Десять писем - Лия Аструм

– Открой рот, – прозвучало жёстко, грубо. Но низ живота мгновенно свело болезненными спазмами. В обычной жизни я отказывалась ему подчиняться, но в постели это возбуждало похлеще любого экстази.

Я послушно открыла рот и он, будто на пробу, очень медленно провёл членом мне по губам. Каждой клеточкой тела я чувствовала, как ему тяжело сдерживаться. Его учащённое дыхание и плотно сомкнутые челюсти говорили о том, что до срыва осталось немного. И я не прогадала. Он грубо ворвался внутрь и сразу же задвигался в свойственном ему темпе. Быстром, дерзком. Чередуя глубину толчков, он крепко держал меня за волосы, не разрешая отклониться ни на дюйм, и я машинально впилась пальцами в ткань его брюк.

Уголки губ болезненно саднило, а из глаз непроизвольно полились слёзы, но внизу… Внизу всё полыхало огнём, тянуло, болело, требовало разрядки, и я, чтобы облегчить собственные муки бездумно елозила задницей из стороны в стороны. Хлюпающие, чавкающие звуки, как в самом грязном порно, разносились по всей гостиной и звучали так пошло, так возбуждающе. Между ног нестерпимо ныло, и я уже потянулась туда рукой, как почувствовала, что толчки стали более отрывистыми, рваными. Я подняла на него слезящиеся глаза, сталкиваясь с диким, простреливающим до самых пяток взглядом.

Со смачным чмоком он резко вынул член изо рта и, совершив несколько дёрганных движений рукой, под собственный глухой стон кончил мне на язык. Не поморщившись, я сглотнула тёплую вязкую жидкость и, как сытая кошка, плотоядно облизнулась. Тяжело дыша, он с интересом рассматривал моё раскрасневшееся от его грубых толчков лицо. А затем, лениво подцепив пальцем несколько белёсых капель с щеки, поднёс к моим губам, чтобы как помешанный наблюдать за моими медленными, скользящими движениями языка вверх-вниз.

– Извинения были, – он довольно усмехнулся, – глубоки. – Но я пока не готов тебя простить, – хрипло проговорил он и потянул меня за руку к себе. Подхватив меня руками под ягодицы, он подкинул меня вверх, и я по инерции обхватила ногами его талию.

Немедля, он двинулся наверх по лестнице в нашу спальню.

– Ты же говорил, что сейчас придёт юрист, – попыталась возразить я.

– Я соврал, – нагло ухмыляясь, заявил он и, ворвавшись на полном ходу в комнату, под мой собственный визг кинул меня на кровать. – Не хотел долго слушать твои вопли. –  Хищно улыбаясь в ответ на моё возмущённое лицо, он резко дёрнул полы рубашки. Пуговицы с треском разлетелись в стороны, и я не успела вставить ни одного слова, прежде чем тяжёлое мужское тело вдавило меня в матрас, а губы, заглушая все протесты, впились в мои.

Спустя час, я, разнеженная и уставшая, лежала на кровати под звук беспрерывно атакующих меня уведомлений, приходящих от Трис. Мы до сих пор не рассказали ей всю правду, и меня это, признаться, беспокоило. Но Нейт был не готов. Он хотел рассказать только про клинику, утаив при этом самое главное. Я же полагала, что нужно говорить либо всё, либо ничего. Алекс так вообще был против подобных откровений, считая, что её это никак не касается. Я была с ним не согласна.

Получив её очередное злобное сообщение, я искренне рассмеялась. Вот, неугомонная какая.

– Над чем смеёшься?

В дверном проёме стоял Алекс с повязанным на бёдрах полотенцем. Другим он вытирал влажные после душа волосы и вопросительно смотрел на меня из-под сведённых к переносице бровей.

– Над сообщениями Трис. – Я потрясла телефоном в воздухе, словно он с такого расстояния мог что-то увидеть. Отправив ей ответ, что завтра обязательно всё расскажу про несуществующее предложение, я положила заблокированную трубку на тумбу.

Алекс хмыкнул и, перекинув полотенце через плечо, сказал:

– Я подписал сегодня бумаги. Завтра Джеймс выйдет на свободу и уедет из страны. Навсегда.

Я удивлённо распахнула глаза. Впервые, я завела разговор о его освобождении спустя полгода наших отношений. Он тогда и слушать ничего не желал. Потом ещё пробовала пару раз, но все наши диалоги, без исключения, заканчивались ссорой. И вот сегодня этот день настал.

– Я сделал это ради тебя, и с этой секунды, чтобы я больше никогда не слышал этого имени. Это понятно?

– Да. Спасибо.

Удовлетворённо кивнув, он скинул влажное полотенце с плеч на маленький, стоящий в углу пуф и прошёл к комоду.

– Как Эмили? – спросила я, прикрывая покрывалом обнажённое тело.

– Скоро будет кататься на лыжах.

– Это хорошо. В эту субботу к нам придут в гости Нейт с Беатрис. Давай, позовём и её тоже? – предложила я.

– Да, – рассеянно проговорил он, роясь в выдвинутом ящике. – Я не против. Напиши ей.

– Обязательно напишу. Мы давно не заезжали к ней. У неё до сих пор проблемы в общении с ровесниками. – Он бесшумно задвинул ящик. – Она продолжает стесняться. – Сел на край кровати. – Ей нравится один мальчик, и она, вроде, ему тоже, но она всячески его избегает, потому что у него все части тела родные. Но разве это важно?  – И открыл передо мной красную бархатную коробочку. – Он обычный парень из средней школы, они познакомились месяц назад в… – Я заткнулась, смотря на белый тонкий ободок кольца, с внушительным, сверкающим по центру бриллиантом.

– Выйдешь за меня? – Как гром среди ясного неба.

Впервые в жизни я почувствовала, что значит быть немой. Язык дёргался в каких-то припадочных конвульсиях и напрочь отказывался слушаться свою хозяйку.

– Алекс… – это всё, что я смогла выдавить, поднимая на него ошалевший взгляд. На его лице была лёгкая улыбка, но в глазах… было… Ожидание? Волнение? Он волновался? Он умеет волноваться?!

– Я … – пришлось прочистить горло. – Это очень неожиданно.

Он терпеливо ждал, но я знала, что долго это не продлится. Целую, очень долгую, а для кого-то, наверное, бесконечную минуту мы смотрели друг другу в глаза. Я тянула с ответом до тех пор, пока от мужского взгляда напротив не повеяло ощутимым холодом.

– Конечно, да! – счастливо взвизгнула я, и, как ненормальная, накинувшись на него, повалила на спину.

Он облегчённо рассмеялся.

– Ты заставила меня понервничать, – с напускным недовольством прошептал он, утыкаясь мне носом в щёку и обхватывая руками мою талию. От него пахло гелем для бритья и тем самым потрясающим, присущим только ему космическим ароматом, от которого можно по-настоящему сойти с ума.

– Тебе полезно, – подразнила я.

Приняв вертикальное положение, я оседлала его бедра и, кинув на него игривый взгляд, протянула вперёд руку.