Кровь богов и монстров - Люсинда Дарк

— Ты совершаешь ошибку, мальчик. — Слова Азаи холодны, несмотря на его гнев.

Я поправляю тунику и отряхиваю невидимую ворсинку, просто чтобы показать ему, что мне все равно.

— Господин Ру… — Я не двигаюсь при звуке знакомого запыхавшегося мужского голоса, я даже не расслышал звук его приближающихся шагов, которые резко обрываются. — Прошу прощения, мой повелитель.

Я и без того знаю, что Найл сейчас кланяется Азаю, наверняка прогибаясь в спине так низко, как только может, не падая при этом на колени. Достаточно было бы одного движения пальца Азаи — и этот мальчик, этот смертный, уже стоял бы на коленях. Я намеренно не смотрю на него: любое проявление интереса к Терра, которого Кайра называет другом, может обернуться для него наказанием.

К счастью, Азаи просто игнорирует Найла и подходит ближе ко мне. — Придет время, сынок, — он подчеркивает это ненавистное слово, — когда ты поймешь, что выбор, который ты сделаешь, определит тебя. Я надеюсь, что ты увидишь, что любая сила, которой, как тебе кажется, ты обладаешь, дарована мной. Тебя бы не было без меня, и если ты продолжишь бросать мне вызов и бороться со мной, тебя больше не будет.

Он поднимает руку, и когда я хочу отступить назад, я обнаруживаю, что не могу. Его пальцы сжимают мое горло, и я вынужден смотреть в глаза цвета чеканного золота. — Ты дышишь, потому что я позволяю это, — заявляет Азаи. — Прямо сейчас ты опьянен мыслью, что ты неприкасаем. Это иллюзия. Если бы я захотел, я мог бы убить тебя прямо здесь и сейчас.

Прерывисто выдохнув, я обнажаю на него зубы. — Тогда чего же ты этого не делаешь? — Я рычу.

Его губы изгибаются в озадаченной улыбке. Рука Азаи на моей шее расслабляется, прежде чем полностью отпустить. Еще не время. Мне требуется мгновение, чтобы осознать, что эти слова не были произнесены вслух. Я смотрел на его рот, но его губы не шевелились.

— Добудь мне информацию об этой девушке к концу недели, Руэн, — говорит Азаи, делая шаг назад. — Или пострадаешь от последствий.

Пока Бог Силы крадется прочь, я отдаленно слышу звук тяжелого дыхания Найла. Я закрываю глаза. Пострадаю от последствий? Каждый шаг, который я когда-либо делал, — это следствие его выбора.

Что бы я ни делал, всегда будут последствия. В моих словах и в моем молчании.

Вновь открывая глаза, я снова обращаю внимание на Найла и хмурюсь от того, что вижу. Одетый не в свою обычную одежду Терры, Найл покрыт тонким слоем пыли поверх того, что выглядит как мантия, похожая на те, что носят библиотекари.

— Что…

Найл вскидывает голову, как будто понимает, что мы наконец-то одни. Он смотрит в одну сторону, потом в другую, прежде чем прыгнуть вперед и вцепиться в мои руки. Никогда раньше этот человек не действовал с такой наглостью, что я ошеломленно молчу, когда он тащит меня по коридору в более тихую нишу, подальше от любого, кто может пройти по коридору.

— Господин Руэн, — говорит он, заглядывая за угол, — я кое-что нашел.

Он поворачивается ко мне, а затем достает из-под мантии небольшую книгу в кожаном переплете. — Я знаю, вы приказали мне прекратить поиски — пожалуйста, не наказывайте меня — но я…

Я поднимаю руку, прерывая его. — Я не буду тебя наказывать, — обещаю я ему. — Что ты нашел?

Глаза, похожие на щенячьи, большие, карие и доверчивые, смотрят на меня снизу вверх. — Записи о смертях Смертных Богов за последние тридцать лет.

Глава 42

Кайра

Это были глаза мертвецов.

Слова Региса эхом отдаются в моей голове, когда я оставляю его в комнате Каликса.

Что-то не так. Если Регис верит, что люди, сопровождающие Карсела, мертвы, то я ему верю. Мы вдвоем видели более чем достаточно мертвых тел, открытых невидящих глаз, смотрящих в мир, который никто из живущих никогда не сможет познать.

Мы знаем, как выглядит смерть.

Это может означать только то, что Карселом манипулирует Бог. Кто это, я не знаю, но что я знаю точно, так это то, что никто из нас больше не находится в безопасности в Академии.

Мне нужны Даркхейвены.

Мчась по коридорам, мимо классных комнат и тренировочной арены, я вспотела к тому времени, как оказалась во дворе Смертных Богов. Он тоже пуст, только в нем весело журчит фонтан. Я стискиваю зубы и поворачиваюсь, надеясь, что, по крайней мере, найду Руэна в библиотеке. Мои ноги летят по камням, юбки моего платья задевают икры, когда я бегу. Больше никаких платьев. Мне действительно нужно сжечь их, когда доберусь до них. Завернув за следующий угол, я врезаюсь головой в широкую грудь, и от падения меня спасают две руки, которые хватают меня за плечи.

— Кайра! — Лицо Руэна появляется передо мной, и облегчение наполняет меня до костей.

— Руэн! — Я обнимаю его в ответ, смутно осознавая, как хорошо чувствовать его так близко после всего, что рассказал Регис.

— Я должен тебе кое-что сказать.

Я моргаю и хмурюсь, когда понимаю, что мой голос перекрыл его собственный.

— Сначала я, это важно, — говорю я.

Руэн оглядывается и толкает меня локтем в бок. — Моя информация тоже важна.

— Я…

Он закрывает ладонью мой рот, и его тепло пробирается сквозь мою защиту. Руэн, похоже, не замечает этого, когда оглядывается через плечо, а затем качает головой. — Не здесь, — говорит он.

Не желая ждать дольше, чем необходимо, или тратить время на споры, я уступаю и хватаю его за запястье, отводя его руку от своего лица и таща его за собой. Я заглядываю в соседний класс и проверяю, пусто ли там, прежде чем затащить его внутрь и запереть дверь.

— Регис проснулся. — Слова вылетают у меня изо рта прежде, чем я успеваю их остановить.

— Это хорошо, — говорит Руэн. — Но я…

— Он рассказал мне, что произошло, — продолжаю я, грудь тяжело вздымается, когда я безуспешно пытаюсь замедлить сердцебиение. — Карсел — сын Офелии — напал на него. Регис не знает почему, но Руэн… — Я заставляю себя остановиться и перевести дыхание, прежде чем рассказать ему следующую часть. — Он привел мертвецов.

Руэн хмурится, между его бровями появляются две вертикальные морщинки. — Мертвецов?

Я энергично киваю. — Он говорит, что люди, которых привел Карсел, не были ему знакомы. Он сказал, что когда он смотрел им в глаза, их там не было —