Ворон и роза - Сьюзен Виггз

— Минуту терпения, месье. Сейчас все сами увидите.

Снаружи послышался шум Голосов и звук шагов.

«Боже, — подумал Дэниел, — неужели Бонапарт не поверил моему слову?». Он вскочил на ноги и бросился к двери.

Лорелея наблюдала, как в лазарет ворвалась группа мужчин. Впереди всех она увидела знакомую сутулую фигуру.

— Отец Ансельм, — прошептала она.

— Лорелея, мое дорогое дитя! Слава Богу, ты жива, — он стиснул ее в своих объятиях. Лорелея доверчиво прильнула к нему и с удивлением подумала, как вообще могла она заподозрить его в предательстве?

— Вы знаете об отце Эмиле? — спросила она.

— Я знаю, что этот самозванец хотел с тобой сделать, — ответил старый каноник, жестом показывая на своих компаньонов. — Мы все знаем, — он посмотрел на дароносицу в руках отца Дроза. — А, ты уже нашла свое наследство? Да простит Бог отца Джулиана за то, что он так долго ждал, чтобы рассказать тебе о нем. Дитя, ты должна была прийти ко мне, прежде чем покинуть Париж. Я смог бы все рассказать и уберег бы тебя…

— Я не знала, кому верить, — сказала Лорелея. — Но в вас я никогда не сомневалась, отец.

— Но теперь все позади, — тихо произнес Дэниел, — и ты в безопасности.

Она кивнула и стала разглядывать мужчин, которые пришли вместе с отцом Ансельмом. Эверард, курьер, одарил ее широкой улыбкой. Заметив ее изумление, вперед выступил Сильвейн.

— Я очень рад видеть тебя, Лорелея, — произнес, он. — Боже, я так сожалею. Сожалею обо всем.

— Тсс, — сказала она, из глаз покатились слезы. — Теперь я знаю, что делают мужчины, вынуждаемые необходимостью.

С порога шагнул еще один человек и стал рядом с Дэниелом. Лорелея вдруг почувствовала, что ей стало нечем дышать. Она удивленно моргнула раз… другой, но странное видение не исчезло.

Мужчина был болезненно худ, смуглая кожа плотно обтягивала скулы. Но у него была такая же гордая осанка, как у… Дэниела; такое же красивое лицо, разве только черты его чуть помягче, чем у Дэниела.

Но те же голубые глаза искрились задором и весельем; по плечам рассыпаны такие же, как у Дэниела, черные волосы.

— Святая Дева Мария, — сказала Лорелея, схватившись за одеяло. — Вы братья?

Дэниел и незнакомец подошли ближе.

— Это — Жан Мьюрон, — представил Дэниел. — Мой сводный брат.

Наконец она все поняла. Его кровный брат находился в опасности. Жозефина не оставила ему выбора, посылая в приют Святого Бернара.

— Я очень рада познакомиться с тобой, — медленно проговорила она.

— Но не больше, чем я рад познакомиться со своей невесткой, — ответил Мьюрон. Даже голоса у них были похожи: низкие, соблазнительные. — Я не слышал ничего кроме похвал твоему таланту врача, — его взгляд оценивающе скользнул по хрупкой фигурке, прикрытой одеялом. Мьюрон насмешливо взглянул на Дэниела. — Но самое высшее твое достижение заключается в укрощении сердец наемников.

— Дэниел, почему ты мне ничего не сказал?

— Я… Мы никогда не признавались в своем родстве.

Эти простые слова тронули ее сердце. Во благо уважаемой семьи Мьюрона, Дэниел держался на заднем плане, прокладывая свой собственный путь в жизни.

— Это было ошибкой, — заметил Жан. — Как тебе удалось удрать из Парижа, Дэниел?

Уголок рта Дэниела приподнялся в усмешке.

— Хочу сказать, мой побег оказался гораздо легче твоего.

Все еще не придя в себя от изумления, Лорелея переводила взгляд с одного брата на другого. Но между ними была одна очень значительная разница: в глазах Дэниела она видела глубокую любовь только к ней одной. Последние ее сомнения развеялись, как туман под ярким солнцем.

Лорелея почувствовала, что у нее от радости поет душа. Ее окружали родные, знакомые лица. Рядом с ней был Дэниел и другой мужчина, ради освобождения которого много месяцев назад Дэниелом на карту была поставлена ее жизнь. Но теперь все позади. Повисшее в комнате напряжение во время знакомства Лорелеи с Жаном Мьюроном исчезло. Мужчины смеялись и разговаривали.

К Лорелее подошел Сильвейн.

— Ты поедешь в Коппе? — спросил он.

— Я… — она взглянула на Дэниела. Его глаза светились любовью и гордостью, но была в его взгляде и какая-то странная печаль. — Мы, скоро поговорим об этом. Мне нужно немного времени, чтобы хорошо обдумать все случившееся.

Был уже поздний вечер, когда все мужчины покинули комнату. Маурико поставил перед Лорелеей поднос.

— Твой ужин уже остыл, — проворчал он.

— Ерунда. Я все равно его съем.

Но ужинать не пришлось. Дэниел сел с ней рядом и начал поглаживать плечи и спину, нашептывая слова любви. Убаюканная его нежными словами, она сама не заметила, как погрузилась в сон.

Когда Лорелея проснулась, Дэниел все еще сидел рядом и смотрел на нее. Его лицо было освещено мягким мерцанием углей в печи.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Прекрасно, — она потянулась. — Никогда не чувствовала себя лучше.

— Лгунишка. У тебя, наверное, болят все кости после обвала. Ты голодна?

— О да, — Лорелея широко улыбнулась. — Я изголодалась по твоей любви. Дэниел сел рядом:

— Дорогая, сейчас я устрою тебе пир.

Они крепко поцеловались, его язык нежно обвел ее мягкие губы, а руки осторожно скользили по плечам вниз к тонким запястьям.

— Я люблю тебя, — произнес Дэниел.

— Да, — прошептала она. — Я знаю.

— Но тебе нужно что-нибудь поесть, — Лорелея открыла рот, чтобы возразить, но он настоял: — Никаких споров.

Дэниел принес поднос, и она съела кусочек хлеба с мягким сыром. Он, стоя в ногах кровати, усмехнулся. Лорелея нахмурилась:

— Ты смеешься надо мной.

— Ты особа королевской крови, а сейчас, возможно, и одна из самых богатых женщин Европы. И все равно ешь ты как крестьянка.

— И всегда ею буду.

— Лорелея, — Дэниел стал серьезным. — Прошу тебя поверить в мою искренность. Я никогда не хотел, чтобы ты изменилась.

Она закончила свой ужин, выпила из кружки хорошего вина, привезенного из Аосты, и вытерла рот.

— Иди сюда, Дэниел, — позвала она. — Иди посиди со мной.

Койка заскрипела, когда он опустился рядом с ней. От него пахло лесом и свежим горным воздухом. Лорелея взяла в ладони его лицо и улыбнулась.

— А теперь, что ты там говорил по поводу пира?

Дэниел нежно посмотрел на жену:

— Поверь мне, я сам сгораю от желания. Но после всего того, что ты перенесла, ты должна отдохнуть.

Она подняла руку и большим пальцем нащупала на его горле теплую пульсирующую жилку.