Север и Юг - Софья Валерьевна Ролдугина

– Третьего, Эдера, казнили за побег… не гневайтесь, госпожа, в том нет вины вашего презренного раба… не гневайтесь…

Фог прикусила губу.

«Надо же, старший пилот самым осторожным был, однако же первым и погиб».

– Что с последним поручением?

Халиль-Утар арх Ташир заёрзал на месте, затрясся ещё сильнее, но всё же сумел выдавить из себя:

– Этот ничтожный нашёл покупателя, однако он отказывается продавать его… просит слишком много… у этого презренного нет никакой возможности выкупить его… Но, возможно, благородная госпожа сумеет…

У неё вырвался вздох.

«Значит, новый владелец либо самодур, либо он узнал, кто настоящий покупатель, и теперь хочет чего-то лично от меня».

– Веди, – приказала она. И кивнула на зарево заката за окном: – Солнце уже коснулось горизонта, но, так и быть, я даю тебе отсрочку.

И, прищёлкнув для красоты пальцами, скинула с купца путы морт.

От облегчения тот едва не повалился ничком.

Забрав у Халиля купчие на телохранителя и пилота, Фог отдала их Сидше и добавила:

– Ты им друг – тебе их и освобождать. Я слышала, что достаточно уничтожить бумагу, и человек станет свободным… И пойдём. Осталось одно дело.

– Какое? – живо откликнулся он и, не удержавшись, снова потрепал рыжего мальчишку, Чирре, по вихрам; тот беззвучно всхлипывал и тянулся за знакомой рукой. – Ну, будет тебе, будет… Всё позади, больше я тебя в обиду не дам. Хочешь – к матери вернёшься в Ишмират, хочешь – пилотом останешься… Так куда идём, красавица?

– Я сама не знаю! – крикнула она уже от дверей. – Но тебе лучше поторопиться.

Добираться пришлось далеко, на другой конец города. К тому времени совершенно стемнело, а воздух изрядно посвежел. Рыжий пилот Чирре совершенно вымотался и уснул – его пришлось взять на руки телохранителю, Марту, который наоборот, посвежел от долгой прогулки и избавился от действия дурмана. Сидше, вопреки обыкновению, был необычно оживлённым, много говорил, смеялся и почти не смотрел по сторонам – и казался сейчас почти что ровесником самой Фогарты. Купец привёл их к роскошному дворцу неподалёку от храма пяти ветров. Храмовый сад постепенно переходил в дворцовый; пение разливалось в синеватом ночном сумраке, возносилось к звёздам вместе с ароматом благовоний, а вдали, за голубыми крышами дворца, маячила большая тень.

«Вот и он».

– Куда дальше? – спросила Фог, но тут узорчатые врата распахнулись, и слуги в пышно расшитых одеяниях с поклонами пригласили её пройти.

Сидше попытался проследовать за ней, но дорогу ему преградила стража:

– Может пройти только госпожа киморт.

– Ждите здесь, – быстро решилась она, на всякий случай собирая вокруг себя морт погуще, чтобы ни меч, ни стрела не могли достичь цели. – Много времени это не займёт.

Сказано это было наугад. Но кое-что стало ясно уже сейчас: хозяин дворца, кем бы ни был тот человек, хорошо знал, какая гостья к нему наведается.

Слуги провели её через длинную анфиладу комнат, одну роскошнее другой. Где-то прямо из пола бил фонтан, насыщая воздух прохладой и влагой, как в северном гроте; где-то цветы вились прямо по стенам. Иные покои напоминали, скорее, спальни, устланные перинами и подушками, другие – гулкие храмовые помещения, отделанные пластинами из розового и белого камня. Владелец всего этого определённо был богат, но начисто лишён вкуса – а ещё не уверен в своих силах; впрочем, атаковать или исподтишка отравить гостью он не пытался.

«Спасибо и на том», – промелькнуло в голове.

Когда Фог начала уже уставать от бесконечной смены комнат, а её любопытство стало угасать, путь наконец окончился – в сравнительно небольшом помещении, довольно тёплом на фоне остального дворца. Здесь стояло несколько низких столов, не обеденных, впрочем, а письменных; бумаги, свитки и книги громоздились на них, кучами лежали на полу – и вообще занимали всё свободное пространство.

За главным столом сидел, подогнув под себя ноги, древний старик с цепким взглядом.

– Пусть уважаемая госпожа подойдёт ближе, – прошелестел он. – Я уже не молод и не смогу встать, дабы поприветствовать её.

Вокруг не было ни отравы, ни оружия; даже слуги остались за дверью. Исчерпав собственную подозрительность, Фогарта рискнула подойти к нему – и тут же в руки ей лёг свиток, перевязанный зелёной шёлковой лентой с затейливой печатью.

– Мой повелитель сейчас вынужден был спешно отбыть, – произнёс старик голосом, похожим на шорох опадающих листьев на севере. – Я всего лишь скромный казначей и управитель этого дворца. Мне приказано передать вам эту купчую и следующие слова: «Вот мой дар ясноокой госпоже из Ишмирата. Смиренно надеюсь, что она не откажет мне в небольшой беседе с глазу на глаз через три дня».

Предложение было более чем подозрительное; с одной стороны, оно ни к чему не обязывало, а с другой – могло навлечь многие беды. Владелец дворца не просил об услуге, но явно намекал на неё – и не хотел доверять лишнюю информацию даже собственному казначею. Значит, он сам порядочно рисковал, и что уж говорить о тех, кого он собирался привлечь на свою сторону…

«Впрочем, у меня нет выбора».

Фог разломала печать и быстро пробежала глазами купчую.