Преследуя нас - Кэт Т. Мэйсен

Я иду рядом с Лексом к его машине. Мы оба молчим, и это именно то, что мне нужно. Истощение достигло своего апогея, и я благодарна Лексу за то, что он решил не поднимать ничего, особенно Джулиана, и дал мне возможность побыть в одиночестве, которого я так жажду.

Когда мы дошли до машины, передо мной промелькнули воспоминания о том, как Лекс взял меня на капоте. Не желая ввергать свое тело в смятение, я изо всех сил стараюсь избавиться от этого. Ничего хорошего не будет, если я дам ему то, что он хочет прямо сейчас.

Поездка в машине проходит в тишине, только мягкие мелодии музыки Лекса, звучащие из динамиков, не дают мне уснуть. У него всегда был отличный музыкальный вкус, и я приветствую мелодии Coldplay, когда мы едем домой после долгой ночи.

Поскольку Амелия осталась у Эмили, реальность остаться наедине с Лексом станет настоящим испытанием для моей силы воли. Было бы просто попросить Лекса прийти в постель, заняться с ним любовью и выслушать его обещания, что больше такого не повторится, но упрямый Чарли хочет думать в одиночестве.

— Итак…, — он бросает ключи на столешницу, снимает галстук-бабочку и расстегивает верхнюю пуговицу рубашки.

Да, я не застрахована от его сексуальной привлекательности. Поэтому я намеренно отворачиваюсь, пытаясь неистово игнорировать его магнетическую силу.

— Амелия у мамы?

— Да, — это все, что мне удается, не будучи уверенной, какая из личностей Лекса сейчас проявится.

Он кивает головой, поднимая глаза, чтобы встретиться с моими: — Ты хочешь, чтобы я спал в гостевой комнате?

— Это твой дом, Лекс, такой же, как и мой, — говорю я, потерпев поражение, — Я иду спать. Спокойной ночи, — начинаю выходить из кухни, пока Лекс не окликает меня по имени, заставляя остановиться и обернуться.

— Я горжусь тобой… тем, что ты делаешь, чтобы помочь Марджори. Требуется много силы и воли, чтобы бороться за то, что правильно, и когда дело касается семьи. Ты — самый сильный защитник, о котором может попросить любая мать или ребенок. Ты воин, Шарлотта, и ты заслуживаешь того, чтобы знать это, — Лекс проходит мимо меня, оставляя меня с этими словами.

Лекс отправляется спать в комнату для гостей, а я лежу без сна, не в силах прояснить свои мысли. Слова Лекса повторяются…

«Ты — воин Шарлотта, и ты заслуживаешь знать это».

Я никогда не считала себя воином. Я много раз сражалась в одиночку, но только потому, что у меня не было выбора. А теперь я замужем, и человек, с которым я должна быть на передовой, спит в нашей гостевой комнате. Бесчисленное количество ночей за последние несколько месяцев я лежала в этой кровати одна.

Единственная разница сейчас — я контролирую ситуацию.

Все на мне.

Благословение и проклятие.

Мне удалось поспать несколько часов, несмотря на мое затруднительное положение. Прежде чем заехать за Амелией, я решил принять душ, переодеться и немного поработать. Когда мой завтрак и кофе сидят рядом со мной в моем домашнем офисе, меня прерывает стук в дверь. Я поднимаю взгляд и вижу, что он одет в джинсы, белую футболку и кроссовки. Как этот человек переходит от смокинга к кроссовкам и при этом выглядит как Адонис — уму непостижимо.

Работаешь? — спрашивает он, сохраняя дистанцию.

— Да, — хмыкаю я, снимая очки, — Эти цифры… разочаровывают, мягко говоря.

— Ты не возражаешь, если я взгляну?

Я подталкиваю бумаги к нему, обхватываю руками кружку с горячим кофе и делаю столь необходимый глоток. Возможно, я слишком много анализировал, или мой мозг устал от перебора цифр. В любом случае, я чувствую, что ничего не добилась.

— Предложение?

— Давай.

— Если Марджори сможет сдвинуть бюджет в сторону этой колонки, вы увидите рост потерь. Однако, если вы посмотрите сюда, рентабельность инвестиций увеличится.

Я внимательно изучаю цифры и его направление. Лекс прав. Марджори и ее команде нужно найти способ поддерживать повседневную работу приюта и по-прежнему платить арендную плату, несмотря на повышение из-за жадных инвесторов. План состоит в том, чтобы собрать достаточно денег, чтобы иметь возможность купить землю, плюс отремонтировать здание, чтобы сделать его более удобным и функциональным.

— В этом есть смысл. Много смысла, — я прервалась, — Я собираюсь поработать над этим сейчас, прежде чем заберу Амелию.

— Я думал забрать ее. Знаешь… провести с ней немного времени, плюс дать тебе несколько часов для работы?

Я поднимаю глаза и встречаю его взгляд, предлагая ему улыбку: — Я была бы признательна за это. Спасибо.

* * *

Я представляю цифры Марджори и ее команде. Она кивает головой, соглашаясь, но при этом выглядит несколько облегченной. Приют работает на спонсорские средства, многие сотрудники — волонтеры. Любой сэкономленный пенни будет иметь значение для будущего приюта.

— Ты ангел, посланный свыше, Чарли.

Мои губы изгибаются вверх, приветствуя комплимент, но я быстро вспоминаю, что это был интеллект Лекса, а не только мой.

— Вообще-то, вы можете поблагодарить моего мужа. Он — мозг, стоящий за цифрами.

— Как я уже говорила, у вас хороший мужчина. Он вас очень любит.

Не зная, что ответить, я сказала «Спасибо» за ее добрые слова.

— Знаете, он напоминает мне моего Клиффорда до его смерти, — говорит она, с нежностью вспоминая, — Брак никогда не бывает легким… нужно постоянно трудиться. Мы совершаем ошибки, иногда нам больно, но с правильной любовью она навсегда останется в вашей душе.

Не в силах сдержать улыбку, я еще раз благодарю ее, прощаюсь и выхожу из кабинета. Когда я прохожу мимо маленькой общей комнаты, там за старым пианино сидит мальчик-подросток. Сын Марджори подарил пианино приюту, когда выяснилось, что многие женщины умеют играть. Оно не было ни причудливым, ни грандиозным, но выглядит достаточно хорошо, чтобы этот мальчик пробежался пальцами по клавишам и сыграл мелодию.

Рядом с ним сидит девочка того же возраста. Они оба смеются, шутка между ними, которую я не могу расслышать со своего места. В то же время их лица светлеют, они улыбаются, как два подростка, которые вот-вот влюбятся друг в друга. Мальчик игриво подталкивает ее плечо своим, прежде чем снова положить пальцы на клавиши и начать играть мелодию.

Каждая нота становится знакомой, и, как взрыв из прошлого, это та самая песня, которую Лекс играл в тот день, когда мы впервые сели