Шипы в сердце. Том второй - Айя Субботина

«Великое событие» — это его знакомство с моим сыном.

Я уже дважды его откладывала — цеплялась за любой повод, хотя для этого не никакой причины. Ну кроме разве что моего личного «торможения» наших с Ариком отношений.

Хотя я упорно предпочитаю называть это каким угодно другим словом, как будто так изменится суть. Убеждаю себя, что мы просто «хорошие друзья», что между нами «эмпатия», что мы идем не в близость, а просто идем — без цели.

Марик поворачивает голову в ответ на мой голос, моргает и показывает язык. Как будто чувствует, что прямо сейчас я готова снова все отменить.

— Да, все в силе, — нахожу в себе смелость больше не прятать голову в песок. Знакомство с ребенком — это шаг именно в ту самую сторону. Я могу сколько угодно придумывать дурацкие синонимы, но, кажется, пришло время начать жить с мыслью, что «мы» с Авдеевым не случимся никогда, и что я имею полное право заводить отношения с мужчинами, и даже заниматься с ними сексом.

— Повтори, — продолжает беззлобно подтрунивать Арик.

— Все в силе, вредный ты человек, — немного отпускаю клапан, беззвучно спускаю внутреннее напряжение и позволяю себе улыбнуться. — Только имей ввиду, он у меня очень, просто очень большой собственник.

— Ты сейчас абсолютно не помогаешь, — немного нервно посмеивается в ответ Арик. Мне нравится, что он веселый и общительный, то с ним у меня просто не бывает повода для молчания — он всегда знает о чем рассказать и как сделать это так, чтобы я неминуемо втянулась в разговор. — Я и так трижды менял рубашку.

Идея о знакомстве с моим сыном принадлежит ему.

После нашего первого свидания, на котором я пробыла ровно час и сбежала, буквально как Золушка, потому что чувствовала себя максимально неуютно без белья под тонким платьем, Арик не свернул удочки, а просто предложил сходить с ним в кино. Видимо решил, что ресторан для нашего взаимодействия — слишком высокая планка. Я согласилась — и это был чудесный вечер, когда мы просто хрустели попкорном, пили клюквенный морс вместо колы, а после сеанса пошли гулять с двумя стаканчиками горячего кофе. Тогда же я узнала, что он — архитектор, а он узнал, что я — мать наследника миллионера. Я даже не заметила, как вывалила на бедную длинноволосую голову Аркадия Бережного всю предысторию наших с Авдеевым отношений (не вдаваясь в имена и фамилии). Была уверена, что после таких откровений от исчезнет из моей жизни так же стремительно, как и появился, но ничего такого не произошло — он просто проводил меня до машины, а потом как ни в чем не бывало написал перед сном — на этот раз с предложением сходить на ярмарку.

А потом — снова в ресторан.

И просто на кофе.

Или погулять по городу, который он буквально открыл для меня заново, показав места, о существовании которых я даже не подозревала.

Примерно через месяц, когда наши встречи уже сложно было упаковывать в формат «просто друзья» — хотя я упорно продолжаю до сих пор это делать — Арик прямо спросил, когда я собираюсь познакомить его с сыном. И отделаться шуткой о том, что Марк пока не то, чтобы очень хороший собеседник, не получилось. Я согласилась, что да, пора — в конце концов, что в этом такого? Но потом дважды цеплялась за любой повод, чтобы перенести знакомство.

Сегодня поводы кончились.

А вместе с ними — и моя надежда на то, что когда-то, может быть, мы с Авдеевым…

Я мысленно зачеркиваю это «мы» жирным красным маркером и поднимаюсь к себе, чтобы собраться на встречу. На этот раз снова без изысков, тем более, что мы договорились на маленькое уютное семейное место. Брюки-палаццо из струящейся ткани цвета горького шоколада и тонкий джемпер с вырезом-лодочкой, открывающим ключицы. Ничего особенного, никаких шелковых платьев, красной помады и шпилек. Собственное отражение смотрит на меня с легким, ироничным прищуром. «И куда это мы собрались, Таранова?» — спрашивает без слов.

Выгляжу… спокойно. И от этого спокойствия даже немного не по себе.

Я еду на свидание с другим мужчиной. Я еду на свидание с другим мужчиной вместе со своим сыном.

Эта мысль больше не кажется ни дикой, ни преждевременной. Она кажется… правильной. Логичной. Сколько можно прятать голову в песок, убеждая себя, что мы с Ариком — «просто друзья». И сколько можно продолжать строить жизнь вокруг мужчины, который живет в другой галактике и появляется на моем горизонте только по графику и в строго деловом тоне?

Пора жить. Не выживать, не ждать, не надеяться — а просто жить.

Виктор паркует машину у ресторана «Дача». Арик предложил пару мест на выбор, и я остановилась на этом — уютном, почти домашнем, с белыми скатертями и старыми фотографиями на стенах. Здесь нет пафоса «Рифа», но главное — здесь нет призрака Авдеева.

Арик ждет у входа — стоит, засунув руки в карманы стильного шерстяного пальто, и от его расслабленной, уверенной позы исходит волна тепла, которая ощущается даже сквозь морозный мартовский воздух. Увидев мою машину, улыбается: не ждет, пока Виктор откроет дверь — подходит сам и протягивает руку, помогая выйти.

— Шикарно выглядишь. — У него приятный теплый тембр голоса, обволакивающий, как плед. — Я уж было испугался, что твой сын снова наложил вето на нашу встречу.

— Он долго совещался со своим отделом безопасности, но в итоге дал добро, — смеюсь я, принимая помощь.

Его ладонь теплая, сильная, и от этого простого, действительно почти дружеского прикосновения по моей руке пробегает толпа мурашек. Виктор достает и раскладывает из багажника коляску, я перекладываю в нее сопящего сладким сном Марика и Арик, не дожидаясь какого-то особого сигнала, везет ее по пандусу ко входу. Все это он делает так естественно, как будто занимался этим всю свою жизнь. Ест ли у него свои дети — я не знаю. Ему тридцать семь и логично, что в таком возрасте у мужчины должен быть хоть какой-то якорь, но ни о чем таком Бережной ни разу не говорил, а он совершенно не похож на мужчину, намеренно скрывающего такой «несущественный факт», как семья. Я не его личную территорию так и не рискнула зайти — рассудила, что мои слишком личные вопросы он может истолковать как желание развить наше общение во что-то большее, и решила не рисковать.

Но раз я решила двигаться дальше, то… как раз будет повод узнать