Клуб "Калифорния" - Белинда Джонс

Дзы-ы-ы-ынь!

Я и забыла первое правило внутреннего умиротворения — выключить все мобильные телефоны. Ладно, понимая, что сама себя обманываю, я достала телефон.

— Лара!

— Саша! — Настроение сразу повысилось.

— Ты никогда не догадаешься, где я!

— Дай мне подсказку!

На заднем фоне раздался странный протяжный горловой рев.

— Это был слон? — спросила я.

— Да!

— Ты в Африке?

— Нет! — засмеялась она. — Но почти что! Ти отвез меня в «Шамбалу»!

— Да?

Это мне что-то должно говорить?

— Это просто удивительный заповедник для животных, неподалеку от Санта-Клариты. Здесь всем заправляет Типпи Хедрен.

— Мама Мелани Гриффит?

— Она самая! Мы только что с ней поужинали!

— Ты шутишь!

— Она делает это для сбора средств в Фонд помощи диким животным «Рычание». Ти сказал, что мне нужно передохнуть перед таким важным днем, и тайком привез меня сюда.

Да, парень делает большие успехи.

— Ну и на что похож этот заповедник? — спросила я.

— Тут очень красиво. Намного больше деревьев, да и места, чем в «Свирепом тигре». А еще большая речка. — Саша вздохнула. — Мы останемся тут на ночь в палатке. Там все раскрашено под леопарда. Похоже на «Скалу в джунглях», только без стен. — Она засмеялась.

— А где Ти?

— Только что ушел в туалет.

— Ты можешь говорить?

— Только шептать.

— Ну?

— Ой, Лара, когда я вернулась из «Мадонна Инн», он подошел и поцеловал меня.

— А ты что сделала? — выдохнула я, почувствовав, что и мое сердце затрепетало, ведь его любовь могла произвести такое воздействие… Могу себе представить.

— Я не могла остановиться, все плакала и плакала.

— От радости? — на всякий случай спросила я.

— О да! Это такое облегчение — быть с ним. Не думаю, что я когда-то была так же счастлива.

Меня охватило странное двоякое чувство. С одной стороны, радость, а с другой — белая зависть.

— Наслаждайся каждой секундой, — посоветовала я.

— О да! А ты сейчас что делаешь?

Я не хотела говорить ей, что сижу тут в одиночестве и смотрю на темные волны моря, так что сказала:

— Я собираюсь пойти позаниматься йогой под луной с остальными.

— Ого. Ну, развлекайся. Только не застрянь в какой-нибудь опасной позе.

— Хорошо, — засмеялась я. — Передавай Ти привет.

— Погоди-ка, он тут.

— Лара? — Знакомый голос с урчащими интонациями.

— Привет, — улыбнулась я. — Слышала, у вас там все хорошо!

— Ага. И все благодаря тебе. Тому, что ты мне тогда сказала.

— Не говори глупостей, — шикнула я. — Вы вдвоем пришли к этому в свое время. Вам предназначено быть вместе.

— Ну, с последней фразой я согласен, — признал он. — Но все равно спасибо. Увидимся на сборе пожертвований, да?

— Да, конечно же!

— Отлично. Добрых снов, дорогая!

— Спокойной ночи, — крикнула Саша на заднем фоне.

Я отключила телефон.

Следующий час я просто сидела и смотрела на темное море. И чем больше успокаивалась, тем лучше слышала шепот волн внизу. Если я прислушивалась, то практически могла расслышать свое собственное имя.

— Лapa…

И снова. В этот раз громче. Я огляделась. Никого. Отлично. Теперь я слышу голоса.

— Эй, там!

Не вставая со скамейки, я наклонилась вперед и вгляделась в темноту. Опять ничего. Потом слева от меня зашевелись кусты, и появилась одинокая фигура.

— Элиот! Ты что тут делаешь? — Я вскочила на ноги.

— Я должен был приехать.

Я хотела обнять его, но тут вспомнила, что я его ненавижу.

— Элиза…

Что я говорю? Я не хочу, чтобы он застал их врасплох. Это просто жестоко.

— У нее занятия сегодня поздно вечером, по- моему.

— Я приехал к тебе.

У меня опять появилась искорка надежды. Извинение и обещание на веки вечные быть моим партнером по танцам — вот-вот это произойдет Но вместо этого он сел на краешек скамейки, как приговоренный к наказанию.

Наконец он заговорил хриплым голосом:

— Ты его любишь?

Я подняла брови:

— Джоэла?

— Да, — нетерпеливо ответил он.

— А если бы любила? — спросила я. Не дам над собой издеваться.

Он обхватил руками голову, словно я его ударила.

Я сказала мягче:

— А что, если я не люблю его?

Стук моего сердца отзывался в ушах, когда я сделала шаг к нему. Никогда я не чувствовала себя так, стоящей на самом краю. Поймает ли он меня, если я упаду?

Он взглянул на меня глазами побитой собаки.

— Все эти годы, Лара, я всегда думал, что женюсь именно на тебе.

Я едва не оступилась и не свалилась в океан. Что?! Когда это он так думал? Когда же я могла пропустить столь важные переживания?

Я не осмеливалась говорить. Боялась, что очнусь и сон, в котором я. должно быть, нахожусь, растает.

— Когда я впервые встретил тебя, то подумал, что мне надо порвать со всеми своими подружками, завершить все эти паршивые отношения, и тогда я бы упал на колени и просил твоей руки.

Я открыла рот и снова закрыла. Наше прошлое, все десять лет, приобрели иную окраску. Я не знала, с чего начать. В конце концов, мне удалось сформулировать вопрос.

— И когда же ты передумал? — спросила я слабым голосом.

Элиот не понял.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты же сделал предложение Элизе, а не мне.

Проще и не скажешь.

Элиот нахмурился, он выглядел так, словно хочет открыть мне тайну.

— Это она мне сделала предложение, — пробормотал он.

Нет, голубчик, так просто не отвертишься.

— Но ты же согласился?

— Да. В то время я только что потерял маму… Я не пытаюсь найти оправдания, просто думаю, что в тот момент все происходило будто бы не со мной, сам я был где-то далеко, — он сглотнул. Вид у него был угрюмый. — Теперь чувствую, что я столько времени воспринимал тебя как должное. До этой недели я никогда не видел тебя с другим мужчиной… чтобы вы…