Ася - Леля Иголкина

— Сто лет замужем?

— Тебе виднее.

— Что с тобой, Костя? В один прекрасный день ты готов меня на руках носить и целовать, благодарить за наглость и несгибаемую позицию. Ты тешишься, хихикаешь и потираешь ручки, когда наблюдаешь, как мы дискутируем с Ингой. А на следующий — ты мой заклятый враг и начинаешь вдруг топить за палача.

— Он не палач! Прекрати его так называть. Иди домой. Я всё сказал.

— Подвези до города, — рычит, но все же предусмотрительно добавляет. — Шеф, пожалуйста.

— Юрьев в курсе, как ты проводишь свободное от работы время?

— Он не возражает, если обратно мы поедем с ним на одной машине. Не лезь к нам.

— И не думал. Я так понимаю, Ромыч всё же опоздал в ЗАГС?

А на языке вертится маленькое, но остренькое уточнение:

«Уже в который раз?».

— Радуешься? — оскалившись, шипит.

— Нечему. Просто интересно, как долго это будет продолжаться. Недостаточно? Какой по счёту эпизод в этом мыле? Над вами, вероятно, все в том заведении смеются. Ты в курсе, что он соврал насчет измены? Зря только по морде получил при двух свидетелях.

— Какая разница. Почему мы говорим о том, что не имеет никакого отношения к делу? Ты повезешь или…

— Наша Ольга показала характер, построила обиженку, надула губки, топнула ногой, щелкнула Марго по носу и отлупила Ромку. Это сколько? — я начинаю загибать пальцы. — Желаешь побороть свой собственный рекорд? Что еще? Мучаешь его зачем?

— Мучаю? — определенно изумляется.

И сама ведь не живет, и Ромке не дает.

— Вы самая крепкая пара, Оля. Ваш брак — пример для некоторых. Сколько вместе? Двадцатка есть, наверное? — она мотает головой, мол, обсчитался. — Ладно. Пусть будет девятнадцать. И не вашим, и не нашим. Какая, в сущности, разница, если вы не можете друг без друга? Тихо-тихо, ты ко мне пришла — тебя сюда никто не звал, не приглашал, так дай же высказаться. Пора отпустить прошлое, которое не изменить. Он за всё ответил. Сполна и по всей строгости. Ты круто наказала и его, и себя. Вы чуть не погибли оба. Но, — я выставляю ей под нос свой указательный палец, — в том, что произошло ничьей вины нет. Вы пострадали — это безоговорочно, и никто не ставит под сомнение. Но… Да, блин, я херову кучу лет с вами знаком. Было всё, но то, что вы начали с ним вытворять сейчас… На хрена ты слушаешь людскую молву? Оля, на хрена? Тебе интересно мнение свекрови, полудохлый свекр — тоже, я так полагаю, внезапно стал авторитетом, или у тебя есть муж, с которым ты не один пуд соли съела. Подталкиваешь его к другим сукам? Подбираешь пару? Ты хоть спишь с ним?

Пиздец! Да что со мной? Зачем затеял этот разговор?

— Хватит, Костя, — размахивая, разрезает воздух. — Я поеду с тобой и предусмотрительно заткну на всякий случай ватой уши. Ты, по всей видимости, решил заняться воспитанием бляди, с которой живет твой лучший верноподданный и старый друг? Не дай Бог тебе, Красов, пройти через то, что выпало нам! Молю об этом ежедневно. Никто не должен этого узнать. Не смей! — звонко вскрикивает. — Не смей, не смей, не смей мне делать замечания и совать свой нос туда, куда он вообще не лезет. Заткнись! Заткнись, мудрый босс в третий раз женатый. И…

— Чего-чего?

— Юрьев разве не сказал? — мгновенно изменяет тон и указывает взглядом на мой телефон.

Возможно, что-то и сказал. Да только я, похоже, не расслышал. Наверное, начальник собственной безопасности о чем-то письменно уведомил, забомбардировав рабочий чат, но я, увы, не дочитал полученные сообщения.

«Оля хотела бы проведать Асю, шеф. Уважь ее желание. Сделай еще одно одолжение мне. Я просто не хочу, чтобы она садилась за руль. Не то чтобы я ей не доверяю, но не уверен, что жена не растеряла навык. Босс, пожалуйста, захвати ее. И потом, в дороге втроем будет веселее. Что скажешь, Котян?» — таращусь на послание, от прочтения которого отвлекла меня она, когда позвонила в дверь и вынудила выйти за порог.

— Черт! — задираю руку, чтобы почесать затылок. — Юрьевы, что с вами?

— Я подожду возле машины, босс, — кивком указывает на парковочное место перед домом.

— Пять минут и мы выходим, — не приглашаю Ольгу внутрь. — Передачу возьми с собой, — взгляд направляю на пакет, который, удерживая на вытянутой руке, она по-прежнему мне предлагает. — Мы быстро…

«Ася, буду не один. У тебя, оказывается, есть одна подруга. Юрьева напросилась. Не смог отказать. К тому же она составит Тимке компанию на заднем. Чтобы барбосик не скучал, ей придется его как-то развлекать. Заодно и проверим, какая из нее мать. Мальвина, приём-приём! Я говорю сейчас серьезно. Помню про разницу в возрасте и твой наивный взгляд на вещи, но токсичное молчание — не выход из сложившегося положения. Когда прибуду на место, тебе придется за всё сполна ответить. Готовься! Вопросов много» — чего еще добавить, чтобы хоть как-то заинтересовать и обозначить наконец-то диалог, потому как от монолога я начинаю уставать. — «Буду не с пустыми руками, Цыпа. Нашел твой тайник. Это круто! Но не дальновидно. Деньги под подушкой не хранят, тем более там, где спят с нелюбимым мужем. Развод? Адвокат? Розы? Да? Да? А-С-Я?» — обрываю сообщение и отправляю в надежде на долгожданное прочтение.

Но… Увы!

— Не надо, — отхожу назад, придерживая сына под попу, располагая спиной к своей груди. — Он сядет в автолюльку.

— Спиной по направлению движения? — Ольга опускает руки, которые протягивала к нам в надежде, видимо, взять к себе ребёнка, и пытается выйти из салона.

— Подвинься к окну, пожалуйста, — собою загораживаю путь.

— Я могла бы…

Сразу видно, что у этой женщины нет и не было детей.

— Малышня должна находиться в специализированных креслах во время движения, Оля. Тимофею нет еще и полугода, поэтому для него это приспособление заменяется подобием колыбельки, которую я немного модернизировал, — вместе с этим перевожу ручку переноски в подходящее положение и разворачиваю ее таким образом, чтобы помещенный внутрь сын смотрел исключительно в лобовое, а значит, только прямо и вперед, и встречался взглядом со мной, когда я буду подмигивать пареньку, поглядывая в зеркало заднего обзора. — Вот так! — кивком показываю ей, чтобы убрала ремни безопасности и освободила место для маленького пассажира. — Порядок! —