Ключ от всех дверей - Яна Смородина

Нет. Не думал. Он ведь всё ещё со мной. Значит, я нужна ему. И он с самого начала знал о нашей перспективе и был готов на отношения со мной. А когда он захочет детей, что мне делать? Да, ладно, доживи сначала до этого момента. Стоп. Сколько можно убиваться? Всё, соберись, у тебя и без этого полно проблем, требующих срочного решения.

Итак, человеческая кровь мне не подходит. Это стало окончательно ясно, когда я перебрала все группы. Плохо, очень плохо — либо донорская точно отпадает. Это был самый лучший вариант. Но с Яновой ведь все получилось! Нужно пробовать Федькину. Может кровь одарённых усвоится моим организмом. Или может быть важен способ ее питья? В голове всё перепуталось.

— А может, как-то набрать крови, чтобы мне не кусать Федю. Мне страшно, — начала я, когда Федор непосредственно предложил себя в мое распоряжение.

— А ты умеешь брать кровь из вены? — удивился Ян.

— Нет, — я обреченно вздохнула. — А ты?

— И я нет.

— Ну тогда иди и кусай меня уже! — потерял терпение Федька.

— Не могу я так! Чувствую себя животным в зоопарке… Ян выключи свет, пожалуйста.

— Я прекрасно вижу в темноте, так что смысла в этом нет. Я отвернусь.

Я посмотрела на сидящего на кровати Федора — тот заметно нервничал. Ну вот, я ещё больше запсиховала!

— Заяц! Давай уже покончим с этим, мне, может, даже понравится.

Ян одарил его убийственным взглядом.

— Всё, понял — не дурак. Молчу.

Собравшись духом, я решительно подошла к кровати и села рядом с другом. Глубоко вздохнула и развернулась к нему лицом. Как к нему подобраться-то? Боже, как неудобно! Я поднялась на колени, подползла поближе. Взялась за его плечи, а он положил мне руку на талию и покосился на Яна. Я тоже посмотрела в его сторону. Скрестив руки на груди, Ян бесстрастно смотрел в окно. Но ему видно нас в отражении! Мне стало жутко неловко, и я заёрзала.

— Май, ну не томи! — взмолился Федька и выгнулся мне навстречу.

Закрыв глаза, я наклонилась к его шее и прикоснулась губами. Нашла вену и, решившись, резко вонзила в неё клыки, которые неожиданно стали длиннее и острее. Федька вздрогнул всем телом и вцепился мне в майку. Мой рот наполнился кровью, и я начала осторожно пить. Меня захлестнула волна наслаждения, глаза заволокло сумеречной дымкой…

Уже мало, что соображая, тихо зарычав, я повалила Федьку на кровать и, сев на него сверху, с новой силой припала к его шее. Это что-то невероятное! Такое необычное ощущение… сродни удовольствию от… короче, кайф! Друг прерывисто дышал и через некоторое время схватил меня за руки. В моей голове застучала здравая мысль, что нужно остановиться. Я замерла и резко отпрыгнула на противоположную часть кровати и с испугом закрыла рот рукой. Сколько времени прошло, и сколько я успела выпить? Не знаю. Глянув на Яна, я обнаружила, что он повернулся к нам и, сверкая желтыми глазами, смотрит на меня. Мне стало отчаянно стыдно, и я опустила глаза.

Федька поднялся, держась рукой за укушенную шею, и, восхищенно глядя на меня, выдал:

— Слушай, Май, а мне ведь действительно понравилось! Желающие стать твоей жертвой станут выстраиваться в очередь! Я едва…

— Федя, тебе самое время заткнуться! — перебила его я и покосилась на Яна.

Он проследил за направлением моего взгляда и, встретившись глазами с Яном, вскочил с кровати и устремился к двери.

— Я, пожалуй, пойду приму душ, а то весь перепачкался, — и смылся.

А я боялась взглянуть на Яна. Эта сцена с Федькой выглядела как-то двусмысленно. Я сама не ожидала, что почувствую подобное. Тогда, когда это было с Яном, я связала ощущения с… ну, в общем, ясно. А с донорской кровью вообще ничего похожего не было.

Он подошел ко мне и сел рядом на кровать.

— Извини, я не думала, что так получится…

— Я думаю, что теперь кусать ты будешь только меня. Иначе твои «жертвы» станут ими в прямом смысле, — в его тоне отчётливо слышалась насмешка, но это, тем не менее, прозвучало как-то зловеще.

Я испуганно на него посмотрела.

— Мне и самой как-то не хочется больше.

— Хорошо. Не хочу становиться серийным убийцей, — он обнял меня за плечи.

— Не ревнуй. К Федьке я ничего такого не чувствую. Это всё равно, что инцест, честное слово! Он мне как брат. И Федька ко мне относится точно также. Да и не в этом дело. Мне никто не нужен, кроме тебя. Даже не думай ревновать.

— Постараюсь. Но это очень трудно мне даётся, — Ян закрыл глаза и глубоко вздохнул. — От мысли, что к тебе прикасается другой мужчина… В твоих руках самое страшное оружие — чтобы уничтожить меня, тебе достаточно лишь предать однажды. Это единственное, что я не смогу тебе простить. Ни один волк не сможет.

Я повернулась к нему и уперлась лбом в его лоб.

— Не надо, не говори так. Я тебя люблю. Никого не любила, кроме тебя. И не буду любить, — прошептала я.

Он положил мне руку на затылок и… Прижав обе ладони ко рту, я подскочила кверху, наверное, на метр и снова умчалась в ванную.

Я лежала на кровати и бессмысленно смотрела в потолок. Итак, проблема не в способе потребления, определённо. Получается, я могу пить кровь только оборотней. Прелестно. Наверняка от желающих отбоя не будет. Меня убить. Парадокс — кровавая ведьма, предпочитающая волков. Самоубийственный парадокс. Вот это тупик, так тупик.

— Я думаю, тебе пора рассказать о способе, который бы разрешил эту патовую ситуацию, — медленно сказала я.

— Нет. Он очень небезопасен, ты можешь погибнуть. Шанс выжить мизерный, — резко ответил Ян.

— Шах и мат, — с расстановкой произнесла я. — Как ты думаешь, моё нынешнее положение можно считать безопасным?

— Я буду давать тебе свою кровь.

— Ну, конечно, будешь давать — пока она не кончится! — в раздражении села я.

— Я быстро восстанавливаюсь.

— О чём ты говоришь? Мне нужно питаться раза два в неделю. Ну, раз. Даже с твоей способностью к восстановлению это немыслимое количество! Надолго тебя не хватит.