Отец моего врага - Сандра Бушар

— Все, любовь моя, — поставив на колени, он смачно шлепнул по попке, затем задержался на ней ладонями. Пощупал, погладил и снова с рыком затянул на колени. Пять минут умопомрачительных поцелуев, я уже тянулась рукой к резинке его боксеров, как тот более уверенно отрезал: — Правда, Оль. То, что я делаю, нам же во благо. Дай немного времени, а потом весь твой!

Что именно он там такого делает «нам во благо», меня никто не посвятил, но я и так с радостью отправилась выбирать продукты. Было принято решение наготовить мужчине не просто на неделю, но еще и для заморозки. Ведь в последние выходные перед стартом учебы мы с девочками планировали идти в клуб, а это значит, на следующей неделе Королев будет работать в гордом одиночестве.

— Все, — оформив заказ, я сверила время доставки — рекордные сорок минут, и отправилась намывать кухню. Домработница свое дело знала, но ни один нанятый работник не станет залезать в самые потаенные уголки духового шкафа и холодильника.

Королев работал на этаж выше, когда в дверь позвонили. Охрану я предупредила лично, чтобы открыли ворота. Потому бежала к гостю довольная, воодушевленная и потирающая ладони в предчувствии любимой готовки.

Открыла дверь, а там огромный латексный плащ… Точнее, так я решила изначально, а потом поняла — это женщина стояла ко мне спиной, намеренно закрытая с ног до головы. Она начала медленно поворачиваться, а меня едва ли не стошнило на порог.

— Мы оба знаем, Прошик, — елейно-хрипло прошептала женщина, — какую именно Никифорову ты хочешь на самом деле, правда? Так зачем обманывать друг друга, а?

Гостья повернулась, и я увидела то, чего не пожелала бы врагу: собственную мать в прозрачном красном белье. В руках ее был кнут, а на ногах высокие проститутские туфли.

—  П-привет, —  только и смогла выдать я спустя вечность молчания.

—  Здравствуйте, —  курьер в желтой курточке возник из ниоткуда. Сдерживая смех, он скинул три пакета с продуктами, и, маскируя вспышки камеры за кашлем, я сделала пару снимков мамочки на свой смартфон. Женщина была настолько ошарашена моим присутствием в доме Королева, что этого совершенно не заметила.  

 Именно в этот момент грозный холодный бас разлился эхом по комнате, вызывая мурашки по телу:

— Какого хрена здесь происходит?!

Курьер слинял, мама, наконец, захлопнула плащ, а я вспомнила свое имя. Занавес, шторы задвинуты, билеты сдавать в кассе.

— А тут мама… — закрыв лицо рукой, я попыталась спрятаться от этого мира, сгорая от стыда и неловкости. Язык заплетался, так что, неопределенно махнув рукой на женщину, в голову не пришло ничего лучше, чем: — …в мусорном пакете.

— Хмм… — бровь Королева вздёрнулась саркастично, хотя весь вид скромно напоминал, что мужчине далеко не танцевать и петь хочется, а придушить кого-то очень конкретного. — А похоже, Персик. Точнее и не скажешь!

Мама наконец-то ожила от шока, несогласно хмыкнув:

— Так, я что-то не поняла! — нагло отодвинул меня в сторону, она буквально заскочила внутрь, захлопнув дверь перед носом любопытного курьера. — Прохор, а почему это моя дочь тут у тебя?! Это что за фокусы?

Переглянувшись с ректором, мы без слов пришли к одному очень неутешительному выводу: кое-кто переборщил с алкоголем… Ну, или таблетками! Потому что, как иначе можно было дойти до такой стадии отупения, — представить невозможно.

— Моя невеста находится там, где должна, — чеканя каждое слово, деля их нервными глубокими вздохами, Королев будто пытался вернуть самообладание. И делал он это сугубо ради меня, потому как искоса поглядывал на мою реакцию, боясь испугать. Я же пожала плечами, мол, плевать мне уже. И тогда он несдержанно взорвался: — А ЧТО ТЫ ТУТ ДЕЛАЕШЬ?!

— Я-то? — невинно поморгала мама, явно пытаясь заигрывать с Прохором. — От Ольки, что ли, шифруешься?

С удивлением вспоминались те времена, когда я РЕВНОВАЛА Прохора к собственной родительнице. Сейчас же боялась, как бы не пришиб он ее, в глазах так и пылал праведный гнев.

— Езжай. Домой, — закрыв глаза и помассировав виски, мужчина откинулся на стену позади и застонал: — Что за день сегодня, а? Проклял меня, что ли, кто-то?

Бросившись к своему мужчине, я заботливо помассировала его виски, но тут же по рукам моим ударило нечто кожаное и очень даже болезненное. С широко распахнутыми глазами я обнаружила, что это кнут в руках мамы. Пока я ловила ртом воздух, та отодвинула меня в сторону и сама начала Прохору массаж делать, бедного мужчину аж повело. Натуральная судорога случилась! Еще ни разу в жизни не видела, чтобы взрослый мужчина так быстро бегал. Тем более от женщины с кнутом. Которая, по совместительству, еще и твоя мать!

— Вызовите мне кто-то дурдом! — опав на тумбу, я пыталась проснуться. Щипала себя, трясла — ни-че-го.

Прохор очнулся первым, замер и явно с мыслью: «Чего это я тут разглагольствую?!» скрутил женщину, фиксируя ее кисти на спине.

— Домой, — рявкнул он, буквально приказал. Штукатурка аж посыпалась. — Чтобы я тут тебя больше не видел!

— Ой, какие пикантные игры начались, — зарделась эта сумасшедшая. — Давай хоть детей выведем сперва…

— Не знаю, каким обманным путем ты на территорию проникла, потому что номер твоей машины очень давно запрещен для пропуска, — выводя мать к выходу, Королев держал ее на вытянутой руке, будто боялся лишний раз прикоснуться. — Но еще раз увижу, и больше добрым таким не буду.

— Не надо тут ради Ольги шоу устраивать, — закатила глаза женщина, даже в таком положении настаивая на своем, — все мы знаем, почему я здесь!

Тяжело вздохнув, я наконец нашла в себе силы прошептать хоть слово:

— Почему же?

Бросив на меня насмешливый взгляд, женщина отвела каблук в сторону и буквально впилась острым концом моему мужчине в ногу. Зато одну руку высвободила, пока Прохор шипел от боли. Достала свой телефон и быстро открыла последнее сообщение, буквально кинув смартфон мне в руки: