Отпускай - Ольга Сурмина

— А он и не врал, как потом выяснилось. — Ванэйк сконфузилась. — Но на тот момент, когда я узнала об этом, деньги были нужны уже не только моему сыну. Нейтан носил в голове часовую бомбу.

— Что? — Эмма нервно, тяжело выдохнула.

— Ну вот так. Он в срочном порядке сел делать один масштабный проект, чтобы…

— Городской плотины. — Фастер отрешенным взглядом уставилась на стол.

— Да. Настолько я помню, он послал аж четыре варианта. Ну и… выиграл. Никто, мне кажется, столько не парился. Ему отдали государственный грант на реконструкцию, и заплатили много денег. На них он сделал операцию себе и моему сыну.

— Как так вышло, что я об этом не знаю?! — Эмма чувствовала, как на лбу выступал пот. — Какого черта? Я поняла вашу историю, но как именно вы спасли ему жизнь?! Чем был болен ваш сын, и чем был болен Нейт, отчего ему потребовалась операция? Часовая бомба, вы сказали?! В голове?! То есть, ему делали операцию на мозге, в черепе?! Скажите, как я могла такое не заметить?! Как после этого можно быстро прийти в себя, и сделать вид, что ничего не случилось?! А как же период реабилитации?! Почему, скажите, он не вернулся домой лысым?! — Голос начинал хрипеть. — У него до сих пор шевелюра, как у Рапунцель!! Что это за бред, я не понимаю!! — Она схватилась за голову, запустив холодные пальцы в волосы. — Он же все время был на виду. Уходил на работу, приходил и улыбался. Все время на виду, на его голове не было никаких изменений. Мне казалось, Нейт даже не был печальным, или озадаченным. Он был… обычным. Боже…

— Мой брат очень переживал за вас. — Элис опустила глаза. — Даже больше, чем за себя. Боялся, что, если умрет, о вас некому будет заботиться. Вы останетесь одна. Еще он переживал, что, если вы узнаете… вам станет хуже на нервной почве. Вам станет хуже, а он умрет, и вы вообще отправитесь в дом инвалидов. Сказал, мол, если его смерть произойдет, то лучше уж внезапно, чем пережить перед этим недели бессонных ночей. Нейт запретил мне приближаться к вашей квартире, а потом и к дому, чтобы вы случайно не увидели нас вдвоем и не начали задавать вопросы. Как бы то ни было… все прошло хорошо. Он живет и здравствует, и с моим сыном теперь все хорошо. Эмма, он вас очень любит, правда. — Ванэйк подняла виноватый взгляд. — Я не знаю, что за бес в ребро ему ударил после операции, и с чего он вдруг захотел… «нормальных», как он сказал, отношений. Мне кажется, Нейт больше так не будет.

Фастер сконфузилась и стиснула зубы. «Он больше так не будет» — говорила чья-то мама, когда рассыпалась в извинениях перед другой мамой, если её сынишка залепил ведерком в глаз чужому ребенку. Однако, конфуз тут же сменялся отчуждением и печалью.

— Прошу вас, ответьте на мои вопросы. Чем был болен ваш сын, чем Нейт, и как вы спасли ему жизнь. Какого рода операцию он перенес, а еще как так вышло, что все это осталось за моей спиной. Он не сверхчеловек, чтобы без следов и реабилитации пережить вмешательство в мозг. Что было? Я хочу знать. Сейчас.

* * * больше года назад

Он безучастным взглядом смотрел в окно, на капли апрельского дождя. Иногда вздыхал, иногда вновь возвращался глазами к очередному чертежу. Надо работать, но Нейт постоянно отвлекался сегодня, и сам на себя из-за этого раздражался. Даже привычный кабинет не настраивал на рабочий лад, что уж говорить о квартире, куда он то и дело намеревался вернуться. Устроить себе внеплановый выходной.

В дверь раздался стук, и тут же внутрь заглянула ошарашенная голова молодого парня:

— Мистер Штайнер! К вам там… ну… леди…

— Кто? — Мужчина поднял одну бровь.

— Леди, ну, которая говорит, что ваша сестра.

— Она не моя сестра, она — городская сумасшедшая!! — Рявкнул Нейтан и уставился в стол. Ухмылка становилась нервной. — Скажи ей, что меня нет на месте. Соври что-нибудь. Убери её отсюда!! Полицию вызови, в конце концов!

— Но она ничего не сделала, она просто там сидит. — Парень пожал плечами.

— Угу, и будет сидеть до ночи. А потом преследовать меня до дома. Скажи ей, что меня нет. — Штайнер прищурился, сжав в кулаке карандаш.

— Но вы есть. — Секретарь потупил глаза.

— И что?

— Ну, я сказал ей, что вы есть. — Взгляд становился неловким. — Извините.

— Твою мать. — Нейт прикрыл ладонью лицо, затем, все же, встал, раздраженно таращась на работника. — Никогда больше не говори ей, что я есть. Для неё меня никогда нет. Слышал? Уволю.

Мужчина быстро вышел в коридор, оставив работника в кабинете. Раз уж она снова здесь, стоило разобраться с этим прямо сейчас. Если эта больная на голову женщина еще и узнает, где он живет, точно не даст прохода вообще. В каком-то роде и без того сложная жизнь станет просто невыносимой. Хоть один сталкер сделал чью-нибудь жизнь лучше? И не просто сталкер. Человек, который будет плестись следом, и ныть. Причитать, просить. Эмма, если увидит это, будет в ужасе. Мало того, поднимет брови и тихо скажет: «может, выслушаем её? Может, поможем?».

Она сидела на бежевом диване в приемной, прячась в тени фикуса. Прищуривалась, глядя на молодого человека, заметно напрягалась. Поправляла красное драповое пальто, сжимала в руках небольшую черную сумочку.

— Нейтан, привет. Да, это снова я.

— Я вижу. — Сухо процедил Штайнер, резко остановившись в нескольких метров отсюда. — Элис, убирайся отсюда.

— Не надо на меня так смотреть. — Она понуро опустила глаза.

— Если ты снова кинешься на меня драться, я не стану больше вызывать охрану. Я вышвырну тебя отсюда самолично. — Молодой человек сложил руки на груди и склонил голову немного в сторону.

— Так было нужно. — Промямлила Элис, затем стала рыться в сумочке. — Разве ты бы согласился сделать тест по своей воле? Мне нужно было немного твоих волос с луковицами, поэтому так. — Взгляд становился сконфуженным. — Прости. Я не хотела драться, просто взять волосы, но ты стал меня отпихивать.

— Элис, ты больная. — Нейт ощущал лишь возрастающий, с каждой секундой, конфуз.

— Вот, держи. — Она достала из сумочки сложенные несколько раз бумаги. — Тест, подтверждающий родство. Если хочешь, можешь сделать свой, я не против. Мне нечего скрывать, просто знай, что я реально твоя сестра. И я на самом деле