Наваждение генерала драконов - Мария Лунёва

— Ох уж эта мама, — я тяжело вздохнула, — то он ее коврики портит, то у них взаимная любовь. Ладно уж. Надо же будет за маленьким присматривать. Токи отличная нянька.

— Я думаю именно этим она и руководствуется.

— Но тебе придется подарить мне щенка, — я хитро взглянула на своего дракона.

— Да хоть псарню, — улыбнулся дракон. — Пойдем, малыш, Бран и Надия уже идут в сторону внутреннего двора, видимо, кареты наши готовы.

Обняв, он мягко подтолкнул меня в сторону двери, ведущей с террасы в комнату.

Я понимала, что пора ехать в новый дом. Где я буду женой и хозяйкой.

Я действительно желала этого всем сердцем. Только вот часть моей души все равно печалилась, предчувствуя долгую разлуку с родными.

Каждый месяц ведь не накатаешься к ним. Остается уповать на письма.

— Айла, я обещаю, ты не будешь тосковать. Тебе будет некогда. Замок нужно обустроить, земли восстановить после войны. Построить лекарские дома, школы для детишек крестьян... — перечислял муж.

— Это ты меня сейчас уговариваешь проситься и дальше остаться здесь, Хэйл? — весело хохотнула я.

— Нет, — в его глазах заплясали хитрющие огоньки. — Ты же деятельная, активная. Сколько ты сможешь сделать для простой ребятни? Для девочек в коротких платьицах и соломенных шляпках. Мне кажется, с такой лерой у них будет хорошее будущее.

— Ты всегда знал, что нужно сказать, чтобы взбодрить и поддержать, — прищурившись, я потянулась к губам мужа.

Ответом мне был жаркий поцелуй.

Тихо простонав, дракон сильнее сжал меня в своих руках.

— Я понимаю, Айла, — выдохнул он, — ты была не готова к встрече со мной. Я тоже растерян. Но сейчас ты обнимешь родных и сядешь в карету, а дальше я сделаю все, чтобы ты никогда не пожалела, что судьба связала наши жизни. Пойдем.

— Ну может, ты все же еще раз поговоришь с отцом? — заупрямилась я.

— Все, что надо, мы друг другу сказали. Дай нам время.

— А как насчет торжества здесь? — я пыталась уговорить его всеми способами.

— Вот через годик мы соберемся вместе. Сходим в храм, сделаем подношения богам и там уже виднее будет.

— Вредный ящер!

— Люби таким, какой есть — усмехнулся он и повел меня на выход...

... Кареты были готовы к длительному путешествию. Четверки лошадей нетерпеливо трясли гривами и били ногами о землю. Одновременно с нами в свои земли уезжали и Бран с Надией, ну и забирали с собой Льюиса. Но они следовали на север. А мы на юг.

— Айла, — дверь в нашу карету отварилась и показался отец, — все проверил. Подушки на месте, одеяла тоже. Там книги, вязание, чтобы не скучно было.

— Папа, — подавшись к нему, крепко обняла любимого родителя. — Я буду так скучать!

— Не будешь, искорка моя, — меня тотчас же поцеловали в макушку. — Обещаю, только маме полегче станет — я сразу к тебе. Проверю, что и как. А как твой братик, или, дайте Боги, доченька появится так постоянно гостить будем.

— Ульви с Маникой как?

Мне было стыдно, но я так толком и не узнала, как собирается жить брат и какие у него планы.

Стоило о них вспомнить, как наша парочка появилась со стороны сада. И Ульви опять со своей сеткой для гербария. Рано я успокоилась... Но теперь это не моя забота.

— С нами в доме жить будут, — тихо, будто раскрывая мне секрет, прошептал папа. — Манику учиться отправим. Ульви решил все же в академию податься. Уж боюсь спугнуть. Рановато ему еще свое дело, пусть опыту наберется.

— Это замечательно! — выдохнула я.

— Милая! — прокричали за моей спиной. Дверь дома широко отворилась и на крыльце показалась мама. — Корзинка с едой! Не забудьте! Еле стрясла с кухарок овощей и побольше.

Хэйл, стоявший все это время молча, усмехнулся.

— Чего стоишь, племянник?! Бери и пристраивай ее где-нибудь внутри, — мама заметила его реакцию. — Здесь и тебе копченые куриные ножки, грудинка и крылышки. Я заметила, как ты любишь поесть.

— Спасибо, тетя, — Хэйл благодарно кивнул, — но по дороге много трактиров...

— А пока до них доберетесь, что голодные сидеть будете? — мама возмущенно взглянула на племянника. — Айла здоровьем слабенькая. Повнимательнее к ней. Дорогой, ты слышал? Трактиров у них там много!

— Слышал, милая, — папа нахмурился и, забрав корзину, сам затащил ее в карету. — Так и знай, Хэйл, как только сможем — сразу к вам приедем. Ты мою дочь береги, спрашивать, как с неродного буду за нее.

Ульви, услышав это, хрюкнул в кулак, маскируя смех, и, растянув губы в предвкушающей улыбке, поиграл бровями. Вроде как намекая — никуда я от родительского надзора не денусь.

— Дай только в себя приду и сразу к тебе, — выдохнула мама, ее глаза подозрительно заблестели. — Я должна видеть, где и как ты живешь.

— Ну, мама! — мне вдруг стала смешна вся эта ситуация.

И страхи отпустили.

О чем я переживаю? Что не увижу их долго? Что тосковать буду?

Да это же моя семья! Да они вперед нас в замок Хэйла доберутся, еще и нас там встретят.

И на душе стало спокойно и хорошо.

Они всегда будут со мной. А я с ними.

— Вы же прибудете к нам на торжество... — начал было Хэйл.

— Как к вам? — мама удивленно вскинула брови и уперла руки в бока. — Захарий, о чем это он?

— Мы решили, что отмечать все свадьбы здесь будем, — просветил его отец.

— Но...

— Не обсуждается, племянник! — тон папы к дальнейшему спору не располагал.

Хэйл только и вздохнул. Тяжело так, даже немного обреченно.

Снова тихо скрипнула дверь, и шаркая ногами, к нам вышел дядя Сэтт. Все еще слабый, но уже вполне способный передвигаться по дому. За это утро я успела попрощаться с ним раз десять, но ноги все равно понесли меня к мужчине.

Обняв его, тихо шепнула ему на ухо:

— Простит, обещаю. На торжество прибудет уже тепленьким. Правильно папа придумал.

— Ты уж береги и себя, и его, доченька, — тихо выдохнул дядюшка.

— Не волнуйтесь. Выздоравливайте. Вам еще