Иностранка - Арина Теплова

— Благодарю, Мари, — Он улыбнулся и поцеловал ей руку. Заметив, что молодая женщина в воздушном палантине уже продрогла на открытой веранде, Жданов подставил ей локоть и проводил Машу обратно в бальный зал.

— Двенадцатого числа в Императорском театре премьера оперы Паизиелло. Весь Петербург будет. Вы собираетесь, Александр Михайлович? — спросила нежным голосом Катенька Шевелева, с нескрываемым обожанием смотря на Алекса Невинского, который стоял рядом с нею в общей компании с ее отцом, Василием Федоровичем, и Невинским-старшим. Екатерина была единственной дочерью знатного и богатого вельможи Шевелева и, благодаря огромному приданому, слыла одной из завиднейших невест петербургского света. Екатерина была красива, недурно сложена и неглупа, но главным ее достоинством было то, что она являлась единственной наследницей богатств своего отца. Но Александра мало волновала эта светловолосая девица с румяным лицом и полной грудью, его мысли в эту секунду занимала другая женщина.

— Всенепременно, — кивнул безразлично Алекс, даже не посмотрев на Катеньку, которая не сводила с него заискивающего взора. В этот момент молодой человек внимательно выискивал глазами среди гостей высокую фигурку Мари в нежном платье из розового шелка.

Александр был все еще под впечатлением от утреннего разговора с надменной француженкой, которая, видимо, решила не только не реагировать на знаки внимания, но еще и игнорировать его. Это было непонятно Алексу. Он знал, что имеет прекрасные внешние данные, стать, наглость и деньги. Эти составляющие обеспечивали ему успех у женщин. Но поутру Мари не только не захотела быть покладистой с ним, но и вообще запретила приближаться к ней. Будучи человеком злопамятным, Александр не собирался спускать этой наглой девице ее пренебрежения и теперь вынашивал план мести. Ежедневно, едва у него появлялась такая возможность, он вливал в уши отца гнусные, лживые слова о том, что Мари холодна, расчетлива, жадна до денег и, конечно, распутна. А вчера наедине даже намекнул, что француженка пыталась пококетничать с ним, Алексом. Невинский, как обычно, сделал вид, что ему это безразлично, но Алекс отчетливо заметил, как на миг на лице отца отразились задумчивость и мука сомнения.

Нехотя Алекс отвечал на вопросы Екатерины, переступая с ноги на ногу. И тут он наконец в окно заметил Мари на веранде, и на его губах появилась злорадная ухмылка. Он извинился перед молоденькой Шевелевой и, подойдя к отцу, подвел его на два шага ближе к окну. Приблизившись вплотную к Невинскому, Алекс насмешливо и желчно прошептал ему на ухо:

— Я говорил вам, отец, что она распутная? А вы не верили. Посмотрите на веранду. Пока вы заняты с гостями, она успевает кокетничать наедине с мужчинами, — молодой человек указал взором за окно на пару, которая мило беседовала на веранде. Мари в эту секунду что-то говорила Жданову, а он в ответ, улыбаясь ей, оживленно отвечал. Михаил побледнел и напряженно уставился на беседующую наедине парочку. — Вы, отец, слишком доверчивы, — продолжал лить яд Алекс все так же тихо. — Вы не знаете, что было у нее в прошлом. Однако не побоялись приблизить эту девицу к себе. Посмотрите, они ведут себя так, словно не только давно знакомы, но и состоят в близких отношениях…

Невинский упорно молчал, не смотря на Александра, не отвечая ему и не останавливая. Его глаза пожирали стройную фигурку Маши, которая уже улыбалась Жданову, и Андрей Дмитриевич галантно поцеловал ей руку. Вмиг воображение Михаила нарисовало картину их совокупления. Кровь прилила к его вискам, и он почувствовал, что стало трудно дышать. Он проследил взором за тем, как Жданов уводит Машу обратно в зал. И Невинский тут же буркнув сыну, что найдет его позже, устремился к этой негодной девице, которая, видимо, решила сегодня испытывать его терпение. Александр довольно посмотрел в удаляющуюся спину отца и сквозь зубы процедил:

— Надеюсь, вам понравится теперешний разговор с отцом, высокомерная кокетка. Теперь вы получите по заслугам…

Едва он приблизился к молодой женщине, Машенька обратила на него ласковый взор и проворковала:

— Я искала вас, Михаил.

— Неужто?! — вспылил Невинский, и она отчетливо заметила на его лице злость и недовольство. Его глаза метали молнии.

— Да, — начала она было.

— А ну пойдите сюда, ветреная девчонка, — процедил глухо сквозь зубы Невинский, неучтиво схватив молодую женщину за локоть и почти силой выводя ее из гостиной. Она, семеня, невольно последовала за ним, удерживаемая железной хваткой.

— Что случилось, Михаил? — пролепетала она, когда он втолкнул ее в библиотеку и, зайдя, с грохотом захлопнул дверь, чтобы их разговор не слышали.

— Я смотрю, вы прекрасно проводите время наедине со Ждановым! — прогрохотал он, так и не отпуская ее локтя, а наоборот, притискивая Машу к себе и опаляя ее лицо горячим срывающимся дыханием.

— Ах, вот вы о чем, — выдохнула она, поняв, и быстро добавила: — Андрей Дмитриевич сам попросил о разговоре. Я пыталась быть вежливой, — начала оправдаться она, понимая, отчего Невинский так разозлился.

— Не лгите! Вы специально оставили гостей и пошли искать приключений!

— Это неправда! — воскликнула она.

— Вы что же, считаете меня слепцом? — процедил он угрожающим тоном, склоняясь к ее лицу. — Думаете, никто не видел, как вы кокетничали со Ждановым и смеялись, словно глупая гусыня!

— Не было того, Михаил Александрович! — уже обиженно вымолвила она. — Вам показалось…

— Показалось?! Я более не намерен оставаться в дураках! И вы, сударыня, немедленно расскажете мне все об этом вашем знакомом, Андрее Дмитриевиче! — Она видела, что его лицо перекосилось от бешенства и, не выдержав его бьющего взгляда, опустила глаза, расстроившись. Она не понимала, что сделала не так и отчего ее разговор со Ждановым вызвал такую странную реакцию у Михаила. — Ну!

— Вы уже все знаете, мне более нечего рассказывать, — произнесла она, чувствуя себя неловко, будто Невинский ее в чем-то обвинял. Она нервно взглянула на него и заметила: — Отпустите мою руку, пожалуйста, мне очень больно. Вы не контролируете себя…

— Я отпущу вас, когда посчитаю нужным! — сквозь зубы выпалил он, чувствуя, что она пытается уйти от разговора. Видя, что убеждать Невинского в чем-либо бесполезно, Маша упорно обиженно молчала, отвернув от него лицо. — Молчите! Что ж, чудесно! Тогда я поговорю с ним!

Он отпустил ее локоть и уже двинулся в направлении двери. Маша кинулась следом, прочитав в его глазах решимость и угрозу.

— Михаил Александрович! — схватила она его за руку. — Что вы хотите знать?!

Он резко остановился и прохрипел:

— Все! Что у вас с ним? У вас была интимная связь?

— Вы что?! Нет, конечно! — выдохнула, опешив, Маша. — Мы близко не знакомы. Он приходил в кондитерскую лавку, где я работала, а затем я просила у него работу. Но он отказал. Вы это все знаете из моего дневника. После мы не виделись ни разу. А сегодня я танцевала с ним один танец, и все. А на веранде он просто извинился за то, что когда-то предлагал мне стать его содержанкой. И все!