Храню тебя в сердце моем - Фиона Макинтош

– Мне нужно всего несколько минут, честное слово. Пара вопросов.

Она вздохнула.

– Во сколько сегодня заканчивается ваша смена?

– Ну, у меня есть дела, которые…

– Если вы встретитесь со мной, вас отвезут домой на машине. Подойдет?

– Вы шутите, правда?

Он добавил немного тепла в свой голос.

– Разумеется, нет. На улице очень холодно, может пойти дождь, и такая милая девушка, как вы, должна добираться домой в удобном автомобиле. – Он мог представить, как она улыбается.

– Я заканчиваю в три тридцать.

Алекс рассчитал время.

– Нэнси, я могу забрать вас из госпиталя, и мой водитель доставит вас куда скажете. Мы можем поговорить по пути.

– Так вам действительно нужно просто поговорить, да? Или вы рассчитываете, что я приглашу вас в гости?

– Всего пять минут вашего времени, дорогая Нэнси. Но светлая сторона в том, что вам не придется ехать домой в темноте на автобусе. – Он поднял глаза, и, хотя было только три часа, ему показалось, что уже наступает вечер.

– Встретимся на улице через полчаса.

Через несколько секунд он снова обмотал шею шарфом и бросился в вестибюль.

– О, господин Уинтер, тут один джентльмен…

– Скоро вернусь, Генри. Максимум в шесть, – бросил он нахмурившемуся консьержу, захлопнул дверь машины и назвал водителю адрес. – Успеем за полчаса?

– Легко, – сказал водитель и отъехал от тротуара.

* * *

С помощью Сары Мадлен не только успела вернуться в банк и депонировать чек Обри-Финч, но они еще и подготовили коллекцию для своей клиентки на завтра и назначили встречи с другими клиентами, до которых уже успели дойти слухи о том, какой салон выбрала Обри-Финч. Они переставили мебель в салоне, и Сара сделала две скульптуры из ткани, которые выглядели впечатляюще.

– Должна сказать, Сара, они добавляют небрежного шика.

Новая помощница улыбнулась.

– Вы думаете, мисс Валентайн они тоже понравятся?

– О, она будет в восторге. Но главное, она будет впечатлена тем, что ты проявила инициативу и смелость. Глядя на них, я хочу использовать эти ткани для своего платья.

– Я за практичность, мисс Делакруа.

Мадлен кивнула.

– Отличный первый день. Ступай, Сара. На улице холод, а тебе далеко ехать… Ламбет, не так ли?

Та кивнула.

– Наш дом стоит неподалеку от Клэфем Коммон.

– Еще больше оснований поскорее отправиться в дорогу. Сними свою форму. Не стоит носить ее дома.

Сара пошла в заднюю комнату переодеться, а Мадлен включила подсветку на витрине, где были выставлены два совершенно разных свадебных платья. Одно было предназначено для современной женщины и более короткой длины – до середины икры – и было узким и свободным. Второе, с узким лифом до талии, было до пят и богато украшено бельгийским кружевом. Оба – красивые, и оба стоили больше, чем Сара зарабатывала за несколько месяцев, но это было мелочью для состоятельных женщин, которые ходили мимо этой витрины и жили в Найтсбридже.

Мадлен подумала о Пенелопе Обри-Финч и улыбнулась, вспоминая обаятельного Уинтера. Какой же они были красивой парой!

Сара вышла из задней комнаты в своем тяжелом клетчатом пальто, с зонтиком в руках и низко надвинутой шляпе, натягивая перчатки.

– Увидимся завтра. Я в восторге от своего первого дня.

– Bon, – сказала Мадлен. – А он в восторге от тебя, – добавила она, отворачиваясь от главной витрины.

– Господин Уинтер кое-что сказал по поводу витрины. Он использовал слово «восхитительная».

– Приятно слышать. На что еще он обратил внимание? Не так часто нам перепадает мужское мнение.

Сара пересказала его слова.

– Странно, мне показалось, что он как-то колеблется относительно свадьбы. – Сара пожала плечами. – У меня аж дух захватило, такой он красавец! – призналась она, краснея, и расхохоталась.

– Это точно, – согласилась Мадлен. – Ладно, готовь свой зонтик.

Сара подошла к двери, но остановилась, прежде чем открыть ее.

– А еще он спросил меня о названии салона. Я имею в виду, откуда оно. Кажется, он спросил что-то вроде, не имеет ли мисс Валентайн какого-то отношения к… О, подождите, что это было за имя? – Она нахмурилась. – А, точно, он спросил, не связана ли она как-то с Эйбрахамом Валентайном.

Мадлен кивнула.

– Это был отец Иден.

– О! Извините. Я не знала.

– Откуда тебе знать? В любом случае это не имеет значения. Он был портным…

– Точно. Он сказал, что пытается найти следы костюма, который был сшит Эйбрахамом Валентайном.

– Костюма?

– Так он сказал.

– Странно. Надо спросить у Иден, – сухо сказала Мадлен.

Мадлен вышла вслед за Сарой из салона, довольная сделанным, но все еще соблазняясь мыслью о тарелке дымящегося куриного супа. Она была уверена, что может вспомнить нехитрые ингредиенты и удивить подругу ужином и своей компанией, а затем уж точно поедет домой, чтобы пораньше лечь спать.

* * *

Нэнси ждала на ступеньках госпиталя, когда подъехал автомобиль. Она улыбнулась и помахала Алексу, который вышел, чтобы открыть дверь для нее.

– О боже, как шикарно! – сказала она.

Алекс предложил ей руку, чтобы помочь сесть в такси.

– Спасибо, господин Уинтер.

– Пожалуйста, зовите меня Алекс. Вы купали меня, в конце концов. – Нэнси восторженно хихикнула и сделала вид, что смутилась. – Мы в вашем распоряжении, мисс Нэнси, – продолжил он. – Скажите водителю, куда вам угодно поехать.

– О. – Она подалась вперед и назвала адрес. – Как ваши дела, Алекс? Вы хорошо выглядите.

– У меня все в порядке, – он кивнул. – В полном, – добавил он, как будто пытаясь убедить себя самого. – А у вас?

– О, перегружена, получаю мало, ругаюсь со старшей медсестрой – можете себе представить. Но, – вздохнула она, – я люблю свою работу.

Он кивнул.

– Пациентам повезло с вами. И большое спасибо, что согласились на встречу.

– У кого еще есть возможность поехать домой после долгой смены в шикарном такси? Итак, что такого важного вы хотели спросить?

Алекс сразу же напрягся.

– Это бредовый вопрос, я знаю, но мне постоянно снится один сон… на самом деле это не совсем сон, Нэнси, потому что это больше звук, чем образ.

Она нахмурилась и кивнула ему, чтобы продолжал.

– Я слышу каблуки, стук каблуков женщины, и она удаляется от меня. Это связано с больницей.