Дышать водой - Анастасия Ригерман

– Еще не поняла, – перешла уже на полушепот. – Но, если дадите воды, мне станет лучше.

Анна принялась откручивать крышку на бутылке, но та, как назло, не поддавалась.

– Дайте, – Сергей властно вырвал бутылку из ее рук, не собираясь возвращать. – И трубочку, – скомандовал он.

Женщина послушно протянула руку, завороженно наблюдая за его четкими движениями.

– Только немного и маленькими глотками, – предупредила врач, когда Сергей, спасая меня от жажды, присел на край кровати, наверняка, нарушая местные порядки.

Какой же вкусной показалась обычная вода!

После небольшого осмотра и процедур, заверив, что я иду на поправку, врач покинула палату, оставив нас с Сергеем наедине.

– Где отец? – говорить стало легче.

– Он под следствием и не сможет приехать.

Наши взгляды дружно устремились на кардиомонитор. Когда уже от меня отключат эту штуку и я смогу волноваться в свое удовольствие?

– Не переживай, у него лучшие адвокаты. Мы его вытащим.

– Когда я смогу его увидеть?

– Когда поднимем тебя на ноги.

Уставшие серые глаза снова улыбались, твердая рука уверенно сжимала мою ладонь. Так странно было видеть его таким, деловым и в то же время своим, домашним, при дорогом костюме, отливающим сталью под цвет глаз, в белоснежной рубашке с расстегнутой верхней пуговицей и расслабленным галстуком. Словно после серии совещаний большой босс заглянул проведать одинокую дальнюю родственницу.

– Здесь был Артем?

– Уже доложили, – усмехнулся Сергей.

– Служба безопасности работает, – довольно улыбнулась в ответ.

– Скорее старая рыжая ведьма.

– Почему, если рыжая, то сразу ведьма? Как по мне, так очень милая женщина.

– Эх, Зинаида Васильевна! Ну, что не так в этом человеке? Деньги, равные зарплате за два года, не взяла, а за конфеты продалась.

– Это совесть называется. Забыл уже о таком чудесном явлении? Или в большом бизнесе это понятие входит в перечень запрещенных?

Я было рассмеялась, но напрягшийся пресс отозвался жгучей болью. Пришлось плотно сжать зубы, чтобы не взвыть на всю палату.

– Нехорошо над серьезными дядями смеяться, а то швы разойдутся. А Артема с его непрекращающимися шутками к тебе вообще подпускать нельзя! А я все думал, как от него избавиться? Вот и причина нашлась. Пойду с врачом согласую.

– Ну хватит дурачиться. Где он?

– В Москве у себя или в командировке на другом конце света. Откуда мне знать?

– Он ведь не в курсе, что я очнулась, – от этой мысли почему-то стало грустно. Артему я могла доверять, он настоящий друг, в то время, как Сергей был той еще темной лошадкой, хоть ему и доверял отец.

– Не переживай. Догадываюсь кто ему уже обо всем доложил, – он не успел недовольно закатить глаза, оглянувшись на вновь открывшуюся дверь.

– Добрый вечер, – в палате появилась медсестра, миленькая, пухленькая, с длинной русой косой, которая подпрыгивала бантиком на попе при каждом ее пружинистом шаге.

– Добрый.

Не обращая на нас внимания, девушка принялась раскладывать на столике медикаменты.

Понимая, что наш разговор подходит к концу, я решила задать еще пару вопросов. Очень хотелось спросить про Ника. Узнать где он, что с ним, приходил ли он ко мне, как с ним связаться? Но я даже не была уверена, что они успели познакомиться за это время, и мне стало неловко о нем расспрашивать. Поэтому я решила зайти с другого конца.

– Могу ли я получить свой телефон?

– Не сегодня, Арина. Тебе нужно больше спать и восстанавливать силы, – Сергей кивнул медсестре, и та ввела что-то в капельницу.

– Но я не хочу спать!

– А я и не спрашиваю, хочешь ты или нет, – Сергей снова склонился надо мной, прикасаясь теплыми мягкими губами к моему холодному лбу. – Надо, Арина, надо. Спи, моя девочка.

Он говорил что-то еще, но его последние слова я слышала уже неразборчиво. Боже, куда я попала? Теперь будут меня насильно на снотворных держать?

Веки потяжелели и меня снова накрыло огромной волной, засосало в круговорот знакомых и незнакомых лиц, в мир моего безумного подсознания.

Медикаментозные сны, которые видишь под действием препаратов, отличаются своей несуразностью. Подобно грибам-мутантам в голове вылезает вся информация, полученная в самых разных ситуациях за годы жизни, и приобретает такие неожиданные формы, что в здравом уме никогда бы и не догадался так ее представить.

Например, учитель по рисованию из младших классов с телом фиолетового единорога задорно гнался за мной по радужным облакам. Стоило мне от него оторваться, как его заменил Ваня в образе Марио из компьютерной игры, того самого, который спасает принцессу, а затем волочет ее в башню.

Но я не хотела в башню и снова уносила ноги, которые почему-то оказались в ластах и по суши передвигались с трудом. Я пыхтела и старалась, упорно передвигая конечностями, пока не заприметила раскидистое дерево со свежей зеленой листвой, одиноко стоящее на холме. Стоило мне к нему приблизиться, дерево протянуло навстречу свои ветви-руки. Даже когда из каждого листика на меня посмотрело по глазу, я не испугалась и охотно залезла под его крону. Обняла ствол, ощущая под ладонью глубокие шрамы на его коре. Странно, вроде дерево, а такое теплое и родное?!

Я прижалась к нему всем телом и произнесла сквозь слезы: «Я здесь, с тобой. Ты никогда больше не будешь одинок».

– Проснись, милая, проснись! Это только сон. Все плохое позади. Смотри вот, уже утро, скоро завтрак принесут.

Открыла глаза, а на щеках реальные слезы. Зинаида Васильевна раздвинула плотные шторы и открыла окно, впуская в помещение яркий утренний свет и поток свежего воздуха.

– Проголодалась, поди, столько на одних капельницах?

Только сейчас я осознала, что действительно голодна. И вообще жутко хочу встать на ноги, нормально сходить в туалет, помыться в конце концов.

Интересно, долго мне еще вот так лежать?

– Дежурили, дежурили, а как в себя пришла, нет никого. Разбежались все женихи! – женщина принялась тормошить цветы в вазах, менять воду, подрезать стебли, а увядшие уверенной рукой запихивать в мусорный мешок. – Ну и Бог с ними! Еще лучше найдем для такой красавицы. Сейчас вот Марусю позову, и накормим, и в порядок тебя приведем.

С Марусей ко мне пришла и Анна Викторовна. Без Сергея врач уже не была такой напряженной, тепло улыбалась, а еще хвалила меня за то, что терпеливо переношу все процедуры и быстро восстанавливаюсь. Мне, наконец, сняли катетер, отключили ужасный пикающий аппарат и даже разрешили встать на ноги. Правда, ненадолго и с поддержкой, только чтобы посетить санузел.

В такие минуты понимаешь, какое же