередине лодки! Да, мои действия в итоге вышли нам боком, но я нисколько не расстроился. Клара, правда, захотела принять вину на себя, но мне удалось отговорить ее от этой идеи.

Мы теперь муж и жена! Одна семья! А значит все горести и ненастья должны делить вместе…

Вернулись мы домой мокрые, грязные и уставшие, но это совсем не омрачило мои впечатления от нашего похода. По крайней мере у меня остались о нем лишь хорошие воспоминания.

Ниннэ, конечно же, тоже заходила вечером чтобы узнать о самочувствии моей супруги. По ее мнению, опасности для Клары больше нет, но она предпочла пожить у нас еще пару дней. Чисто на всякий случай. Единственное, что она попросила — это устроить ей поездку до дома чтобы доделать важные для целительства: полить и собрать травы, помыть склянки, доварить недоваренное и множество других дел. Разумеется, я не стал перечить и обеспечил беловолосой помощнице путешествие в родные края по первому разряду, что позволило ей уже сегодня утром вернуться обратно.

Я благодарен ей за помощь в спасении Клары… Если бы не Ниннэ мое сердце давно истекало бы кровью от потери возлюбленной…

Перед сегодняшним завтраком я как обычно решил проверить почту.

И каково же было мое удивление, когда я отыскал конверт с очень знакомой печатью?

— Странно, что же его высочеству теперь угодно? — размышлял дворецкий, наблюдая как я растерянно еложу пальцем по рифленой императорской печати, что надежно закрывала конверт. — Ведь вы уже исполнили его указ…

— Не знаю… — буркнул, отпив напиток из стакана. — И почему у меня навязчивое ощущение, что содержимое мне не понравится? А что если это письмо касается дара Клары?

— Вряд ли, — пожал плечами Ханс. — Ведь он уже вынес решение по этому поводу. Да и его пожелание вам исцеления как бы намекает на его мнение… Императору банально не выгодно менять вердикт в другую сторону.

— Тоже верно… — выдохнув для храбрости, я все же разломал печать и распечатал конверт. — Ну что ж, была ни была…

Резким движением я расправил лежащее внутри письмо и принялся вчитываться в буквы.

— Эм, а это точно от Императора? — переспросил сам себя, с сомнением покручивая конверт в руках.

Да нет, вроде все сходится.

— Что-то не так? — полюбопытствовал дворецкий.

Я стал детально пересказывать другу содержимое письма.

— Император назначает встречу с одним из его людей… В таверне, до которой два часа пути. И, если я хочу успеть к назначенному времени, то собираться и выезжать нужно уже сейчас.

— Неужели? Что же ему мешало послать своего слугу к вам домой? — развел руками дворецкий.

— Не знаю, друг, — я все также растерянно глядел на сломанную императорскую печать, оперевшись на столешницу одним локотем. — Неужели мне хотят передать что-то настолько важное, что даже домочадцам это слышать нельзя?

— Мне передать леди Кларе, что сегодня вы с ней завтракать не будете?

— Нет, я сам, — отложив конверт, я поднялся из кресла. — Не хочу лишний раз нервировать свою супругу, передавая новости из чужих уст…

— Понимаю… Что ж, господин, желаю вам удачного путешествия, — Ханс услужливо поклонился и, забрав стакан из под напитка, вместе с пустой бутылкой покинул мой кабинет.

— Да уж, удача мне определенно понадобится… — недовольно буркнул я, в следующую минуту отправляясь в комнату возлюбленной.

Откликнувшаяся на мой стук в дверь супруга еще была в знакомой ночной сорочке.

Увидев меня на пороге, она смутилась и спрятала взгляд.

— Уильям, ты уже пришел за мной? Прости, но я еще совсем не готова.

Краем глаза вижу, как она растерянно теребит правой рукой нижнюю часть сорочки, что скрывала часть ее тонких ножек выше колена…

— Все хорошо. Я просто пришел сказать, что совместного завтрака сегодня не будет.

Клара замерла и, кажется, перестала дышать. Изумрудные очи супруги шустро забегали из стороны в сторону, а руки, нервно сжимающие сорочку, кажется усилили хватку.

Стало ясно, что моя новость ее явно не обрадовала…

— Что-то случилось?

Я придвинулся ближе и ласково погладил нежную щеку. Клара так прониклась этим прикосновением, что взяла в плен мою руку, словно не хотела никуда меня отпускать.

— Просто Император назначил мне неожиданную встречу, и чтобы успеть вовремя я вынужден пропустить завтрак.

Супруга наконец-то облегченно выдохнула, согнув уста в легкой улыбке.

— Ладно, тогда с тебя очередной пикник или рыбалка!

— Как только, так сразу! — заверил я возлюбленную, в следующую секунду аккуратно заключив владелицу каштановых локонов в свои сильные объятия. Ее руки обвили мою шею, а чарующие изумруды вновь сводили с ума своей магией. Тонкие пальчики игриво теребили шевелюру и направляли мое лицо к ней все ближе. Поддавшись соблазну, я приближаюсь к ее устам и замираю в паре миллиметров от цели.

Казалось, будто от ее губ так и веет теплом и желанием…

Перехватив инициативу, Клара уже сама преодолевает это расстояние и накрывает мои уста своими.

Этот прощальный поцелуй был сладким, но в то же время немного горьким.