Прощальный танец - Мира Ризман

К утру Рена наметила себе план действий, но прежде чем приступить к его свершению, направилась к покоям короля драконов. Она надеялась застать ледяного демона, чтобы сообщить ему о новых сложностях с Ториком, но вместо О’дара дверь открыл Гволкхмэй. Хмурый драконеанин имел заспанный вид и, судя по небрежно наброшенному сюртуку и наспех приглаженным волосам, ещё не успел привести себя в порядок.

— Что за… — шокированный он шарахнулся в сторону.

— Простите за ранний визит, посол, но мне срочно нужно увидеться с Его Величеством О’даром, — стараясь не подавать виду, попросила Рена. Возникшая ситуация, с какой стороны не посмотри, назвать обыденной не получалось, и бурная реакция Гвола была вполне оправдана.

— Раздери меня горгулья! — выругался тот и уставился на Рену безумным взглядом, словно увидел призрака. — Ты что, воскресла?

От неудобного вопроса её спас сам О’дар.

— Кого там демоны принесли, Гвол? — выкрикнул он из спальни, и в его голосе звучали раздражительность и недовольство, свойственные Виргуэлю.

— Восставшую из мёртвых Жрицу! — брякнул драконеанин и сделал ещё шаг в сторону, словно от близости с Реной можно было подхватить какую-то заразу. — Похоже, она пришла по вашу душу, мой король!

Из спальни послышались глухие ругательства, а затем на пороге показался встревоженный Виргуэль в домашнем халате, из-под которого виднелись пижамные штаны.

— Чем обязан? — грубовато спросил он, пронзив при этом недобрым взглядом Рену.

— Мне нужна помощь… — осторожно начала она и опасливо покосилась в сторону Гвола.

— Вы… уже встречались? — Драконеанин напрягся и принялся недоверчиво оглядывать и своего короля, и Рену. Однако до него никому не было дела.

— Что-то случилось? — Голос Виргуэля стал чуть жёстче и холоднее.

— Лорд… — Подозрение о том, что Гвол понятие не имеет, что происходит с его королем и, вероятно, знать ему о том и не нужно, заставило Рену аккуратней подбирать слова так, чтобы не выдать чего-то лишнего. — Разрушил лед на зеркале…

Брови Виргуэля взлетели вверх, а в глазах мелькнул опасный стальной блеск.

— Видимо, ему помогло кровавое полнолуние, — высказала своё предположение Рена, но оно было тут же отклонено:

— Нет, это моя ошибка. Я его недооценил. Давайте вернёмся в ваши покои, Д’тар Рена.

— А мне никто ничего не хочет объяснить? — вновь вклинился в разговор Гвол, но Виргуэль демонстративно прошёл мимо него. И это так сильно задело драконеанина, что он не удержался и с негодованием окликнул его. — Ваше Величество! — В словах Гволкхмэя звучала обида и непонимание.

— Потом, — холодно бросил в ответ Виргуэль, впрочем, это уже был не совсем он. По мере того, как тот подходил к Рене его черты изменялись. Злые горящие глаза начали светлеть и тускнуть, пока не превратились в льдисто-голубые, лицо будто-то бы немного вытянулось, а в рассыпавшихся по плечам алых волосах засеребрились белые пряди. Виргуэль, казалось, стал даже выше и солиднее. Гордая статная осанка и мерный шаг вызывали невольное благоговение и восхищение, во всяком случае, именно такие взгляды кидала на него встреченная во дворце прислуга и стража. Все они, ещё издали заметив его появление, тут же опускали головы в почтительном поклоне и не осмеливались поднять их и издать хоть какой-то звук в его присутствии. По мере приближения к покоям Торика воздух вокруг Виргуэля становился всё холоднее, а каменный пол покрывался тонкой паутиной изморози.

Оказавшись напротив двери в покои, Рена ощутила, как её охватывает колкий страх. В горле вновь пересохло, а руки непроизвольно начали трястись. Она с трудом заставила себе переступить злосчастный порог. Комната встретила их абсолютной безмятежностью. Ничего, кроме не застеленной постели и валяющейся простыни, не нарушало внешнего порядка. Подойдя к зеркалу, сердца Рены гулко заколотились. От снега и льда не осталось и следа, и, словно намекая о торжестве победы, сама поверхность стала тёмной, словно матовое стекло.

— Каков наглец! — процедил сквозь зубы Виргуэль и с размаху ударил кулаком прямо в зеркальную гладь.

Рена испуганно сжалась, ожидая услышать треск и звон опадающих осколков, но ничего подобного не произошло. По поверхности зеркала пробежали тёмные круги, как бывает, если пустить прыгать камень на воде, и вместо того, чтобы стихнуть, их движение только нарастало, начиная закручиваться в водоворот. Рука Виргуэля стремительно начала погружаться в глубину, и на секунду Рена с ужасом решила, что зеркало и вовсе поглотит её спасителя, но его новый удар оказался не только сильнее, но и коварней. Снова блеснула сталь в демонических глазах, а в следующий миг всю комнату сковало льдом. Рена ощутила его даже на своих щеках и руках. На мгновение она даже решила, что больше не может двигаться, но стоило шевельнуть пальцем, как ледяная корка треснула и стала осыпаться. Поведя плечами и потоптавшись на месте, Рена быстро освободилась из холодного плена.

— Тебе больше нельзя здесь оставаться, — заявил демон. — Отныне тебе лучше ночевать в моих покоях!

— Но… — оглушённая этими словами Рена не сразу нашлась, что сказать. — Простите, но это недопустимо!

Демон нахмурился, словно ища ошибку. Весь мучительный мыслительный процесс наглядно отражался на его красивом лице. Демон то морщился, то злился, то удивлялся, а под конец и вовсе смутился.

— Кажется, я неверно выразился. Нам стоит на время поменяться покоями, — произнёс он, в его речи послушались виноватые нотки, которые быстро сменились праведным гневом. — Эту тварь лучше держать под контролем!

Рена вздохнула с облегчением: неловкая ситуация была преодолена.

— Благодарю вас за беспокойство, но будет неверно отнимать ваши покои. Чтобы не вызвать вопросов и паники во дворце, лучше всё оставить, как есть. Не волнуйтесь, я найду, где устроиться во дворце, не привлекая внимания.

— Будьте осторожны! И лучше не селитесь в комнатах с гобеленами! Они не безопасны! — предупредил демон.

Рена послушно кивнула и подумала, что ей правильнее было бы и вовсе не связываться с комнатой. Намного проще и надежнее устроиться в какой-нибудь нише неподалеку от кухни. Там всегда можно было разжиться свежей крысой или мышью, не привлекая лишнего внимания. Эта идея нравилась ей всё больше и больше. Она избавляла её от каких-либо объяснений, лживых историй и давало определённую свободу в действиях. И начать стоило с личного слуги, которому надо было срочно внушить мысль, что лорд отбыл на север помогать войскам в сражении с Бэрлоком, а затем посетить тех, кто мог бы решить проблему с армией Йохана.

* * *

Тринадцатый день месяца совы,