Эксперимент - Дарина Грот

– Милая, ты мне не нравишься в таком состоянии. Я бы очень не хотел выписывать тебя в соседнюю палату к Жаклин.

– Я никак не могу выкинуть из головы вчерашний день. Жестокость врачей, безразличие жизни…

Левиафан бросил на нее косой взгляд и пошел бродить по комнате, что-то бормоча или напевая себе под нос.

– Почему ты все время улыбаешься и поешь? – спросила Лилит, наблюдая за ним.

– Я релаксирую. Песни помогают отвлечься, абстрагировать мозг, а улыбка помогает не заводить нервную систему. Да и в конце концов, я просто люблю петь и улыбаться, я так больше похож на дурака. А дуракам, знаешь ли, намного проще живется, и судьба на них плюет, и смерть вроде не трогает.

– Что-то я не могу сказать по Жаклин, что ей хорошо живется…

– Жаклин по-настоящему умом тронулась, а я говорю о людях, которые подло прикидываются дураками и живут хорошо, пользуясь выгодой от этого слова, вида и поведения.

– Левиафан, отстань от меня! У меня нет настроения слушать это. – Лилит встала, взяла ключи от машины и прошла мимо вампира.

– Куда это ты? – спросил он удивленно, провожая ее взглядом.

– Пойду, покатаюсь…– бросила она, хлопнув дверью.

Лилит включила диск с невообразимо грустной музыкой в машине, нажала газ и поехала. Солнце пыталось пробиться через тучи, но безуспешно. На небе болтался только его бледно-желтый силуэт. Вот-вот должен был начаться дождь, но он не начинался. Лилит остановилась на светофоре. Пока горел красный свет, она смотрела на длинный белый капот. В ее голове было пусто. Нет мыслей, идей.

Сзади раздался нервный гудок. Светофор уже давно переключился на зеленый, а Лилит все витала в облаках, задерживая людей. Лилит нажал на газ и поехала вперед.

Как-то даже не заметно и не понятно она приехала к психиатрической больнице, в которой лежала Жаклин.

– Как ты? – спросила она через решетчатое окно.

Жаклин сидела на кровати, в шортах по колено и в майке. Ее лицо, без косметики, выглядело на два-три года моложе. Волосы взъерошены, и на них поблескивали блестки от лака. Жаклин подпирала коленями подбородок. Она бросила странный взгляд на Лилит и подняла голову. Лилит заметила бинты на кончиках пальцев, там, где Жаклин вырвала ногти с мясом. Лицо ее было чуть-чуть расцарапано, а на запястьях красовались огромные бинты.

– Как я? – повторила она вопрос.

Ее голос не был похож на голос прежней Жаклин. Он был какой-то сырой и утробный, как у мертвеца. Ее взгляд был ненормальнее, чем у самого настоящего психа.

– Ты не очень хорошо выглядишь… – негромко сказала Лилит.

Внезапно Жаклин засмеялась глухим, звериным смехом.

– А как я должна, по-твоему, выглядеть? – она приблизила лицо к решеткам, и не моргая посмотрела на подругу. Лилит замялась. Жаклин пугала ее: поведение совершенно другого человека, окутанное злостью и ненавистью.

– Как я должна выглядеть, Лилит?! – закричала она. – После того, что случилось, ты считаешь, что я должна хорошо выглядеть?

– Я не это имела в виду…

– А что ты тогда имела в виду? – перебила ее Жаклин, пристально впиваясь в нее глазами.

Лилит отвела взгляд и слезы подступили к горлу. Она закусила нижнюю губу и, снова, повернулась к Жаклин.

– Мне не стоило сюда приезжать! – тихо проговорила она, развернулась и пошла.

Жаклин что-то кричала ей в след, но Лилит старалась не вслушиваться в эти крики. Через десять минут она сумела найти лечащего врача.

– Как она? Почему она такая агрессивная? – спросила дрожащим голосом Лилит.

– В ближайшую неделю вам не стоит приезжать сюда! Девушка так реагирует абсолютно на всех! – отвечал врач на ходу, а в его руках была кипа бумаг.

– Подождите! – крикнула Лилит и схватила его за руку.

Врач остановился с не довольным видом.

– Послушайте, девушка… – начал он, но развернувшись к ней лицом, увидев насколько красива девушка, стоящая перед ним, он замолчал и открыл рот.

– Доктор, – она слегка дернула его за руку.

– А, да… – он хлопал глазами и мялся, как пятнадцатилетний мальчишка.

– Что с ней?

– Лабильность аффекта…раздражительное настроение. Вербигерация и трихотилломания… мы еще не до конца с ней разобрались, поэтому пока не в состоянии поставить какой-либо конкретный и адекватный диагноз. Иногда преобладают симптомы параноидальной шизофрении, но этого быть не может. Иногда истероидная психопатия, но это больше экзогенный психоз – врач, наговорив кучу не понятных терминов, заикался и неотрывно смотрел на лицо девушки.

Лилит не была даже уверена, про ту ли он пациентку говорит. Она ничего не поняла из его объяснений.

– Все будет нормально с вашей подружкой… – снова попытался заговорить доктор.

– Спасибо. – Грустно ответила Лилит, так и не выяснив, что с ее подругой и надолго ли.

Она развернулась и пошла вдоль коридора. Врач так и стоял, застывши, смотря ей в след.

Через два часа Лилит приехала домой. Настроение у нее было мягко говоря не очень хорошее. Она заглушила двигатель и посмотрела в окно, и ее передернуло от неожиданности. Там стоял Левиафан, как всегда с идиотской улыбкой. Он открыл ей дверь и подал руку.

– Прошу мисс! – вампир галантно поцеловал ее руку.

Лилит вышла из машины и грозно окинула его взглядом. Но в ее голове пробежали мысли о том, что было бы неплохо расслабиться. Левиафан был не против. Он, со счастливым лицом, соорудил не большой ужин.

На столе стояла бутылка хорошего вина, графин с холодным облепиховым чаем, сок. Горячая пицца и гамбургеры. Огромная ваза с фруктами. Но вот только Лилит кусок в горло не лез.

Вампир, откуда-то, достал два очень красивых фужера, что сильно удивило Лилит. Она думала, что после неудачной поездки в Париж, она успела расколотить всю посуду в этом доме. Но эти два фужера были антикварными.

Левиафан заметил ее взгляд на эти вещи. Он встал напротив нее и убрал руки в карманы. Какой же он порой был нелепый: черная майка – привет из семидесятых и современные спортивные штаны.

Он стоял и покачивался, опускаясь с пятки на мысок и обратно. Затем он вытащил руку из кармана и разлил вино по фужерам.

– Мне кажется, остальные напитки здесь лишние. Вино – идеальный вариант.

– Наверное, так оно и есть.

– Как дела у Жаклин? – спросил он, приподнимая глаза на нее.

– Как ты узнал? – удивилась Лилит, делая глоток красного вина.

Левиафан усмехнулся и сел за стол.

– От тебя пахнет психами и сумасшествием!

– Видимо с Жаклин переобщалась, что даже пропахла ею. – Улыбнулась она, решив все-таки отпустить ситуацию, расслабить и побаловать свою нервную систему.