Пурпурные грозы - Галина Мишарина

— Приятно? — хмыкнул Дэр

— Да.

— Хочешь, остановимся переждать? Земле нужна эта влага.

Я кивнула, и мы направили коней в сторону. Вскоре Дэр снял меня с седла на полянке.

— Вкусный дождь, — сказала я. — Промокну насквозь! — И глупо улыбнулась, наблюдая, как по его лицу стекает вода.

— Тогда можно раздеться, — усмехнулся мужчина. — И погулять здесь голышом.

— По грязи?

— Нет. По воде. Видишь там озеро? Оно теплое.

— Хорошо, — кивнула я, и мы помогли друг другу снять одежду. Было немного волнительно делать это — а вдруг кто-то увидит? Дорога была не так далеко от места купания

— Не увидят, — словно в ответ на мои мысли сказал Дэр, — я нас закрою.

И взял меня за руку, ведя к лазурно-серой глади. Вода согрела пальцы, омыла колени, коснулась легкими волнами бедер. Я обхватила Дэра ногами, и он помог мне расслабиться, поддерживая ладонями за ягодицы.

— Хорошо? — продолжая едва заметно улыбаться, спросил супруг.

— Тепло, — прошептала я. — И мокро.

Дэр тихонько хмыкнул, а потом склонился и сказал мне на ухо:

— Знаешь, я давно не ласкал тебя языком.

Я почувствовала, что краснею.

— А я — тебя. Мне это нравится…

Решимости хватило только на шепот.

— Знаю, — довольно ответил он, устраивая меня на чуть шершавом, но почему-то приятном камне. Я распахнула глаза — дождь касался тела, но не трогал лицо. — Так ведь лучше? — усмехнулся Дэр.

— М-м-м… Да.

Он опустил голову, медленно прошелся губами по моему мокрому животу, по бедрам. Я выгнулась, закидывая ноги ему на плечи. Было без разницы, в какой позе я лежу, хотелось как можно скорее ощутить бесстыдные, умелые ласки.

— Да, милая, — тихо рассмеялся Дэр, — хватит уже дразниться.

Он уложил меня на место, и я заерзала в предвкушении. Дэр склонился, нежно тронул горячим языком мое трепещущее лоно, щекотя, слегка покусывая, вернулся к животу. Потом снова вниз — и глубже, сильней, одновременно лаская пальцами… Он точно знал, где касаться, чтобы довести меня до дрожи, но порой нарочно замедлялся, и я, постанывая, замирала, чтобы не спугнуть блаженство.

Дэр не стал ложиться на меня — камень был не слишком удобен для такого. Мужчина просто подал мне руку, подхватил, разомлевшую, под колени, и я обняла его ногами за пояс. Он резко и глубоко проник внутрь, мне даже стало немного больно. Однако останавливать Дэра желания не было, и я вскоре привыкла к его движениям.

— Да.

— Да? — И он повторил мощное проникновение, совместив его с поцелуем.

Я вскрикнула, крепче обхватывая его бедра. Пальцы соскальзывали, ведь дождь теперь лился прямо на нас. Он не мешал мне дышать, но вот упасть я боялась. После минутной дикой страсти мне стало трудно держаться, и я, задыхаясь, произнесла:

— Дэр! О… Ай! Пожалуйста… остановись! Я сейчас соскользну!

Он сразу всё понял, ловко перехватил меня, прижимая к себе за пояс, и понес к водопаду. А уже там, поставив на камень, продолжил. Только на сей раз одна моя нога лежала на его бедре, а руками я могла держаться за скалы.

— Милая, ты только представь… как мы сейчас… со стороны смотримся… — в перерывах между дыханиями сказал Дэр.

На смех не было сил, и я хрипло хмыкнула.

— Наверняка удивительное зрелище… Если бы только здесь стояла кровать… М-м-м. Вон под тем деревом. Пусть даже мокрая, зато удобная.

— Устала? — прошептал он.

— Ты меня не щадишь.

— И не буду.

Снова мощные проникновения вперемешку с нежными. Я потянулась к губам Дэра, чтобы обрести новые силы со вкусом любимых губ, но он не ответил на поцелуй.

— Нет, милая. Это тебя не спасет.

И продолжил, чтобы потом на руках донести меня до лошади. Дэр умудрился одеться целиком, меня же просто закутал в свой плащ. Дорогу домой я помню плохо, знаю только, что всё время шел дождь.

— Я не пойду на ужин. Посплю, — сказала я, лениво разлепляя глаза. Мы были уже в спальне, огонь танцевал в камине. Дэр тщательно вытер меня, просушил волосы и заплел сложную красивую косу. Он любил играть с моими прядями.

— Едой обеспечу, Мэй. Отдыхай.

— Спасибо. Буду ждать тебя в нашем мягком гнездышке.

Дэр поцеловал меня, укрывая одеялом, и я сладко зевнула.

— Возвращайся скорее.

— Расскажу отцу, как съездили. Может, немного поговорим на важные темы. А потом вернусь.

— Хорошо. Буду здесь, — улыбнулась я, целуя его пальцы. — До скорой встречи.

Я так и не поела, проснулась, когда уже стемнело. По привычке хотела прижаться к Дэру, но его не оказалось рядом. Я сразу села на постели, оглядывая комнату.

Он стоял возле окна и смотрел на грозу. А когда я подошла, не сразу отреагировал на прикосновение. Застыл, замер, словно меня не существовало… Мне стало страшно, что он вовсе не отзовется, но Дэр медленно повернулся.

— Привет, милая.

— Что случилось? — сглотнула я.

Он длинно вздохнул и поглядел мне в глаза темным, усталым взглядом. Страх снова схватил за живот, пробежал мурашками по спине. Цвет счастливого человека не обретает серый налет.

— Я не все рассказал тебе, Мэй… Прости. Не только Сварт пытался договориться с Кеврелом, но и я заключил договор с Цахталом.

— О чем? — прошептала я. — И когда? В ту ночь в доме?

— Да. Взамен на обещание спасти тебя и отдать мне поток сил, он попросил отдать себя — целиком.

— Что это значит?

— Уйти к нему, милая. Навсегда.

Я отшатнулась, закрутила головой, ища, куда бы спрятаться от его слов, но Дэр поймал меня за плечи.

— Он просил тебя умереть?..

— Не совсем. Потерять себя привычного и быть открытым для иных дел. Оставить семью и тебя. Ради твоей жизни отдать свою прежнюю. Это как раз та борьба, о которой мы говорили. Я нужен монстру как источник силы.

— Почему не сказал раньше, Дэр? — едва справляясь с голосом, произнесла я.

— Думал, пронесет. Надеялся, что не придется платить за чувства. К тому же я половины не помнил, но сегодня в разговоре с отцом как будто взрыв случился… Странное ощущение — с запахом и вкусом. Отчаянная решимость. Будущее, которое я избрал сам. Цахтал лишь помог определиться.

— О боже, Дэр! Значит, всё из-за меня⁈ Не приди я, вы с Марком договорились бы, а так ты продал Цахталу душу! Господи, неужели всё должно закончиться так? Ты забудешь меня? Забудешь навсегда?

Он чуть не задушил меня в объятьях.

— Просто перестану узнавать, милая. Скоро придут перемены, и начнутся они с меня. Всё не зря, поверь. Марк принял