Королек - птичка певчая - Решад Нури Гюнтекин

Как-то утром Кямрана разбудил легкий стук в окно. Он сразудогадался… Так поднимать с постели могла только Феридэ.

Чалыкушу снова приглашала его к большому ореховому дереву наранний завтрак. На столике уже стояло молоко, которое, как она обещала,ароматно пахло грушами; рядом — маленькие провинциальные чуреки и блюдечко счем-то розовым, похожим на варенье.

Феридэ помазала чурек этим вареньем и протянула Кямрану:

— Любуйся искусством моих рук. Не знаю названиячуреков, но варенье зовется гульбешекер.

Феридэ опять взяла низенькую кухонную скамейку и села у ногКямрана.

— А теперь скажи, Кямран, нравится тебе гюльбешекер?

— Нравится, — улыбнулся молодой человек.

— Ты любишь гюльбешекер?

— Люблю.

— Нет, не так, Кямран… Скажи: «Я люблю гюльбешекер».

— Я люблю гюльбешекер, — повторил Кямран изасмеялся, не понимая смысла этой странной прихоти.

Щеки Феридэ горели румянцем, глаза искрились, ресницысмущенно подрагивали. Она наклонилась к Кямрану и взволнованно просила:

— Ну, еще раз, Кямран: «Я люблю гюльбешекер!»

Молодой человек восторженно смотрел на ее вздрагивающиегубы; они даже чуть кривились, как у ребенка, который готов заплакать, если емуне дадут то, чего он просит.

— Я очень люблю гюльбешекер. Очень люблю… Так, как тыхочешь…

Феридэ радостно хлопала в ладоши. Губы ее смеялись, а изглаз текли слезы. Она подтрунивала над собой, словно стыдила кого-то чужого,расстроившегося из-за пустяка:

— Как глупо, как глупо так радоваться оттого, чтопохвалили твое искусство!

Феридэ вытирала слезы, но они все текли и текли. Вдруг онаприглушенно вскрикнула, закрыла лицо и, плача, побежала в дом.

Через несколько дней под вечер Кямран и Азиз-бейвозвращались с рынка. У ребятишек вошло в обычай, заметив их издали,выстраиваться у ворот в ожидании подарков — фруктов, конфет, шоколада.

Кямран одарял попрошаек, и вдруг кто-то бросил ему под ногигорсть мелких камней. Наделив последнего малыша, он оглянулся. Это былаЧалыкушу. Она стояла чуть поодаль под большим каштаном и делала рукой какие-тознаки.

— Вам, должно быть, понятен смысл, Кямран-бей? Ведьсуществую еще и я…

Как всегда, собираясь пошутить или наказать кузена, Феридэобращалась к нему на «вы».

— Выходит, вы раньше времени дали мне отставку, —с улыбкой продолжала она. — А где же моя доля? Думаете, ваши старыепроделки забыты, эфендим? Или — плата за молчание, или — сегодня вечером застолом я оглашу историю, которая произошла у чинары.