Бархатная клятва - Джуд Деверо

Элис стремительно пересекла комнату и схватила с жаровни плошку с горячим маслом, на поверхности которого плавал фитиль. Направляясь к пленнице, она осторожно несла плошку на вытянутых руках, боясь обжечься.

— Он не будет считать тебя красивой, когда масло изуродует твое лицо.

— Нет! — прошептала Джудит, пряча лицо.

— Я напугала тебя? Теперь я превращу твою жизнь в ад, как ты поступила с моей. До знакомства с тобой я была счастлива. Но с того мгновения, когда я впервые услышала твое имя, моя жизнь изменилась. У меня был отец, который искренне любил меня. Гевин боготворил меня. Богатый граф просил стать его женой. А ты забрала все это у меня. Отец почти не узнает меня. Гевин ненавидит. Мой богатый муж покоится в могиле. И все из-за тебя. — Она вернулась к жаровне и поставила плошку на угли. — Масло должно быть горячим, очень горячим. Как ты думаешь, что случится, когда ты лишишься своей красоты?

Джудит понимала, что с этой женщиной спорить бесполезно, однако все же решилась предпринять последнюю попытку.

— Что бы ты ни сделала со мной, это не вернет твоего мужа. А что касается твоего отца, я его в глаза не видела.

— Моего мужа! — процедила Элис. — Ты что, думаешь, я хочу вернуть его? Он был страшным негодяем. И все же он любил меня. Он изменился ко мне, когда побывал на твоей свадьбе. Ты заставила его поверить, что я не достойна его.

Джудит не могла произнести ни слова. Ее глаза были прикованы к плошке с маслом.

— Мой господин, — тревожно проговорила Ила. — Вы должны пойти со мной. Я боюсь.

— В чем дело, старая уродина?

— Моя госпожа. Я боюсь за нее.

Гевин всегда всеми силами старался избежать того, чтобы причинить боль женщине. Даже когда Элис открылась ему в своем истинном свете, он не смог переступить через себя и заставить ее сказать, где Джудит. Сейчас же он крепко сжал запястье старой горничной.

— Что ты несешь? Я уже устал от этой игры в прятки. Где моя жена?

— Я не желала никому зла, — прошептала Ила. — Я только хотела вернуть вас моей госпоже. Она так мечтала об этом. Я всегда старалась дать ей то, что она хотела. Но сейчас я боюсь. Я не желаю леди Джудит зла.

— Где она? — повторил Гевин, сильнее сжимая ей руку.

— Она заперла дверь и…

— Веди нас! — приказал Гевин и подтолкнул старуху.

Они пересекли двор и направились к башне.

"Прошу тебя. Господи, — молил Гевин, — сделай так, чтобы с Джудит ничего не случилось».

При первом ударе в дверь Элис подскочила. Она знала, что щеколда долго не выдержит натиска, поэтому схватила длинный острый нож и, отвязав Джудит, приставила его ей к горлу, — Вперед! — скомандовала она, взяв в другую руку плошку с горячим маслом.

Джудит кожей ощущала прикосновение холодного лезвия. Жар, поднимавшийся от маячившей у нее перед глазами плошки с маслом, опалял щеку. Она понимала: малейшее движение — и натянутая как струна Элис либо выльет ей на лицо масло, либо полоснет ножом по горлу.

— Сюда! — приказала Элис, подталкивая Джудит к узкой деревянной лестнице.

Они выбрались на крышу башни, и Элис, так и не убрав руку с ножом от шеи Джудит, встала спиной к краю.

Взломав дверь, Гевин, Ила и Алан ворвались в комнату и обнаружили, что там никого нет. Ила бросилась к узкой лесенке, и мужчины последовали за ней. При виде Элис, глядевшей на них безумным взглядом и державшей Джудит, они застыли. — Моя ненаглядная леди Элис… — начала Ила.

— Не смей обращаться ко мне! — взвилась Элис, прижимая нож к горлу пленницы. — Ты уверяла, что вернешь его мне. Но он ненавидит меня, я знаю это.

— Нет! — возразила Ила, сделав один шаг. — Лорд Гевин не ненавидит вас. Он защищает свою жену, потому что она его собственность. Только поэтому. А теперь идите сюда и давайте поговорим. Уверена, лорд Гевин все поймет, когда вы объясните ему случившееся.

— Нет! — прошипела Элис. — Взгляни на него. Он презирает меня! Он смотрит на меня как на змею! И все досталось этой рыжеволосой гадине!

— Попробуй только обидеть ее! — предупредил Гевин.

Элис захихикала.

— Обидеть! Я сделаю гораздо больше! Видишь это? — Она вытянула руку с плошкой. — Масло горячее, очень горячее. Я изуродую ей лицо. Интересно, что ты скажешь, когда она лишится своей красоты? — Гевин шагнул к ней. — Нет! — завопила Элис. — Иди туда! — приказала она Джудит, подталкивая ее к краю крыши, рядом с дымовой трубой.

— Нет! — прошептала Джудит. Элис пугала ее, но сейчас страх высоты возобладал над всеми другими чувствами.

— Делай, как она сказала, — негромко произнес Гевин, сообразив, что Элис не в своем уме.

Джудит кивнула и, приблизившись к самому краю крыши, обхватила руками высившуюся рядом с ней дымовую трубу.

— Она боится! — начала хохотать Элис. — Она не ребенок! А ты променял меня на эту суку! Меня, женщину до мозга костей!

Ила взяла за руку Гевина, двинувшегося было К Элис. Обе женщины находились в чрезвычайно опасном положении. В глазах Джудит отражался страх, суставы ее пальцев побелели от напряжения — с такой силой она цеплялась за кирпичи трубы.

Элис неистово замахала руками, так и не выпустив ни нож, ни плошку с маслом.

— Да, — подтвердила Ила, — вы истинная женщина. Если вы спуститесь, лорд Гевин скоро убедится в этом.

— Ты хочешь обмануть меня? — спросила Элис.

— Разве я хоть раз обманывала вас?

— Нет, — признала Элис и улыбнулась старухе. — Ты единственная всегда была добра ко мне.

Внимание Элис на мгновение распылилось, и она споткнулась. Ила в панике бросилась на помощь своей хозяйке, которая начала переваливаться через край крыши. Элис вцепилась в старуху в тот момент, когда та последним усилием вытолкнула ее на безопасное место. Сама же Ила рухнула вниз, и спустя несколько секунд ее тело тяжело ударилось о землю. Ценой своей жизни старая горничная спасла хозяйку, которая сейчас неподвижно лежала навзничь довольно далеко от края. Но при падении горячее масло вылилось из плошки, попав на лоб и на щеку Элис. Оправившись от шока, Элис ощутила страшную боль и истошно закричала.

Джудит все еще цеплялась за трубу. Ее спас страх высоты, придав силы ее рукам.

Вой Элис разносился по всей округе. Бросившись к жене, Гевин принялся отрывать руки Джудит от выступавших кирпичей. Наконец он смог прижать ее к себе и сразу почувствовал, как она дрожит. Ее сердце бешено стучало.

— Смотри, что ты со мной сделала! — превозмогая боль, закричала Элис. — А Ила — ты убила мою Илу! Она единственная, кто любил меня!

— Нет, — возразил ей Гевин, с жалостью глядя на ее изуродованное лицо. — Ни я, ни Джудит не сделали тебе ничего плохого, ты сама навредила себе. — Подхватив Джудит на руки, он повернулся к Алану. — Займитесь ею. Не дайте ей умереть. Возможно, шрамы на лице послужили для нее достаточной платой за всю ее ложь.