Контора - Нил Роуз

Все собравшиеся гуськом потянулись из зала. Вероятно, компаньоны понеслись домой, чтобы на всякий случай перевести все свое имущество на жен. Саша по-прежнему околачивалась возле Тома, повторяя, что она понимает, через что ему приходится пройти. Я услышал, как Эдвард сказал, что он очень рад, что это ужасное преступление раскрыто.

После того как очистили зал, я увидел, как Эдвард Грин представляется Искорке и поздравляет ее с прекрасным апперкотом.

– Я бы уложил его без всяких проблем, – хвастливо перебил его Билли Хлюст и так рубанул кулаком воздух, что его парик съехал набок.

Потом Эдвард прошел туда, где мы с Ричардом стояли, следя за плененным Йаном.

– Ты об этом знал? – спросил он своего сынка. Ричард кивнул со счастливым видом, ожидая, что отец растает и похвалит его. Может быть, и мне перепадет немного комплиментов?

– Кое-что. Чарли рассказал мне несколько часов тому назад. Ему нужна была моя помощь, чтобы все устроить.

Однако Эдвард Грин не из тех, кто способен растаять.

– Я в это не верю. Старший сотрудник с несколькими годами обучения в «Баббингтон Боттс» за плечами и мой сын совместными усилиями родили идею – блистательную идею! – изобличить эту ужасную аферу перед всей фирмой в полном составе. Вы долго над этим думали или оба недавно перенесли травму головы?

– Мистер Грин… – начал я.

– Осмотрительность, мистер Фортьюн. Вот чем славится «Баббингтон Боттс». Вот чего мы ждем от наших юристов. Особенно от наших компаньонов. – Он многозначительно приподнял бровь, взглянув на меня.

Пожалуй, вряд ли можно назвать осмотрительным того бывшего компаньона, который явился в суд в вечернем платье своей жены, протестуя таким новаторским способом против тирании у себя на службе. Несомненно, это был хороший способ распроститься и с тиранией, и со службой.

Не став об этом напоминать, я объяснил, что публичная конфронтация была необходима, дабы я смог выяснить роль Элли во всей этой истории.

– И это был единственный способ сделать это? Самый разумный способ? – Эдварда мои аргументы явно не убедили.

– В тот момент так казалось, – ответил я, уже не столь уверенный в этом.

Он повернулся к Элли, которая с безучастным видом сидела в кресле.

– Вы должны радоваться, Фортьюн, что кому-то гораздо хуже, чем вам. Как только полиция с вами закончит, мисс Грей, нам предстоит длительная беседа. Очень длительная беседа.

Элли с убитым видом посмотрела на меня. Несмотря ни на что, я не мог не любить это лицо. Оно так долго было центром моей жизни.

Элли начала извиняться, но Эдвард резко ее оборвал.

– Сейчас не время.

– Но, сэр, вы должны узнать еще одну вещь. Это насчет Ханны Кляйн. – Я взглянул на Элли с благодарностью, и она слабо улыбнулась в ответ.

После того как она объяснила, что произошло, старший компаньон потер лоб с весьма серьезным видом.

– О господи! Час от часу не легче.

– Я собирался добраться до того, что произошло с Ханной, – сказал я. – Это вторая причина, по которой я хотел, чтобы это было при всех. Мне хотелось, чтобы все знали.

В этот момент Том ввел полицейских – зрелище, мучительное для Эдварда Грина; подозреваю, что такое впервые случилось в офисе его возлюбленной юридической фирмы. Йана увели, а один офицер остался, чтобы уточнить детали. Сейчас он пытался заставить Биллов говорить по очереди, а не всем сразу.

Старший компаньон вновь повернулся ко мне, глубоко вздохнув.

– Нам нужно обсудить все это должным образом. Пожалуй, у вас могли, скажем так, быть свои причины сделать то, что вы сделали.

Это было уже неплохо.

– Я сожалею, думая, во что это обойдется «Баббингтону».

Он вздохнул.

– Я тоже. Будет нелегко, но мы справимся. Всегда справлялись. По крайней мере мы – по крайней мере вы его поймали. Несомненно, это плохо отразится на бизнесе. Ударит но доходам. Может быть, мы не сможем избрать новых компаньонов год-другой. – Но во взгляде его сквозила ирония.

Потом зазвонил его будильник. Обменявшись парой слов с Томом Галливером, Эдвард решительно отключил его.

– Итак, мне нужно приниматься за работу. Мы обязательно побеседуем вскоре, – пообещал он, обращаясь и ко мне, и к Ричарду, но тон у него был уже не такой строгий.

Направившись к выходу, он повернулся к Искорке.

– Большое вам спасибо за вашу помощь.

– Эдди – могу я вас так называть? – я это сделала с радостью. А вот мой номер телефона – на случай, если я вам снова понадоблюсь. – Старший компаньон смущенно улыбнулся при мысли, что такое возможно, и тщательно спрятал клочок бумаги в футляр для деловых карточек.

Том сделал Элли знак следовать за ним, но она подошла ко мне и опустилась на колени.

Ее прекрасное лицо молило меня о прощении.

– Чарли, я так сожалею. Я не имела в виду ничего подобного. Ты мне нужен. Теперь я это понимаю. Я люблю тебя.

Я улыбнулся, не помня зла, и легонько дотронулся до ее лица. И тут в дверях что-то мелькнуло. Я взглянул – это была Ханна. Она вытирала мокрые глаза тыльной сторонок ладошек, как ребенок. Потом руки ее опустились.

– Чарли, – сказала она, и наконец-то – наконец-то я точно знал, чего мне действительно, действительно хочется.

Глаза мои увлажнились, и я взглянул на Элли, все еще стоявшую на коленях.

– Я тоже тебя люблю, – ответил я, – но…

И я пошел к Ханне, чтобы обнять ее и больше никогда не отпускать.