На острие мезальянса - Каталина Вельямет

— Что-то случилось? — вопрос прозвучал резко и на Анну тут же обратили внимание.

— Мисс Лейн, — произнесла экономка, — Пришли новости по поводу внезапной смерти мистера Баверти.

— Я не понимаю. — пробормотала девушка, чувствуя как неистово забилось сердце. В памяти всплыл тот подслушанный разговор.

— Мисс Лейн, это так ужасно. Какой позор! — вздохнула Эбигейл, придерживая мисс Мелис за руку. — Такие ужасные слухи, просто невероятно.

— Разве вы склонны собирать сплетни? — удивилась Анна.

— Но это слишком серьёзно. В наших кругах такое случается не часто, судье Нортонбри пришло сообщение от некоего доброжелателя, который обвинил вдову Баверти в смерти её мужа. Мол она его коварно отравила во время бала.

— Но это же только слухи, у мисс Дариэль много врагов, включая наследников. Быть может её пытаются таким образом очернить? Мистер Баверти был очень стар, он мог умереть от остановки сердца в любой момент.

— Именно поэтому, было решено вскрыть гробницу и провести расследование. Так же, поговаривают, что вдове приходили письма с обвинениями и учитывая, что она не заявила об этом, это только подтверждает её вину.

— Он умер так внезапно. — вздохнула экономка. — Не нравится мне, что он испустил дух именно в Ваден-Холде. Такие события никакому дому не пойдут на пользу, не было бы от этого беды. Вдруг мистера Хэлтора обвинят в этом?

— Будем молиться, что бы на Адама не упала даже тень подозрений. — произнесла Эбигейл и уже более оптимистично добавила, — Но я уверенна что никто не станет обвинять его!

— Почему? — не удержалась от вопроса Анна.

— Всем известно, что яд — это оружие женщины.

В памяти всплыли слова, которые сама произнесла Дариэль: «Теперь уже скоро, осталось совсем недолго.»

Могло ли это относиться к отравлению или быть частью шока, оставалось только гадать. Теперь уже невозможно было понять по этим косвенным признакам, является мисс Дариэль хладнокровной убийцей или просто не рассчитала дозу. И ведь был ещё разговор в лесу, которому Анна стала невольным свидетелем. Да и к тому же Адам сразу же уехал с ней.

Гувернантку снова начал терзать мучительный страх. Тело покойного мистера Баверти должны были исследовать на предмет отравления. Его внезапная смерть вызвала подозрения, а наличие писем только ухудшало и без того, шаткое положение вдовы. Слухи о том, что жена хочет от него избавиться, ходили давно, и именно сейчас, они могли сыграть свою роль. Всем было известно, что мисс Дариэль — любовница Адама. Но на их пути стояли надоедливые супруги и оба неожиданно умерли в одном доме.

«Разве Адам хочет жениться на леди Дариэль? Если так, то зачем ему нужно было признаваться мне в любви? В его постели может оказаться любая, он мог после первого отказа оставить меня в покое или взять силой. Зачем ему нужно было так долго ухаживать за мной? Неужели он и правда любит меня?» — эта идея была такой глупой, что если бы не присутствующие, девушка точно рассмеялась.

Это было похоже на психоз, ужасно раздробленное состояние души. Анне отчаянно хотелось верить в собственные иллюзии, что Офелия желает ей поведать тайну своей гибели, что Адам может быть не виноват. Но Ваден-Холд по-прежнему оставался оплотом ночных кошмаров.

Внутренний голос твердил: «Неужели ты и правда, веришь в его невиновность? Глупая пешка в руках циника. Он обвёл всех вокруг и сделал то же самое с тобой, если называть вещи своими именами, ты отдала своё сердце прямо в руки убийце! Ты сошла с ума! Неужели ты действительно веришь, что такой человек, как Адам Хэлтор, способен неожиданно влюбиться? Он отказался от женщины, с которой прожил много лет, он оттолкнул ребёнка, которого считал своим. Какое ему может быть дело до какой-то гувернантки?»

Но несмотря на жестокость этого голоса, где-то глубоко внутри всё ещё оставалось сомнение. Пусть все события указывали на причастность Адама к убийству, но девушке тяжело было в это поверить.

Молчание затянулось и в этот момент двери главного входа с шумом открылись, а на пороге показался Адам Хэлтор, остановив свой взгляд на гувернантке, он молча подошёл и взяв её за руку, повёл к лестнице.

На мгновение опешив, она попыталась вырвать руку, но захват оказался слишком крепким.

— Мистер Хэлтор, что вы делаете? — тихо произнесла она, опасаясь, что Эбигейл и мисс Мелис могут не правильно понять её крики.

Открыв дверь в первую попавшуюся комнату, мужчина прошёл внутрь и только тогда ослабил хватку.

— Простите мне эту поспешность, но я очень торопился и не желаю тратить время на лишний официоз.

Его губы тронула улыбка и запустив руку во внутренний карман своей кожаной куртки, он достал маленькую бархатную коробочку.

— Мистер Хэлтор, извольте объясниться! — тут же потребовала Анна.

— Моя дорогая Аннет, — чувственно произнёс он, и опустившись на одно колено открыл коробочку. — Вы согласны выйти за меня?

Открыв рот от изумления, девушка тяжело задышала, не веря своим глазам. В недрах шкатулки был прекрасный золотой перстень с крупным сапфиром.

— Это безумие. — прошептала она отшатнувшись.

— С вашим появлением, моя жизнь перестала принадлежать только мне. Я много наблюдал за вами, и не только во время наших вечеров в библиотеке. Вы очень чуткая и при этом невероятно сильная девушка, с нежной душой и огромным сердцем. Вы полюбили Айрин и всего за год, смогли исправить так много ошибок, что допустили все мы. Вас полюбил не только я и она, но и слуги, а если вы примете моё предложение, вас полюбит и весь высший свет.

Пока он говорил, Анна боялась взглянуть на него, понимая, что если сделает это, то он точно увидит в её глазах смесь страха и надежды.

Видя что такая пылкость испугала возлюбленную, Адам плавно поднялся и сделав шаг ближе, продолжил:

— Если вы уедете, нам всем будет очень не хватать вас. Мне будет вас не хватать! Аннет, разве вы сами, не хотели бы остаться в Ваден-Холде навсегда?

— Но это невозможно! — замотала она головой, не веря своим ушам.

— Почему? Я люблю вас, люблю с того самого дня, как впервые прижал к себе. Вы моя истинная любовь, мой младший партнёр, неужели этого мало для того, что бы быть вместе?

— Мистер Хэлтор, я прошу вас прекратить. Оставьте меня!

— Разве я вас так неприятен? Пожалуйста, будьте откровенны.

— Нет-нет! Что вы! — пылко возразила она, понимая, что даже ради благой цели, не в силах озвучить столь наглую