Остров амазонок - Ширли Конран

Сразу после шести часов Гарри был принят Раки.

– Я искренне рад видеть вас, мистер Скотт. – Голос президента звучал озабоченно, выражение его глаз не соответствовало дружескому тону его слов. – Я рад, что вы в безопасности. Я не хочу, чтобы кто-нибудь еще исчезал на острове.

– Я рад не менее вас. Благодарю за то, что вы помогли мне.

Раки улыбнулся.

– Сейчас вам не стоит ездить по острову без сопровождающих. Я настаиваю на этом, – добавил он.

– Я ценю вашу заботу, сэр, но мне не требуется вооруженный эскорт. Я стану более осторожным в будущем. – Он не желал, чтобы вокруг него копошились шпионы Раки.

Президент пожал плечами:

– Как вам угодно. Но подумайте о моем предложении. Теперь, я надеюсь, вы разделите со мной трапезу.

Как только он упомянул о еде, Гарри сразу вспомнил о том, что желудок его давно пуст.

Трапеза без слов свидетельствовала, что Гарри стал почетным гостем президента. В зале тридцати футов в длину, с зашторенными окнами шесть официантов в белом обслуживали их двоих. На окнах висели занавески из розового шелка с золотой каймой; обеденный стол был покрыт кружевной скатертью – обстановка напоминала Гарри обеды у его матушки по воскресеньям. Пищу подавали на фарфоре «Роял Дултон», расписанном цветущими розами.

Еда была приготовлена из консервов: сардины в томатном соусе, за ними последовал суп, приготовленный из сухого концентрата, потом индюшка в черничном соусе, картофель и бобы. На десерт подали австралийские консервированные персики с консервированной же сметаной. Весь их ужин из импортных консервированных продуктов на Пауи стоил баснословных денег. На стол была поставлена бутылка мятной настойки – островитяне считали ее изысканным напитком.

После еды он предложил Гарри гаванские сигары «Ромео и Джульетта», наверняка подаренные кубинскими дипломатами. Ароматный дым наполнил комнату.

– Ну а теперь к делу. – Раки откинулся на спинку стула. – Вам известны мои условия. Я не собираюсь их менять. Я хочу знать о вашем решении уже завтра.

Гарри знал, что лидеры стран «третьего мира» любили поиграть в кошки-мышки на переговорах, он знал об их склонности менять точку зрения и принимать сиюминутные решения, поэтому неожиданный ультиматум его не удивил. Он ответил, аккуратно подбирая слова:

– Я не могу дать вам ответ сию минуту, сэр, я должен связаться с Питтсбургом. Но не забывайте, что моя компания не намерена подписывать с вами соглашения, пока не будет обнаружена исчезнувшая группа.

– Жаль, что вы так одержимы этими поисками. Они безнадежны.

– Я так не думаю, – сказал Гарри, думая о двух часах, запертых в сейфе «Бэрклэй банк».

– Ваши конкуренты из Манилы прибудут второго апреля, мистер Скотт. – Раки выпустил к потолку кольца дыма. – Чем дольше длятся ваши поиски, тем меньше времени остается у вас для бизнеса. Выбор за вами, мистер Скотт.

Вернувшись в отель, Гарри попал в бар и заказал холодного пива, чтобы смыть неприятный, отдающий перцем вкус мятной настойки. Ожидая, когда ему принесут банку «Фостерса», Гарри прислушивался к ночным звукам – ритмичному бою барабанов, шальным выстрелам и на всю ночь включенным транзисторам.

– Мы уже и не надеялись вас вновь увидеть, – сказал Санди, журналист. Никого в баре больше не было, только он сидел на своем обычном месте, в темном углу за столиком.

Гарри взял свое пиво и сел рядом с ним.

– Слышал, с вами приключилась небольшая лихорадка в верхнем течении реки, – сказал Санди.

Гарри кивнул головой:

– Да, но Раки прислал за мной санитара в хаки. Я был страшно рад увидеть его.

– Вы прозевали скандал вокруг черного рынка. Продовольственная помощь в коробках с надписью «Дар американского народа детям Пауи» продавалась уличными торговцами.

– Ну и что?

– Многие островитяне, закончившие миссионерские школы, смогли прочесть эти надписи. Один из твоих парней в Маунт-Иде собрал митинг. Парня зовут Миндо.

– Да, он приличный парень.

– Сейчас этот приличный парень сидит в тюрьме. Его обвиняют в государственной измене.

Гарри поставил на место свое пиво.

– Я лучше позвоню Керри.

– Допивай свое пиво. Ты все равно ничего не сможешь поделать.

Гарри все-таки немедленно позвонил Керри.

Когда с борта вертолета ему сообщили, что Гарри не дал сигнала из ракетницы, Керри сразу же объявил поиски по реке. Но посланные им люди заплутались в речных протоках, а министр внутренних дел приказал Керри прекратить поиски, и ему пришлось подчиниться.

– Мне нужна другая винтовка, – сказал Гарри извиняющимся тоном.

– Получишь ее завтра, – ответил Керри.

Гарри вкратце рассказал, что с ним случилось, а потом спросил:

– Это правда, что Миндо в тюрьме?

– Да. – Керри был явно рассержен и не постеснялся в выражениях, рассказывая о случившемся. Миндо – лидер, и из-за того, что его заключили в тюрьму, будут большие неприятности. Отец Миндо – важная шишка в своем племени, вождь, у него в распоряжении много воинов.

– Раки, как мне показалось, не ждет большой беды.

– Раки, кажется, не замечает того, что происходит на острове. Ты, наверное, еще не слышал, он неожиданно вновь женился. Ей нет и четырнадцати лет. Празднества прошли позавчера. Были фейерверки, свиное жаркое, пальмовое вино, танцы. Ты разве не слышал?

– А как же его другая молодая жена?

– О, она умерла от заражения крови накануне Рождества.

В одиннадцать вечера наконец позвонили из Питтсбурга. Гарри рассказал о своих новостях и добавил:

– Джерри, я думаю, что исчезновение наших людей каким-то образом связано с этим делом. Именно поэтому я не хочу прекращать поиски.

– Свинячье дерьмо! – заорал Джерри. – Ты должен свернуть эти поиски как можно скорее. Иначе Раки опять охладеет к нашему предложению. – Он не дал возможности Гарри произнести даже слова и продолжил: – Какого черта, Гарри, ты там делаешь? Три месяца назад еще был слабый шанс найти наших людей. Но сейчас твоя одержимость лишь стоит компании уймы денег и не имеет никакого смысла. Имей в виду, Гарри, если ровно через неделю ты не приедешь в Питтсбург и не представишь убедительного объяснения, почему ты за прошедший месяц потратил четверть миллиона долларов казенных денег на эту бессмысленную затею, я выкину тебя вон!

Проснувшись на следующее утро, Гарри не мог понять, отчего он себя так странно чувствует. Потом вспомнил с огромной радостью, что он вновь свободен!

Раздался стук в дверь, в комнату вошла миссис Чанг. Лицо ее было озабоченно. Она села около кровати на хромой стул.