Лунный свет - Патриция Райс

Герцог взял дочь за руку и хмуро посмотрел на Остина.

– Шарлатаны они все. Теперь Дженнингс говорит, что я слишком злобен, чтобы умереть. Говорит, что все это было ошибкой. Ошибка! Если бы он только знал, что заставил меня пережить… – Он снова посмотрел на дочь, и его взгляд потеплел… – Я еще побуду поблизости и посмотрю, как подрастет мой внук. Клара сказала, что вы не жалели времени, чтобы осуществить мечту старика. Ваш кузен неплох, когда отрывается от книг, но в нем слишком много от его отца. Я рассчитываю, что вы и Хитмонт произведете на свет настоящего Берфорда. Дело не в имени, главное – характер. А если вы вдвоем создадите наследника, достойного следовать по моим стопам, то тогда этот мир слишком милостив к таким, как я. Я еще не ухожу на покой. Девиз Берфордов – упорство. Я дождусь и посмотрю, какого сына вы вырастите.

Остин скрыл удовлетворение и вопросительно поднял бровь, ожидая пояснений. Он припомнил их спор о семейных девизах. Тогда она сказала, что ему следует внимательнее их изучать. Упорство давало мало материала для раздумий. Для такой амбициозной и неуправляемой семейки он бы придумал что-нибудь получше, упорство совершенно не подходило. Он ждал.

Обри шепотом перевела.

– Упорство – это цензурный вариант. По латыни на каминах в Эшбруке это звучит красочнее: «Сжигайте за собой мосты, и пусть мир летит ко всем чертям!» Хотя в нашем случае, мне кажется, мы сожгли только конюшню.

Остин рассмеялся.

Герцог пропустил мимо ушей эту фривольность и нетерпеливо поглядывал на смеющегося зятя.

– Хорошо, но вы на моей стороне? Могу я рассчитывать па вашу поддержку, когда начнется сессия?

Остин придал своему лицу подобающую серьезность и отвесил легкий поклон, когда первые звуки вальса начали заполнять зал.

– Сэр, я думаю, что сейчас более важной может быть только одна вещь.

Его милость раздраженно огрызнулся.

– Что это?

– Танцевать с вашей дочерью. – Остин посмотрел на Обри, накрыв ее пальцы своей ладонью. – Моя дорогая?

Ее сверкающая улыбка заставила отступить даже ее отца.

Остин провел ее к центру зала и закружил, с умением опытного танцора. Когда под мелодичные звуки вальса они скользили по залу, толпа расступалась перед ними, пропуская пару, восторженно кружившуюся в объятиях друг друга.

– Если он добился этого побоями, я и сам готов попытаться, – фыркнул один джентльмен другому, не отрывавшему от них глаз.

– … говорят, он прошел через огонь, чтобы спасти ее! Как романтично!

– Не могу поверить, что эта маленькая сорвиголова позапрошлой весной оборвала все мои тюльпаны.

– Осмелюсь сказать, что его служба под началом Веллингтона привлекла ее…

Герцог поднял на последнего говорившего иронический взгляд.

– Это моя дочь, сэр. Надежда семьи Берфорд. Замужем за хорошим парнем. Зовут Этвуд. Вы еще много о нем услышите.

Не замечая шепота и взглядов, пара продолжала кружить, глядя друг на друга.