Защити свою любовь - Люси Скоур

Скайлер и Зейн привезли грузовик Линка к больнице и заботливо оставили сменную одежду для них обоих. Линк и Мак переоделись в одинаковые форменные пожарные толстовки, а потом Линк вывез Мак из больницы так, словно она была драгоценным грузом.

Она вовсю зевала, сидя на пассажирском сиденье.

– Не так я представляла себе День благодарения.

– Дрими, каждый день с тобой – это подарок, – сказал Линк, сплетаясь с ней пальцами. – Изрешеченный пулями подпаленный подарок, при этом все мои коллеги мельком увидели идеальную грудь моей подружки.

– Рада за них, – саркастически заметила она.

– Как в старые добрые времена? – спросил он, показывая вперед через ветровое стекло.

– Черт. Да.

Они остановились у закусочной, сели за «свой» столик по одну сторону кабинки.

Официантка, та же самая женщина, которая обслуживала их, когда они были здесь в первый раз, умолкла на полуслове, прервав интересный разговор. Их лица были покрыты как свежими, так и поблекшими синяками. Испачканы сажей. На шее и подбородке Линка осталась запекшаяся кровь Мак. Официантка заворчала.

– Верно, что некоторым праздники даются нелегко.

Мак фыркнула, прыснув чаем, а Линк опустил голову на стол и хохотал до тех пор, пока не начал задыхаться.

Приехав домой – в жилище, которое не сгорело дотла, – они разделись и упали на кровать Линка. Оба были измучены физически и психически. Через несколько часов Мак проснулась, ошеломленная и сбитая с толку теплой и надежной рукой Линка, крепко обнимавшей ее. Боль в боку была такой, словно ее искусали десятки шершней, но, если не считать этого, Мак чувствовала себя на удивление бодро.

Придвинувшись к ней, Линк зарылся лицом ей в волосы.

– От нас пахнет, – вздохнул он, но не сделал ни единой попытки отпустить ее.

– Душ? – предложила она.

– Душ.

Они тщательно и осторожно вымылись под душем, а потом, стоя у окна спортивного зала Линка, долго рассматривали обуглившийся каркас коттеджа, который Мак последние три месяца называла своим домом, и искореженный забор.

– Похоже, я переезжаю, – задумчиво проговорила она.

– Да, черт возьми, – сказал Линк.

– Бедная Бетси.

– Она будет гордиться, что спасла тебе жизнь, – сказал он. Однако Мак показалось, что в его глазах блеснули слезы, когда он взглянул на разбитую машину. Кто-то заботливо вытолкнул ее обратно к нему во двор. Передняя часть Бетси была вдавлена, безупречная краска оцарапана, крылья помяты. Мак была уверена, что понадобится еще пять лет, чтобы снова отреставрировать ее.

– Знаешь, я приехала сюда, чтобы начать спокойную жизнь, – сказала Мак.

– Ты приехала сюда за новыми приключениями, – поправил Линк. – И нашла меня.

– Может быть, я научусь варить варенье.

– Я начну принимать участие в соревнованиях по корнхолу^[26], – решил он.

Она снова бросила взгляд на руины.

– Я все думаю, сколько салфеточек сгорело в огне.

Линк фыркнул.

– Может быть, это станет твоим новым хобби. Несгораемые салфеточки.

Поставив кружку на стол, Мак провела рукой по его груди.

– Либо – и я просто высказываю предположение – мы можем все время заниматься сексом.

– Хм, Дрими. Никакого секса до тех пор, пока твоя рана не заживет. Предписание врача.

– Ты спрашивал об этом у доктора Линг? – в ужасе спросила Мак.

– Да. И переспрашивал у Рассела. Он подтвердил. У меня такое ощущение, что ты пытаешься соблазнить меня.

Раздался стук в дверь, и Мак застонала.

– Боюсь, нам не удастся отсидеться здесь до конца выходных.

– Детка, тебя подстрелили в горящем доме, когда ты спасала мою собаку от своей чокнутой сестры. Нам повезло, что они оставили нас в покое так надолго.

– Жаль, если мы всем испортили праздник, – сказала она. – У меня тоже был очень хороший рецепт кукурузного хлеба. В него входят пиво и сыр.

– Я уверен, что все в порядке. Вероятно, они заказали пиццу или взяли еду на вынос, и все дремлют перед телевизором. Я слышал, как в приемном покое моя сестра говорила с твоими приемными родителями о духовке.

На пороге дома они обнаружили лишь одного шерифа Тая Эдлера. Его патрульная машина была припаркована со стороны фасада.

– Соф прислала это тебе, – сказал он, поднимая в руке пакет со сменной одеждой. Удобные леггинсы, мягкий свитер и модный бюстгальтер, тюбик красной-красной губной помады.

– Спасибо, – сказала Мак, с благодарностью прижимая пакет к груди. – Ты здесь для того, чтобы поговорить с нами?

– Я могу сделать это по пути.

– По пути куда? – спросил Линк.

– Есть кое-какие дела, которые нужно уладить, – туманно пояснил Тай.

– Она может завтра подать заявление, – проворчал Линк.

– Все нормально, – вздохнула Мак. – Давайте просто покончим с этим.

– Я вас отвезу, – вызвался Тай.

Сначала они переоделись, а потом позволили шерифу проводить их. Линк, взяв на себя роль чрезмерно заботливого героя, отказался отпускать от себя Мак и настоял на том, чтобы они сели на заднем сиденье.

– Итак, вкратце, – сказал Тай, глядя на них в зеркало заднего вида. – Благодаря доктору О’Нил Венди жива. Она наглоталась дыма и получила ожоги. Но у нас есть ее отпечатки пальцев с газового баллончика и съемки твоей системы безопасности, на которых видно, как она вламывается в твой гараж. Она украла запасной ключ от гаражной двери из ящика на кухне, когда проникла в твой дом неделю назад. Она ведет себя агрессивно, и мне сказали, что она должна встретиться со штатным психиатром для оценки ее состояния, прежде чем ее задницу упекут в тюрьму на очень-очень долгий срок.

– Ты уверен, что он не арестует нас за что-нибудь, – прошептала Мак, наклонившись к Линку.

– Всякое может случиться в Биневеленсе. Но я думаю, мы сможем схватить его, если он попытается сыграть с нами злую шутку. – Он поцеловал ее в голову и прижал к себе.

– Шериф-Остолоп, это не полицейский участок, – указал Линк. Полицейская машина подкатила к пожарной станции. Тай включил сирену, и средние ворота гаража разъехались.

– О боже, – сказала Мак, выпрямляя спину.

– Похоже, что, несмотря ни на что, мы отметим День благодарения, – заметил Линк.

– Клянусь Богом, если кто-нибудь хоть раз с хлопком откроет бутылку шампанского, я упаду в обморок, – прошептала Мак, когда они вылезали с заднего сиденья.