Вкус нашей ненависти - Джули Дейс

– Сейчас мне нужна мужская компания, где не буду слушать женской болтовни о шмотках, – в окончание говорит друг. – У тебя сегодня смена?

Черт, я не сообщал ему о своём местонахождении. Мы вообще не контактировали на протяжении всего их медового месяца, решив оставить парочку упиваться свадьбой и воспоминаниями о ней. Парни меня поддержали, никто из нас не хотел помешать чему-то.

– Э-э-э.. – тяну, но сам не понимаю для чего и почему. – Я в отпуске.

– Ещё лучше, встретимся через час.

– Я не в городе.

– У родителей?

– В Нью-Йорке, – обрушиваю правду на его голову одним нажатием кнопки пуск.

– Забыл, что командировки ты называешь отпуском. Я уже говорил, что ты гребаный трудоголик?

– Я не в командировке.

– Ты прикалываешься надо мной? – ворчит Дэни.

Провожу пальцами по запутанным волосам и грузно вздыхаю.

– Черт, я не знаю, как ты это воспримешь.

– Может, сказать прямо будет проще? Как тебе такой вариант?

– Я с Ребеккой.

На линии повисает тишина. Краем глаза заглядываю на экран, но звонок не прервался. Он всё ещё на линии.

– Ладно, и где она?

Я ещё раз смотрю на пустую сторону кровати и теперь тоже задаюсь этим вопросом.

– Хороший вопрос.

– Джейк, что за херня?

Принимаю сидячее положение, возвращаю кружку на прикроватную тумбочку и плетусь в ванную комнату, по двери которой стучу, но не получаю ответ. Всё это время я действительно полагал, что Ребекка решила принять ванну. Я отчётливо слышал, как она наполняется. Получается, я успел уснуть, а она успела уйти. Просто потрясающая новость.

Заглядываю внутрь и лишний раз убеждаюсь в отсутствии девушки в номере.

– Херня в том, что моя фея свалила, не предупредив меня, – недовольство сочится из моего голоса.

Вероятно, Дэни оттаивает, потому что через динамик льётся его смех. Я же раздражаюсь ещё больше.

– Эта девушка не будет отчитываться перед тобой, Джейк.

– Вау, какие новости, – иронизирую в ответ. – А я и не знал. Я в гребаном мегаполисе с движением со скоростью света.

– Не будь мальчиком, которому нужен поводырь. Ты не заблудишься, но признаюсь, мне нравится ревность в твоём голосе.

– Конечно, твою мать, я не заблужусь. Нет никакой ревности. Меня бесит только то, что она не считается со мной.

– Вернёмся на один пункт назад: эта девушка не будет отчитываться перед тобой. Смирись с этим фактом. Она не будет сидеть и выполнять твои прихоти.

Из меня вырывается рык.

– Эта девушка моя девушка, и она могла оставить записку, сообщение, разбудить меня в конце концов. Проклятие.

Дэни заливается хохотом.

– Твоя девушка? На какое время?

Я злюсь ещё больше.

– Я сбрасываю.

– Ладно, ладно, – успокаивается он, и смех постепенно затихает. Но не нотки озорства и веселья его голоса. – В твоей голове произошло землетрясение?

– Какое к черту землетрясение?

– Тогда с каких пор ты называешь её своей девушкой?

Уголки губ дёргаются и растягиваются в ухмылке.

– Не твоё дело.

– Да ладно, черт, что произошло за время моего отсутствия?

В эту самую секунду щёлкает дверная ручка за спиной и на этот звук оборачиваюсь, застав в пороге Ребекку, в руках которой пара стаканчиков. Она помогает двери закрыться, подтолкнув её плечом и, качнув головой в одну сторону, смахивает выпавший локон с лица, пока остальные собраны в небрежный хвостик.

– Отвали, – улыбаюсь, продолжая глазеть на Ребекку, которая, дёрнув бровью, направляется к кровати. – Выскажешься позже, моя фея явилась.

– Узнаю у Патрика или Гарри, – через смех, уведомляет Дэни.

– Удачи, они ничего не знают. Привезу вам магнитики или сувениры статуи Свободы.

Сбрасываю вызов и бросаю мобильник в сторону кровати, на который он приземляется и, подпрыгивая, в следующую секунду падает на пол. Как бы не старался, прежнего гнева, с которым хотел обратиться к Ребекке уже нет. Раздражаюсь из-за того, что не могу разозлиться на неё. Почему это становится сложно? Раньше хватало одного взгляда на неё, чтобы испытать жгучую ярость и желание. Так умирает страсть? Если да, то это чувство меня пугает. Я не хочу, чтобы что-то угасало.

– Где была?

– Прогулялась.

Прищуриваюсь, всматриваясь в неё ещё глубже.

– Где?

– Джейк, – я знаю этот предупреждающий тон, с которым она произносит моё имя. Это означает только то, что ей не нравится контроль по отношению неё.

Стараюсь обуздать самого себя. Теперь уже злюсь на себя. Дэни прав, я не могу контролировать и требовать от неё отчётов. Кажется, вместе с тем пониманием, что все изначальные условия покатятся коту под хвост, я должен был понимать, что могу испортить ещё и другое.

– Ты могла бы предупредить, – стараясь смягчиться, сообщаю я.

Ребекка скрещивает руки под грудью, я в этот момент жалею, что на ней футболка с небольшим вырезом. Гребаная ткань закрывает обзор. Она смотрит на меня и даёт понять, что за спиной прячет косу, которой снесет мою голову с плеч.

– Я сказала, что пошла до кофейни.

Ладно, должно быть, я обязан отступить и исправить дерьмо, которое заварил минуту назад. Так же это делается в отношениях? Мужчина подходит первым? Тем более, между нами это уже не в новинку. Во мне нет ревности по отношению других, но я теряю всякое самообладание, когда дело касается её свободы. Мной овладевает собственник похуже всех известных. Это моё проклятие и это то, чем могу всё испортить.

Сокращаю расстояние и ловлю её подбородок большим и указательным пальцем, который поднимаю выше, чтобы наши глаза были напротив друг друга. Ребекка хмурится, но не отступает и не сбрасывает мою руку.

– Чего ты хочешь?

– Я уже сотню раз говорил. Тебя.

– Ты уже получил, что дальше?

Жму плечами.

– Ты.

– Я?

– Ну, да, ты. Я же не ради шутки полетел к твоим родителям. Думаешь, какой-то парень горит желанием познакомиться с родителями не имея планы на будущее?

Не сдерживаю улыбку, которая рвётся наружу.

– Я познакомился с твоими коллегами, родителями, друзьями, почти лучший друг твоих бывших.

– Что дальше?

– Ничего, конечно, если ты не прячешь детей.

– Если бы они были, что тогда?